Процесс Pussy Riot напомнил мне дилемму из романа Достоевского «Преступление и наказание» – там ведь тоже некто переступал черту по идейным мотивам. Вы скажете, что никакой достоевщины тут нет – ни топора, ни кровавых пятен... А между тем убойный контекст у процесса имеется. О нем и пойдет речь.
За что же он убивал молодых европейцев? Оказывается, либерализм и мультикультуризм его достали!
Напомню, что в Западной Европе хулиганства на церковных площадках тоже случаются – год назад, 15 июня 2011 года, в кафедральном соборе столицы Норвегии несколько молодых людей в раздетом виде пытались устроить художественный половой акт.
Попытка была не очень успешна – через несколько минут их из собора прихожане вытащили и сдали полиции, но видеозапись, как водится, попала в интернет. Акцию проводила знаменитая норвежская группа «Fuck for Forest» (то есть «Трах за лес»), которая с 2004 года периодически устраивает публичные сексуальные оргии в защиту фауны и флоры тропических джунглей. После ареста сексионерам было предложено на выбор – 16 суток тюрьмы или штраф каждому в 7500 крон...
...В этот день другой норвежец, Андерс Брейвик, продолжал синтез пикриновой кислоты, о чем оставил запись в дневнике, а ровно через месяц, 15 июля 2011 года, он съездил в Осло – забрал арендованный фургон, загрузил его самодельной взрывчаткой и через неделю взорвал в правительственном квартале столицы, убив при этом восемь человек. После такого «тарараха» поехал в молодежный лагерь, где расстрелял несколько десятков юношей и девушек. Креативный террорист полиции сдался сам, а концептуальные обоснования акции и свои фото он загрузил в интернет заблаговременно.
За что же он убивал молодых европейцев? Оказывается, либерализм и мультикультуризм его достали! Как он сказал позднее на суде: «Марксистская реформа культуры, феминизм, уничтожение церкви, сексуальная революция... Левые и марксисты разобрали по кирпичикам то, что создавалось на протяжении сотен лет, что бережно охранялось и лелеялось: культура, идентичность, наша религия, свобода и независимость... Мой поступок был совершен по необходимости от имени моего народа, моей культуры, моей религии, моего города, моей страны!»
Говорят, утром 22 июля рыцарь-маньяк даже посетил церковь в Осло. Был ли это кафедральный собор – не сообщалось, но именно в кафедральном соборе через год в присутствии норвежской королевской семьи прошла поминальная месса по невинно убиенным...
Пусть во всех этих этических хитросплетениях разбираются норвежский суд и норвежская церковь, для нас представляет интерес то, что именно норвежские экологи-порнографисты стали в свое время образцом для наших «писириоток». Вспомните их художественный секс в Биологическом музее в феврале 2008 года под лозунгом «Е... за наследника медвежонка!». Норвежцы за фауну в целом устраивали секс-шоу, а наши подражатели послали генитальный «превед» медведю.
Под лозунгом – тут не метафора, именно эти слова были начертаны на черном знамени, которое держал гримированный под Карла Маркса странный персонаж – это был идейный вдохновитель группы «Война» и Pussy Riot, теоретик современного искусства Плуцер-Сарно. Не знаю, пригласят ли его свидетелем на процесс «писириоток» и приедет ли он из-за границы, но, мне думается, пригласить надо – этот неомарксист совершенно зря остается за рамками столь красочной истории.
Я некогда уже писал о его творчестве – Плуцер-Сарно участвовал в 2005 году в VI Музейной бьеннале в Красноярске. Прославился он тогда тем, что скопировал концепцию известного фотохудожника Валерия Стигнеева – выставил у нас коллаж фотографий уличных объявлений.
Но помимо этого, он еще и хулиганством отличился – провел акцию под названием «Стань русским! Делаем русских!». Он предлагал всем желающим стаканчик дармовой водки хлобыстнуть, прокричать что-нибудь матерщинное и претерпеть от него как автора акции пощечину. После этого претерпевший получал «удостоверение русского». Помнится, несколько желающих нашлось. Но помню также, как один джигит, выпив водки и ругнувшись, внушительно посмотрел на Плуцера, а тот не решился на пощечину – сделал чисто символический жест и быстренько вручил соискателю диплом.
Впрочем, термин «хулиганство» я здесь употребляю некорректно, поскольку акция с руганью и водкой в музейном зале проходила по согласованию с оргкомитетом бьеннале и сопровождалась концептуальным толкованием, которое было вывешено на стенах.
С другой стороны, позднейшая акция Плуцера-Сарно в московском Биологическом музее явно тянула на административное нарушение, но почему-то исполнители, молодые голые люди, кроме славы, ничего не поимели – закон молчал. В тот момент «писириотка» Толокно была на последних месяцах беременности, притом активно совокуплялась – так даже ювенальная юстиция интереса не проявила. Вот она – сила искусства!
И лишь когда «писириотки» вместо художественных аллюзий и концептов устроили «грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды» (ст. 213 УК РФ) и «унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам отношения к религии» (ст. 282 УК РФ), очутились они не только виртуально в сети, но и реально – за решеткой. Суд подвел черту.
Я, кстати, удивляюсь искусствоведам, которые тут про художественную акцию говорят. Ведь это нелепо, поскольку нестандартная демонстрация была явно элементом избирательной кампании (СМИ туда были приглашены, сделан клип для интернета, куплеты пелись политические). По ходу таких политических карнавалов мы в России чего только не видели, даже в Красноярске бывали и шествия дедов-морозов, и сожжение разных предметов, и ношение гробиков по улицам, и даже пускание плота с куклами по Енисею... Никто это искусством не считал, все оплачивалось из политических бюджетов и согласовывалось с муниципальными властями. Так что вся вакханалия вокруг этого инцидента с «писириотками» – это скорее не искусство, а элемент кампании по созданию оппозиционной партии с религиозной спецификой. Вполне возможно, что на волне, поднятой против Русской православной церкви, всплывет из глубин некий партийный зверь с религиозными знаками на акульей спине. Не случайно же в своём ЖЖ Борис Березовский предложил создать Христианско-демократическую революционную партию России. (А раз религиозная специфика для партий по закону в России запрещена – есть поле для борьбы.) Так что, не ровен час, скоро увидим оппозиционные «крестоходы», поддерживаемые заграничными ХДС и ХСС.
Когда суд определил хулиганок в СИЗО – это было резонно как раз в силу поддержки их из-за границы (по одному западному каналу не постеснялись дать видеорепортаж о подготовке акции в церкви, и даже название у группы английское – в расчете на зарубежные СМИ) и наличия иностранного гражданства у некоторых «писириоток». Впрочем, не исключено, что этих клоунесс антироссийские политические силы просто используют «втемную».
Да, «писириотки» – истерички, они явно одержимы неким карнавальным бешенством (вспоминаются фантастические жрицы феминизма из романа Стругацких «Улитка на склоне» – у тех тоже было «одержание»). Но пример Брейвика показывает, что стать рыцарем-маньяком – тоже не такое уж заумное фэнтези. И сейчас, когда вокруг этих событий накручено столько рекламы и пиара, могут появиться в стране группы других «riot», уже не левацко-либерального, а правоэкстремистского типа. Которые начнут устраивать «скин-молебны» в демократических театрах, галереях современного искусства и редакциях «белоленточных» СМИ.
В многостраничном манифесте Брейвика много чего наворочено, но вполне четко описан враг – это «культурный терроризм», который «учит свободной любви, утверждает архаичность природы семейных законов, бесполезность религии, которая лишает человека всех удовольствий». Причем специально обрисован тут и «радикальный феминизм как наиболее деструктивный и фанатичный элемент современного либерализма, (...) радикальный феминизм как тоталитарный по духу...» Вот и наши доморощенные феминистки из числа «писифанаток» уже получили, как мы знаем, несколько отнюдь не символических пощечин во время уличных стычек с правыми активистами.
Мне лично это все кажется чрезвычайно опасным. Недобрые идеи и темные смыслы все чаще выходят из информационного пространства в реальный мир – обретают плоть и наливаются кровью. Давайте остановимся.
Специально для газеты ВЗГЛЯД