Заявление Ивана Охлобыстина о намерении участвовать в президентской гонке прозвучало вовремя. В истеблишменте, да и у простого народа нервы натянуты до предела: все требуют от тандема «последней прямоты». Практически каждый день к Медведеву и Путину пристают с одним и тем же вопросом: ну кто? И предсказуемо получают один и тот же ответ.
Урок, преподанный нам Охлобыстиным, заключается, на мой взгляд, в том, что не надо приставать к Медведеву и Путину
Теперь же можно хотя бы ненадолго расслабиться. И поразмышлять на такую, например, тему: почему заявление Охлобыстина оказалось столь сенсационным? Что всех удивило? И есть ли на самом деле чему удивляться?
И вот что, к примеру, приходит в голову.
С предсказуемой неизбежностью вся ситуация просматривается в формате «Король и Шут». Не в смысле одноименного ВИА, разумеется. А в сугубо личном – охлобыстинском смысле. За Охлобыстиным тянется вереница убедительно и обаятельно шутовских образов, в какой бы роли он ни выступал. И как актер, и как сценарист, и как креативный директор он всегда играет «под низ». Всегда находит слова, жесты и акты, которые, говоря ленинским слогом, являются «срыванием всех и всяческих масок». А, говоря слогом попроще, дезавуируют сакральность, непонятно каким образом и непонятно кем и когда-то вмененную всему заведомо профанному.
Для Охлобыстина-шута нет и быть не может ничего «священного». В этом мире, по крайней мере. И потому в этой своей шутовской ипостаси он выступает как заведомый «король низа», призванный властвовать над разоблаченным и вновь разоблачаемым «человеческим, слишком человеческим». Отсюда из этого без промаха бьющего скепсиса в отношении «двуного животного без перьев» (с «плоскими ногтями», разумеется) истекает вполне инфернальное обаяние охлобыстинских «Интернов».
Стало быть, напрашивается вывод: уж если призвание Охлобыстина в том состоит, чтобы «заземлять» все «высокое», то сама логика этого призвания должна, в конце концов, направить его на открытие абсолютно человеческого в абсолютно властном. В самом институте главы государства. Когда Охлобыстин говорит нам: «Я хочу быть президентом», он на самом деле заявляет: «Даже я могу стать президентом. Могу – если захотите вы все»!
Шут всегда говорит о самом главном. И оно вот в чем. Мы сами себя убаюкали сказками о том, что все предрешено, «все схвачено», «все куплено» и т.д. и т.п. Тем самым мы сами себя освободили от главного условия нашей свободы – не просто права, а обязанности (внутренней, перед самими собой) выбирать. Но парадокс в том, что как бы мы в себя это самоотречение от свободы ни впихивали, саму способность выбора, то есть предпочтения одного другому, задавить не получится. До тех пор пока в нас остается хоть йота того самого – жалкого и профанированного Охлобыстиным «слишком человеческого».
После такого расслабляющего размышления вполне можно вернуться и к вопросу о тандеме. Урок, преподанный нам Охлобыстиным, заключается, на мой взгляд, в том, что не надо приставать к Медведеву и Путину, не надо в режиме нон-стоп хватать их за грудки и шантажировать якобы рушащимися судьбами России и окрестностей.
Да, их выбор важен. Кто спорит. Но решающий-то выбор все равно за нами, за каждым в отдельности и всеми вместе. Потому что несть власти еще не от человека. Самого обыкновенного. С маленькой буквы. Такого же, как ты и я.
Такой вот он – message Охлобыстина. Без всякого концепта и специального соизволения. Как есть.
Источник: Сайт «Актуальные комментарии»