Если набрать в Интернете слово «усыновление», то можно найти как минимум три актуальные новости по теме. Во-первых, российский МИД заявил, что считает целесообразным до вступления в силу двустороннего соглашения, призванного гарантировать безопасность российским детям, «приостановить усыновление гражданами США детей из РФ, а также ужесточить требования к иностранным усыновителям».

Задача максимум для государства должна быть простой – в России не должно быть детских домов вообще

Между тем Госдепартамент США сообщил журналистам через посольство в Москве, что «не получал официального уведомления от правительства РФ о моратории на усыновление американцами российских детей».

Но на фоне этой заочной дипломатической перепалки как-то незаметно и скромно прошла информация председателя Верховного суда России Вячеслава Лебедева.

Я и раньше понимал, что у нас мало усыновителей, но официальные цифры меня просто подкосили: из 18 тысяч усыновителей 3 тысячи – это иностранцы. Это почти 20%, а если посмотреть реально, то каждого четвертого ребенка в России усыновляют граждане других стран. Это позор для нации!

Теперь что касается американцев. По данным г-на Лебедева, их было порядка 28% из общего числа иностранных усыновителей. По этому показателю Россия как «экспортер» детей по статистике Госдепа США выходит на третье место. Перед нами стоят Эфиопия и Китай, где идет активное воспроизводство населения и где его численность постоянно растет. Но у нас-то численность населения падает!

А вот для контраста слова Уполномоченного по правам ребенка Павла Астахова: «Растет число отказных детей, которых матери бросают в детдомах. Официальной статистики по этому вопросу не ведется. По данным, которые мы пытались собрать на местах, получается, что таких детей от 30 до 50 тысяч каждый год».

Усыновляют 18 тысяч детей в год, а с остальными-то что?

И на этом фоне меня просто бесят истерические заявления, что «это наши дети, и мы их никому не отдадим». Давайте меньше патетики и честно посмотрим правде в глаза.

Конечно, случаи ужасного обращения с российскими детьми в США искренне возмущают и требуют пристального внимания. И это безусловная обязанность государства – следить за нашими детьми, где бы они ни находились. Но применять такие методы, как эмбарго на усыновление, – это значит делать плохо самим детям.

Меня тоже возмущает поступок американки Торри Хансен, которая отправила усыновлённого ребёнка самолётом обратно в Россию, сопроводив его лишь запиской о том, что она от него отказывается. Этот человек явно не в себе. Но вопрос остается. Мы должны стоять на стороне детей и не прикрываться никакой демагогией. А если мы остаемся на стороне детей, то мы должны прекратить этот позор с попытками эмбарго. Какое мы имеем на это моральное право, если по 50 тысяч детей каждый год бросают в роддомах и еще несколько тысяч изымают из неблагополучных семей?

#{smallinfographicleft=415988}Я считаю правильным, что общество так резко реагирует на сообщения из Америки, но мне бы хотелось видеть и статистику того, что происходит у нас, в России, в приемных семьях. Она наверняка есть, но почему-то об этих цифрах стыдливо умалчивают. Потому что они, видимо, еще более ужасны.

Мне часто задают вопрос: может, надо что-то в законе об усыновлении поправить? Я считаю, что закон написан качественно, но все упирается в людей, вернее в систему. Если ты стал кандидатом в усыновители, то вся система не заточена на то, чтобы тебе помогать. Она совершенно пассивна. Более того, система как раз настроена не на помощь детям, а на некую «справедливость» и опасения «как бы чего не вышло».

Я не против осторожности, но задача максимум для государства должна быть простой – в России не должно быть детских домов вообще, а усыновители должны испытывать режим наибольшего благоприятствования. И пусть это будут необязательно только российские усыновители.

Я за то, чтобы детей не бросали, а если уж бросили, то желательно, чтобы они оставались на родине. Но только не в детском доме!

А вы как считаете?

Источник: Блог Романа Авдеева