Мне кажется, самый унизительный способ эксплуатации человека человеком – это использование его в качестве рекламного носителя.

Ни разу, ни разу при виде человека в костюме сосиски я не захотела есть

Почему я об этом заговорила? Да потому что одна маркетологическая женщина, желая сэкономить деньги собственников бизнеса, возбужденно предлагала ходячих светящихся студентов за четырестаписят рублей в час.

В эту сумму входит надсмотрщик с кнутом.

Ну я и ужаснулась, конечно, потому что ни разу, ни разу при виде человека в костюме сосиски я не захотела есть. Ни разу компания, засовывающая живого дядю в розовую коробку, условно изображающую, например, пылесос, из которого торчит рано постаревшая голова с жидкими волосенками на пробор и рачьими усами и рука, протягивающая мне листовку «купи-получи», не вызвала у меня ни грамма симпатии.

А чего стоит человек-зебра. У этой зебры огромная набивная попа, живот и голова, которая падает, потому что они конструктив недоработали.

Иногда таджик, который выступает в этом костюме, снимает голову и стоит так просто, без головы. То есть с таджикской своей головой и телом пузатой зебры. Это, конечно, просто бомба, а не рекламное сообщение.

И самый мой любимый рекламный носитель – это дедушка на велосипедике, увешанный плакатами чудовищного дизайна с изображением роз. Лицо дедушки изображает крайнюю степень отчаянья, педали он крутит медленно-медленно, как во сне. Как будто ему снится сон, что он изо всех сил едет, едет, да так никуда и не может попасть.

В общем, я против такого рекламного носителя, за исключением варианта, где сами люди по какой-то причине невероятно кайфуют от процесса.

Я бы, например, хотела бы изображать кочан капусты, я даже придумала, как сделать обалденный костюм кочана. Но недолго, а потом упасть в нем в какой-нибудь надувной бассейн.

Я даже денег за это не возьму. Разве можно брать деньги за то, что доставляет столько радости?

Источник: Блог Елены Мельцер