«Это, конечно, противоречит логике ВТО о честной конкуренции. Нам навязывают невыгодные условия торговли. Однако мы вряд ли сможем что-то доказать в ВТО», - заявил газете ВЗГЛЯД ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) и Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович.
Речь идет о новом экологическом (углеродном) налоге, который в 2023-2026 годах хочет ввести Евросоюз. Платить его будут европейские импортеры углеводородов, но они переложат эти расходы в том числе на российских экспортеров. Накануне президент России Владимир Путин назвал такой налог ЕС проявлением недобросовестной конкуренции. По его словам, он «явно противоречит принципам Всемирной торговой организации», и ударит по России. «Это налог на отдельные страны, в том числе на нас», – сказал Путин, уточнив, что имеет в виду конкурентные преимущества нашей страны, в том числе наличие у нас природных и энергетических ресурсов.
Недобросовестность конкуренции состоит в том, что одна страна - ЕС навязывает всем остальным то, что выгодно именно ей, тогда как у каждой страны есть свои особенности, согласен эксперт. «Дания, например, из-за своей географии имеет возможность строить ветровые электростанции у моря, чтобы они никому не мешали. У Бразилии, тропической страны, много тростника, из которого делают биомассу. Поэтому большинство машин ездят на сочетании бензина (20%) и биоэтанола (80%). И мировые автоконцерны делают специальные автомобили для этой страны», - рассказывает эксперт.
А у России имеются большие запасы природного газа, который является экономически и экологические для нас более выгодным для использования. «Мы можем развивать тему газомоторного топлива, а потом бирюзового водорода», - отмечает эксперт.
Но Европа дает зеленый свет только тем, кто строит ветряные, солнечные и малые гидростанции. Выгода ЕС еще и в том, что она производит оборудование для этих станций, и своим экологическим налогом мотивирует другие страны покупать это недешевое оборудование у нее. «Европа же пытается всех подвести под одну гребенку. Формат торговли подгоняется под тот формат, который выгоден конкретной стране», - говорит Митрахович.
Еще один признак недобросовестной конкуренции состоит в том, что Европа не соглашается засчитать поглощающую способность наших лесов и низкоуглеводную энергетику – атомные электростанции и большие гидроэлектростанции,
говорит Митрахович. Чистыми в Европе признаются только малые гидроэлектростанции. Потому что в самой Европа нет столько леса, как у нас, мало больших ГЭС, иот атомной энергетики отказываются.
«Однако Европейская комиссия своих предложениях предлагает засчитывать только те платежи, которые делаются именно в деньгах. А если после переговоров и согласятся засчитывать наши леса, то будут говорить о том, что леса у нас плохо управляются, не растут, гниют и т.д. Отчасти это, конечно, правда», - говорит Митрахович.
Добиться справедливости через ВТО вряд ли получится, считает эксперт. Хотя бы потому, что вся модная история со спасением планеты в виде экологического налога ЕС (в том числе за счет России) позиционируется как исполнение Парижского соглашения, которое имеет более глобальный статус и силу, чем ВТО.
Митрахович считает, что все сведется к тому, что России придется платить этот экологический налог, чтобы не потерять европейский рынок сбыта. В России было предложение сделать похожий налог, который будет собираться внутри нашей страны, чтобы не платить его Европе. Однако пойдет ли на такое ЕС – пока не ясно.
По экспертным оценкам, налог может затронуть около 40% российского экспорта. Сильнее всего пострадают российские нефтегазовые экспортеры, металлурги и химики. Оценки потерь варьируются от 5 до 50 млрд евро до 2030 года в совокупности, писала ранее газета ВЗГЛЯД.