Я теперь тоже раздражаюсь на московского мэра. Раньше блюла нейтралитет – вроде ничего откровенно безобразного Собянин не устраивал. Все его действия были хоть и бессмысленные, но, на первый взгляд, безвредные.
Даже укладка плитки не особенно напрягала, что бы там ни говорили противники.
Но так как плитка пришла практически ко мне в квартиру и жить стало невозможно, то сейчас я активно против.
Но самый мрак – это парк. Сокольники, где обыкновенно тишина и покой, а сейчас тут какой-то апокалипсис
Вот со стороны Русаковской улицы есть такой сквер. Там плитка еще дособянинская, ей пару лет. И ее меняют. За два года эта плитка обратилась в ничто. Облупилась и потрескалась, как лак на ногтях недельной давности. Все дружно вспоминаем Рим и задумываемся, где они берут такую мостовую, что прекрасно выглядит спустя столетия.
Но самый мрак – это парк. Сокольники, где обыкновенно тишина и покой, а сейчас тут какой-то апокалипсис. Там на дорожках кладут ЕЕ. И даже есть плакаты, которые, наверное, стоили дополнительных денег, – красивые такие плакаты, где в фоторедакторе показывают, как плохо было с асфальтом и как отлично будет с плиткой. Особенно на велике и с детскими колясками, ага. Массаж простаты.
Гулять в Сокольниках невозможно – здесь теперь плиточный большой взрыв: пыль, грязь, какие-то сплошные заграждения, кучи песка, даже туалеты закрыты. Может, их тоже обкладывают тротуарной плиткой, кто знает.
Но дело даже не в том, что на пару месяцев мы лишены парка, и не в том, что на велосипеде по плитке – не большая радость, а в том, что это некрасиво. В парке должны быть гравиевые дорожки, это тихо, уютно и симпатично. Они, конечно, немного раскисают после дождя, но это ничего. Все-таки парк, а не торговый молл.
А главное, что все это в лучшем случае на год – и опять начнется бесконечное выковыривание старой плитки, укладка новой... Жизнь типа продолжается. Разве может быть что-то лучше старой доброй стройки у вас на голове?
Чтобы не врать безбожно – в Европе, да, тоже строятся. И не то чтобы это проходит без следа – отбойные молотки шумят, как лапочки, прямо с раннего утра, а стройки даже не всегда загораживают этими тентами против пыли. Но там хотя бы как построили – так и стоит потом. И красиво.
А здесь же бесконечное брожение: вождение автомобиля становится игрой – угадай, где в два часа ночи будет пробка, потому что украли весь асфальт. Причем такое ощущение, что за сезон земля просто вздувается – на той же Ленинградке, которую чинят, чинят, починить не могут, просто серфинг уже – настолько все горбатое.
Но главное, конечно, в том, что чиновники не любят этот город. Они «принимают административные меры», а любят Женеву, Лондон, Рим. Места, где людям не все равно, как им самим.
Я не узнаю Москву. Не только внешне. С лица она всегда была замарашкой – в СССР стояла грязная, облупленная, отовсюду торчали диковатые советские постройки, вроде той гадости, что на Октябрьской площади.
Но у города теперь нет души. Об этом много говорили, но сейчас это уже факт – клиент мертв.
И вот потрясает лицемерие чиновников – та же Батурина, которой грезились города из чистого бетона, украшенные металлическими деревьями с прудами из стекла, она ведь где-то там, в Великой Британии, ощущает, что старина, природа, традиции – это все для жизни.
Эти люди, по сути, паразиты – прососутся, заразят какой-нибудь гадостью, а потом ищут новую жертву. И на все им плевать, у них нет ни культуры, ни вкуса, ни интуиции, ни чувств. Они – кадавры, не удовлетворенные материально.
Было какое-то ощущение, что Собянин – другой породы. И жена его, воспитатель детского сада, тоже. Может, она, и правда, к плитке отношения не имеет. Может, тут другие интересы.
Но, честное слово, лучше бы он отремонтировал все подъезды. Меня наше парадное намного больше волнует, чем какие-то там асфальтовые дорожки. И вокзалы меня тоже волнуют. Это ведь дико стыдно – то, что происходит в России на вокзалах. Бездомные, грязь, вонь, свинство, палатки из 90-х.
Или лучше бы такси организовал. Лицо родины – это усатый человек в неопрятной одежде, который шепчет «такси в город недорого такси в город». Выглядят как попрошайки с ножом в кармане. Тоже позор.
От плитки никому ни горячо, ни холодно, а вот такие вещи – они создают настроение.
Понятно, что «наши люди на такси не ездят» – чиновники передвигаются на мерседесах с водителем и охраной, а последнее их воспоминание о реальной жизни – очередь в МакДональдс в 1990 году. Они тоже прячутся от действительности, им тоже страшно, но только у них под кроватью другие буки. Им бы перевести счета в безопасное место, а потом туда же вовремя убраться.
Но это равнодушие... Непонятно, как они с ним живут. И ради чего. Разумеется, их ни разу не жаль, но все же эта пустота в том месте, которое другие называют душой, она так же очевидна, как некроз. Я не верю, что они настоящие, живые. Они уже давно умерли, а наш город – это территория зомби, которые пытаются и наши души тоже сожрать. SOS.
Источник: Трибуна Общественной Палаты