«Политики и нормы, которые требуют вмешательства в инфраструктуру DNS путём фильтрации результатов или ареста доменных имён имеют серьёзные недостатки. Эти меры не решают проблемы, препятствуют потокам данных и услуг через границы и подрывают суть интернета как единой, универсальной и глобальной сети связи. Фильтрация и конфискация DNS попирают права человека и свободу выражения своей точки зрения, а также часто ограничивают международные принципы равенства перед законом и норм отправления правосудия. Негативные последствия фильтрации DNS перевешивают краткосрочные юридические и деловые преимущества».
Пока никто так и не доказал, что предлагаемые меры наконец позволят покончить с разгулом безнравственности и национальных угроз в интернете
Из доклада InternetSociety «Взгляд InternetSociety на фильтрацию доменных имён».
В последнее время в России заметно усилился контролирующий тренд в законодательстве: активно продвигаются инициативы, предполагающие фильтрацию трафикорегистраторами доменных имён, хостинг-провайдерами и операторами связи, внесение интернет-компаний с охватом более 20 млн пользователей в список стратегических компаний, обсуждаются всевозможные «благие» темы вроде борьбы с противоправным контентом. Причём этот «стратегический» законопроект попал в новостные ленты и уже заслужил понятную оценку экспертов и индустрии, которую он скомпрометировал бы за рубежом, лишив очевидных конкурентных преимуществ (ими пользуются, к примеру, американские компании, поддерживаемые государством через налоговые льготы). В то же время другие инициативы часто остаются за кадром. В этой статье мы постараемся дать им оценку и показать на примерах, к чему может привести реализация подобных идей.
Все эти инициативы, к сожалению, не всегда воспринимаются всерьёз представителями интернет-бизнеса. Так, в конце 2010 года был принят закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию» (№436-ФЗ), в статье 14 которого, в частности, говорится: «Доступ детей к информации, распространяемой посредством информационно-телекоммуникационных сетей (в том числе сети интернет), предоставляется операторами связи, оказывающими телематические услуги связи в пунктах коллективного доступа, при условии применения указанными операторами связи технических, программно-аппаратных средств защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию».
В аналогичном ключе разрабатывается законопроект Лиги безопасного интернета «О внесении изменений в отдельные акты Российской Федерации по вопросам регулирования отношений при использовании информационно-телекоммуникационной сети интернет». В документе предлагается наложение обязательств на операторов связи, оказывающих услуги по передаче данных и предоставлению доступа к сети интернет, «осуществлять ограничение и возобновление пропуска трафика к сетевому адресу в информационно-телекоммуникационной сети интернет» на основании «Единого реестра доменных имен и (или) универсальных указателей страниц сайтов в сети интернет и сетевых адресов в сети интернет, на которых размещается информация, распространение которой на территории Российской Федерации запрещается федеральными законами». Работа по формированию, ведению и актуализации реестра возлагается на некоммерческую организацию (читай – Лигу безопасного интернета), порядок работы которой регулируется почему-то правительством РФ.
Это только два примера из многих подобных, еженедельно появляющихся на законодательном горизонте. И 436-ФЗ, и законопроект Лиги безопасного интернета предполагают фильтрацию на уровне магистральных провайдеров, тем самым дополняя друг друга.
Один из основных аргументов противников подобных инициатив – техническая невозможность реализации такой меры. Однако специалисты утверждают, что это не так, и пример Китая – тому подтверждение. Больше того, поговаривают, что и лоббированием законопроекта занимаются представители русского IT-бизнеса, которые уже разработали похожий фильтр для Вьетнама и теперь надеются на повторную продажу и бесконечные правительственные заказы по обслуживанию системы.
Остаётся одно – подсчитывать потенциальные убытки. Прогноз развития событий после вступления в силу указанных норм рисует неутешительную картину.
По оценкам экспертов, внедрение программно-аппаратного комплекса для фильтрации обойдётся операторам связи в зависимости от их масштабов от сотен тысяч до десятков миллионов долларов (в зависимости от уже установленного оборудования). Внедрение таких систем потребует значительного времени, будет сопряжено с перерывами связи для пользователей и однозначно скажется на повышении тарифов для них, т.к. оператор будет вынужден переложить бремя обеспечения требований этих законов на абонентов. При этом очевидно, что последствия введения этих законов и поправок, как это обычно и бывает в России, ударят не столько по нарушителям законов, сколько по законопослушным пользователям и операторам связи, что, безусловно, приведёт к неудовольствию последних и разрушит успешные бизнес-партнёрства.
Возьмём какой-нибудь конкретный пример из «России, которую мы потеряем». Допустим, один из продвинутых московских телеком-провайдеров ВиЛэнд, предоставляющий с 2003 года широкий спектр телекоммуникационных услуг в бизнес-центрах Москвы, и его партнера – Инвестиционную компанию O1Properties Бориса Минца, владеющую и управляющую бизнес-центрами в Москве o1properties.ru.
Каждый клиент, арендующий бизнес-площади, имеет возможность пользоваться интернетом на скоростях до 10 Гбит/с; телефонией, построенной на самых передовых решениях в области VoIP с возможностью в т.ч. многосторонних видеоконференций с HD-качеством видео и звука; IP-телевидением; а также IP-адресами нового поколения (IPv6). Среди клиентов такие известные компании, как «Европейская Медиа Группа» (Европа+), официальное представительство BMW GroupRussia в России ООО «БМВ РусландТрейдинг», центральный офис издательства «Аргументы и Факты «АИФ», крупная строительная компания ООО «Сен-Гобен Строительная Продукция Рус», кадровое агентство «Анкор» и т.д.
Посмотрите, как старательно характеризует конкурентные преимущества компании первый заместитель генерального директора ВиЛэнд Виктория Думик:
«Опорная сеть построена по схеме «двойная звезда», где оба географически-разнесённых центра связаны друг с другом 10 Gbit/s-соединениями, связь с крупными провайдерами сети интернет производится двумя разными пограничными BGP-маршрутизаторами, каждый из которых имеет независимый набор аплинков. Каждый из узлов сети (отдельный БЦ) имеет прямые оптические стыки с обоими центрами «двойной звезды», обеспечивая тем самым непрерывность предоставления услуг связи даже в случае полного уничтожения любого из центров, либо повреждения кабелей ВОЛС до одного из этих центров.
Понятно, что в случае введения сетевых фильтров модель успешного небольшого «продвинутого» телекома оказывается под вопросом: ведь пользователям станут недоступны и те ресурсы, которые попадут под фильтрацию вследствие «нездоровой конкуренции», ошибок администраторов и, вероятно, даже киберпреступников. Кроме того, как уже было сказано выше, услуги станут заметно дороже, а их качество, вероятно, снизится из-за возникновения в цепочке дополнительного сложного оборудования. Очевидно и то, что связность внутрироссийских сетей деградирует из-за сетевых фильтров и желания операторов и хостинг-провайдеров обеспечивать хорошие параметры скорости и надёжности доставки контента через границы РФ. Другими словами, мы можем потерять то, к чему мы уже привыкли относиться как к данности – способность быть на одной волне со всем миром из любого бизнес-центра Москвы.
Значит, в гипотетическом случае принятия подобных законов и поправок телеком может потерять скорость, связность и стимулы к развитию. Как следствие, пострадают все потребители, а выиграет разве что пара самых крупных игроков, которым останется только забрать рынок у региональных провайдеров, «зажав» их фильтрами и ограничениями в узкие рамки ценовой конкуренции за услуги среднего качества.
В целом, по словам исполнительного директора Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры интернета Матвея Алексеева, введение фильтрации в сети интернет на уровне законодательства приведет к потере связности в российском сегменте сети из-за миграции хостинг-провайдеров на запад. «Уже три игрока рынка заявили об открытии представительств за границей РФ, – утверждает Алексеев, – а это говорит о том, что средние и мелкие участники рынка могут последовать их примеру. Таким образом, нарушение связности и частичная миграция площадок приведут к потере вклада в рост ВВП от отрасли, вес которой за последние несколько лет, по данным РАЭК, сильно вырос, и к потерям для игроков рынка».
Эксперты обращают внимание на высокую стоимость законопроектов для общества и индустрии. Похожие расчёты проводились в Австралии, где уже обсуждалось внедрение аналогичной системы. «В Австралии стоимость создания такой системы была оценена в $130 млн. Для России, учитывая масштабы страны, её можно оценить в $500 млн. Эффект фильтрации также был изучен в лабораторных условиях – скорость передачи информации снижается на 20%. В конечном счёте оценка влияния на ВВП такого рода системы может быть оценена как снижение на 2–2,5%» – рассказал на форуме РИФ+КИБ-2012 Самуэль Грин, директор изучения интернета и общества российской школы экономики.
В конце концов, деньги тленны. Разве можно рублями или даже долларами оценивать здоровье нации? Конечно, нет. Вот только пока никто так и не доказал, что предлагаемые меры наконец позволят покончить с разгулом безнравственности и национальных угроз в интернете. Авторы обычно упоминают некие исследования, затрудняясь дать их названия и уж тем более ссылки, в то время как отчётов, свидетельствующих об обратном, никто замечать не хочет. А реальность, описываемая в этих отчётах, такова, что в ряду методов борьбы с нежелательным контентом фильтрация стоит на последних местах.
Таким образом, в перспективе имеем следующее:
– будут потрачены огромные средства как частных компаний, так и из бюджета;
– активность участников и скорость работы российского интернета снизится, что повлечёт за собой уменьшение интернет-составляющей ВВП;
– и, самое главное, искомые цели (борьба с противоправным контентом для достижения безопасности детей, пользующихся интернетом, снижение уровня экстремизма и его пресечение в целом и многое другое) достигнуты не будут, так как любую фильтрацию можно обойти быстро, легко и с минимальными финансовыми затратами. Решения в этом плане уже реализованы в том же Китае (но это уже тема для отдельного разговора).
И последнее – по порядку, не по значению. В 2010 году международная организация «Репортеры без границ» поставила Россию «под подозрение» в рамках списка стран-врагов интернета «EnemiesoftheInternet», в самом верху (или скорее внизу) которого находятся, в частности, Иран, Китай, Саудовская Аравия, Вьетнам и Тунис (на карте обозначены траурным чёрным цветом). Если законам вроде 436-ФЗ или проекту ЛБИ дадут ход, то скоро на карте мира Россия будет окрашена в такой же чёрный цвет.
При этом выход есть – изучение* европейского опыта, опыта Великобритании, США и Японии показало, что политики детской безопасности, применяемые интернет-компаниями в качестве инициатив саморегулирования, успешно работают. Анализ попыток возрастной маркировки интернет-страниц и фильтрации контента на уровне провайдеров признаются международными экспертами технологически и социально неэффективной практикой, и ни одна система возрастной маркировки или контентной фильтрации не способна заменить родительский контроль.
*Отчет подготовлен аналитическим отделом РАЭК и опубликован в ноябре 2011 года. В отчете использованы данные Еврокомиссии, Международного союза электросвязи, министерства связи Великобритании, Google, Института семейной онлайн-безопасности (FOSI).
Источник: «Частный Корреспондент»