«Для меня смерть Лужкова – очень серьезное событие. Я был знаком и близок с Юрием Михайловичем в течение многих лет, – сказал первый зампред комитета Госдумы по делам СНГ Константин Затулин. – Впервые мы познакомились в 90-м году, когда к власти пришел новый демократический Моссовет. Лужков откликнулся на предложение тогдашнего мэра столицы Гавриила Попова стать председателем исполкома города Москвы».
По словам собеседника, с первых дней работы в столичном правительстве Лужков проявил себя как незаурядный, крупный руководитель, непохожий на тех деятелей застойной эпохи, которых все привыкли видеть в качестве олицетворения административно-хозяйственного аппарата советского периода.
«Я был советником Юрия Михайловича на общественных началах и на штатной основе с 1997 по 2010 год, до последнего дня его работы в должности мэра Москвы. Вслед за президентом Путиным я считаю, что из жизни Москвы и всей России нельзя вычеркнуть эпоху, связанную с именем Юрия Лужкова. Если подытожить все, что он сделал для Москвы, то я бы хотел сказать, что он принял Москву, которую у нас было принято называть деревней – с погасшими огнями, с раздолбанными дорогами, с бесконечными вещевыми рынками, в обстановке развала Советского Союза. И оставил – городом, которым мы гордимся и в который мы с удовольствием возвращаемся, даже если мы уехали в Париж или Лондон по делам или на отдых», – отметил Затулин.
При этом он подчеркнул, что для многих Лужков сформировал представление о том, каким должен быть руководитель города, глава субъекта Российской Федерации – человеком, не стесняющимся залезть в канализационный люк, не боящимся встречи с людьми, находящим вкус в разрешении нерешенных вопросов. Лужков не щадил ни себя, ни свое окружение, требуя работы 24 часа в сутки, констатировал зампред комитета Госдумы.
#{bigimage=1637528}«Могу подчеркнуть еще одну черту Лужкова, уже как политика федерального уровня. С середины 90-х годов он ярко и независимо выступал в поддержку наших соотечественников за рубежом, – поделился Затулин. – Возвысил свой голос в поддержку Крыма и Севастополя. Принял конкретные решения, которые позволили в отсутствие внимания со стороны тогдашнего федерального правительства сохранить Черноморский флот».
Сегодняшнего флагмана Черноморского флота – ракетного крейсера «Москва», никогда не было бы в строю, если бы столица России не выделила деньги на его достройку в Николаеве. И делал это Лужков исходя из своего принципиального отношения и к распаду СССР, и к необходимости восстановить достоинство России на международной арене, заметил собеседник.
«При этом своим отношением, не только к соотечественникам за рубежом, но и к регионам России, с которыми он крепил отношения, оказывал поддержку, он снимал естественную в условиях неравномерности развития Российской Федерации ревность к Москве», – вспоминает Затулин.
Люди говорили, Москва много зарабатывает, но она умеет поддержать и тратить на те вещи, которые не являются ее прямой обязанностью, акцентировал он. «Скажем, поддержка соотечественников и Черноморского флота явно не входит в обязанности мэра Москвы. Мы смогли в свое время объяснить и показать Юрию Михайловичу, что этим надо заниматься. И он вышел с этим на федеральную сцену», – добавил Затулин.
«Напомню, что именно Лужков был инициатором создания партии «Отечество – вся Россия», которая стала составной частью нынешней «Единой России». Он боролся вместе с нами, и я вместе с ним, в 1999 году. Мы помним, как всеми правдами и неправдами ельцинская команда делала все от них зависящее, чтобы Лужков и Примаков не взяли в свои руки власть в России», – сказал Затулин.
1999 и 2000 годы были для Лужкова, как для политика федерального уровня, переломными, напомнил депутат. «До этого Юрий Михайлович двигался вверх, имея в виду перспективы федерального масштаба. После того, как во главе России встал Путин, было очевидно, что Лужков достиг своего потолка, как, впрочем, и Примаков. На этом этапе деятельности Лужков, конечно, ослабил самоконтроль, и возникли проблемы», – продолжил Затулин.
«Затем уход Лужкова с вердиктом недоверия нанес травму не только ему, но и всему поколению москвичей. В течение всего следующего года меня снимали с должности под формальным предлогом, что я лужковец, от которого надо избавляться. Хотя сам Лужков не проявлял большого интереса к своим соратникам, которые оказались в разных ситуациях после того, как он был удален. Я это говорю не в обиду. Юрий Михайлович был непростым человеком, он был живым человеком», – признался зампред комитета Госдумы по делам СНГ.
«Может быть, памятник Хрущеву, который Лужков терпеть не мог, несмотря на то, что сам был внутренне похожим на Хрущева, мог бы в какой-то мере стать образцом для памятника и самому Лужкову. Монумент на Новодевичьем кладбище, как известно, черно-белый. Если говорить о Лужкове, черного цвета могло бы быть поменьше, а белого побольше. Но в любом случае в карьере Юрия Михайловича было и то и другое», – отметил Затулин.
По его словам, Лужков сыграл значимую роль в воссоединении Крыма с Россией.
«В 2014 году я был в Севастополе, был непосредственным участником «Крымской весны» и предположил, что было бы неплохо, если бы Лужкова назначили губернатором Севастополя. Уверен, сами жители города приняли бы это с восторгом», – считает Затулин.
«А последний мой разговор с Лужковым состоялся в июле нынешнего года, когда мы вместе с действующим командиром ракетного крейсера «Москва» созвонились с Лужковым в канун Дня Военно-морского флота РФ. Мне кажется, ему было по-человечески приятно, что его помнят моряки. Что они признательны ему за возможность служить на корабле, который он помог ввести в строй. Пусть это воспоминание будет ему эпитафией», – заключил Затулин.
Ранее во вторник стало известно о том, что Юрий Лужков, занимавший пост мэра Москвы с 1992 по 2010 год, умер в Мюнхене в возрасте 83 лет. По данным СМИ, в Германии Лужкову проводили операцию на сердце.
Мэр Москвы Сергей Собянин и губернатор Подмосковья Андрей Воробьев выразили соболезнования близким Лужкова.