Год назад, 18 марта 2014 года, Крым по результатам референдума стал российским. За этот год крымчане столкнулись с множеством трудностей в самых разных сферах жизни, которые создавала им Украина.

Результаты экономической мобилизации в Крыму проявятся лишь через несколько лет

Впрочем, она их создавала не только в последний год веерными отключениями электричества или прекращением водоснабжения на полуостров, но и все предыдущие 23 года.

Сейчас в Крыму наступил период восстановления экономики, образования, инфраструктуры в самом широком смысле этого слова. Процесс пока находится на начальной стадии: даже по самым оптимистичным прогнозам, о каких-то стабильных положительных результатах можно будет говорить лишь через пару лет.

Полуостров, несмотря на то, что был украинским курортом, на территории которого располагались дачи представителей политической элиты, являлся одновременно и своеобразной задворкой страны, куда особо денег не вкладывалось. Впрочем, за 23 года украинской независимости денег в регионы там не вкладывалось практически нигде.

Самый первый и важный проект – это автомобильный и железнодорожный мост через Керченский пролив, единственный наземный путь, через который Крым можно и нужно соединить с остальной Россией. Мост планируется сдать в 2019 году, при этом одновременно речь зашла и о строительстве многополосной трассы, соединяющей Керчь с Симферополем и Севастополем. Дорогу начнут прокладывать уже в этом году.

В сжатые временные сроки по инфраструктуре региона принимаются грамотные, логичные решения. Мало построить мост, нужно, чтобы на въезде не было гигантских пробок. Обычно у нас таких факторов не учитывают. С Крымом все несколько иначе.

Проекты водоснабжения и энергообеспечения также запущены. Особо радует ситуация с водой: система опреснителей используется в качестве компонента региональной инфраструктурной программы чуть ли не впервые в России, а в таких масштабах и условиях – точно первый раз. Кстати, и электроэнергия, и вода в итоге более плотно замкнут Крым на «материк».

В будущем планируется также включить Крым в систему кубанского трубопровода, параллельно подключив полуостров к единой российской энергетической системе через Керченский пролив.

Год для полуострова прошел под знаком субсидий и инвестиций, и, видимо, в ближайшие несколько лет ситуация будет аналогичной. Даже несмотря на то, что в этом, 2015 году, Крым стал особой экономической зоной с минимальной налоговой ставкой для компаний и предприятий полуострова. Результаты такой экономической мобилизации обычно проявляются только через несколько лет, как можно судить, например, из опыта Сахалина.

Помимо прочего, Крым стал очень интересным местом со смысловой, политической точки зрения. Это регион, где, с одной стороны, локально внедряются экспериментальные программы и в экономике, и в промышленности, и в инфраструктуре. С другой – львиная доля этих программ ориентирована по масштабам на всю страну, а по вектору – в будущее.

Здесь начат ряд программ гуманитарной сферы, о которых за сотнями миллиардов рублей, пошедших на реанимацию промышленности и экономики Крыма, как-то забывают.

Уже сейчас обнаружилось множество серьезных проблем в сфере школьного и вузовского образования в регионе. Программы не соответствуют российским стандартам. И, в общем-то, это было бы не так серьезно, если бы в России были нормальные единые образовательные стандарты.

Но их нет и у нас. Поэтому что в итоге будет являть собой крымская система образования – тоже вопрос. Сейчас идет приведение образования на полуострове к единому знаменателю с российской системой на уровне законов и нормативно-правовых актов. Но вот что будет, когда дело дойдет до непосредственно содержательной части учебных модулей – это тема для отдельного материала.

Образовательной системой, однако, сфера работы с молодежью в Крыму не исчерпывается. В прошлом году на полуострове прошел международный молодежный лагерь «Таврида», который планируется устраивать на регулярной основе. Организаторы попытались создать «инкубатор молодых кадров» для бизнеса и политики.

Но, пожалуй, самый важный проект гуманитарной сферы, который сейчас реализуется в регионе – это программа восстановления лагеря «Артек». Распоряжением правительства РФ от 10 марта 2015 года на комплекс «Артек» до 2020 года планируется выделить порядка пяти миллиардов рублей.

Фактически, речь идет даже не о восстановлении, а о создании этого детского и юношеского комплекса заново, с нуля. Понятно, что Украина не хотела вкладываться в столь масштабный проект, который при этом еще и является советским наследием. А вот Россия вполне способна возродить «Артек», сделать его примерно тем же, чем он был в СССР. Глобальным комплексом по образованию, воспитанию и мотивированию самой разной молодежи.

Вашему покорному слуге когда-то в детстве доводилось бывать в «Орленке», и в общем-то, если в «Артеке» будут работать так же, на том же уровне, то может статься, что жизнь сотен и тысяч молодых людей кардинально изменится. На то эти лагеря и в СССР были рассчитаны – воспитывать новые элиты.

В целом же за этот год стало понятно, что Крым становится для нашей страны своеобразным «пилотным регионом», площадкой, на которой решаются самые необычные, нестандартные проблемы и выполняются нетривиальные задачи. Станет ли полуостров «регионом-инновацией», регионом, который явит собой пример для форсированного развития всей остальной страны? Хотелось бы в это верить.