До того, как сегодня на торгах рубль продолжил спуск с американских горок вниз, утром довелось прочесть пару новостных заголовков в ведущих СМИ про то, как «упал» или «снизился» электоральный рейтинг Путина. Что-то там якобы с 88% до целых 82%.

Электоральный рейтинг Путина в конце ноября был выше летних значений

Поскольку люблю ясность, то дождался-таки публикации полных данных на сайте «Левады». И вот что имею сказать.

1. Прежде всего, даже склонная к порой публицистическим и громким интерпретациям своих цифр пресс-служба «Левады» на этот раз вполне нейтрально констатирует: «Владимир Путин остается наиболее популярным политиком, а партия «Единая Россия» – самой популярной среди жителей России». И это единственное, что можно сказать об этом рейтинге по существу.

2. Теперь о том, что случилось с электоральным рейтингом на самом деле. Электоральные рейтинги обычно замеряют через моделирование избирательного бюллетеня – т. е. через анкету с закрытым набором «кандидатов».

В этом закрытом вопросе рейтинг Путина никуда не упал, а остался примерно на октябрьском значении – 61% (от всех опрошенных, было 63%) и 82% (от определившихся, было 81%).

И это значимо, на 4–5% (т. е. больше статистической погрешности), выше результатов августа – сентября, когда еще не было всей этой осенней депрессии, скачков рубля, московских протестов медиков и на что там еще сегодня так надеется оппозиция.

3. А откуда взялось «падение» с 88% до целых 82%? Это данные из открытого вопроса, в котором респонденту предлагалось самому назвать того политика, за которого он бы проголосовал.

К замеру электорального рейтинга в реальных условиях это имеет мало отношения. Тут можно и Сталина с Брежневым, и Обаму с Меркель, и Фабио Капелло с Валерой Карпиным назвать при большом желании, и социологи должны будут это учесть.

Но и именно вокруг ответов на этот открытый вопрос каждый месяц строятся броские заголовки СМИ. Рейтинг Путина в открытых вопросах у «Левады» с лета гуляет в интервале от «плюс 6» до «минус 6». В сентябре он якобы «упал» к августу (и тогда тоже была волна комментариев про начавшееся долгожданное снижение), в октябре он на столько же вырос к сентябрю, в ноябре он опять «упал» до сентябрьского уровня.

4. Для серьезной аналитики и публицистики ориентироваться на «открытый» рейтинг, на мой взгляд, невозможно, потому что он крайне уязвим к тому, какие еще вопросы в анкете предшествовали спонтанному ответу на вопрос о кандидате в президенты.

Опрос «Левады» омнибусный, в каждом омнибусе у всех крупных социологов есть квота на вопросы от коммерческих заказчиков, и эти вопросы никогда не задвигают в хвост анкеты, когда респондент уже хочет только одного – быстрее избавиться от назойливого интервьюера.

У меня есть предположение, что в этот раз перед открытым вопросом об электоральном рейтинге шел вопрос о годовщине распада СССР, всколыхнувший чувства ностальгии по советским временам у части респондентов.

Косвенно это подтверждается и тем, что в закрытом вопросе рейтинг Зюганова никакого бурного роста отнюдь не демонстрирует (7% в ноябре против 8% в октябре). Объяснения этому странному расхождению трендов рейтинга Зюганова сам «Левада» не дает.

В итоге опрос «Левады» показывает только очевидное:

а) электоральный рейтинг Путина в конце ноября был выше летних значений;

б) электоральный рейтинг Путина в ноябре по сравнению с октябрем не изменился.

Есть, правда, небольшой вопрос к «Леваде», зачем они в закрытый перечень кандидатов на выборы президента упорно включают Навального, хотя у него нет пассивного избирательного права (и почему тогда не включают, например, Ходорковского). Но, в конце концов, должен же быть у каждого свой фаворит.

Источник: Блог Александра Пожалова