«Я голосовал за выход, но, учитывая все доводы, нельзя отрицать, что в конечном итоге мы останемся в ЕС», – передает РИА «Новости» мнение корреспондента The Independent Шона О'Грэйди.
Так почему же, зная историю, кто-то должен верить в то, что решение по британскому референдуму окончательное?
Во-первых, по его мнению, перевес голосов был незначительным. У большинства стран есть конституционный обычай, по которому для серьезных решений нужно одобрение двух третей голосов законодателей или граждан на референдуме – то есть гораздо больше, чем около 52%, проголосовавших за Brexit. Кроме того, некоторых из проголосовавших за отделение вся серьезность складывающейся ситуации заставляет сожалеть о принятом решении, пишет О'Грэйди.
Во-вторых, указывает он, в Великобритании только парламент может решать, следовать ли стране воле народа или нет. Конечно, взять и проигнорировать результаты референдума нельзя, однако он не является решающим фактором.
В-третьих, О'Грэйди уверен, что Евросоюз без Великобритании теряет «слишком многое».
Тот, кто сменит премьер-министра Дэвида Кэмерона, заявившего об отставке, вероятно, просто попросит Брюссель о какой-то новой, более выгодной сделке, и ЕС, если у его лидеров есть хоть капля здравого смысла, согласится и предложит что-то, что успокоит сторонников Brexit – например, немного «ударит по тормозам» в миграционном вопросе, считает О'Грэйди.
В-четвертых, по мнению О'Грэйди, мало кто из консерваторов – партии большинства, формирующей правительство – сейчас поддерживает выход из ЕС, включая экс-мэра Лондона Бориса Джонсона, который раньше позиционировал себя как активного сторонника Brexit.
Наконец, если состоятся всеобщие выборы, и на смену консерваторам придут лейбористы, они точно не захотят отделяться, не отправившись в Брюссель за советом. В этом случае в стране почти наверняка пройдет повторный референдум, и на этот раз победителями, вероятно, окажутся сторонники ЕС, заключает О'Грэйди.
Джон Кэссиди, пишущий для журнала The New Yorker, напоминает, что отделение Великобритании от ЕС – это как минимум долгий процесс. Чтобы получить право выйти из Евросоюза, Лондон должен инициировать статью 50 Лиссабонского соглашения, после чего начнется процесс переговоров об условиях будущего сотрудничества между Великобританией и ЕС, который может занять два года. Кроме того, Лондон пока не торопится применять эту статью.
По словам Кэссиди, заявление Кэмерона об отставке «остановило часы»: до избрания нового премьера статью 50 задействовать не будут, и нет никаких гарантий, что новый премьер прибегнет к ней, даже если им окажется Борис Джонсон.
«Если бы Кэмерон инициировал статью 50 в пятницу утром, Великобритания уже была бы на пути из ЕС: процесс отделения необратим. Но благодаря умному маневру – а это был именно умный маневр – у страны есть еще какое-то время поразмышлять о последствиях Brexit, которые уже оказываются более серьезными, чем рассчитывали многие из голосовавших за выход из Евросоюза», – выразил мнение Кэссиди.
Он также перечисляет некоторые из этих последствий: обрушение фондового рынка и курса фунта стерлинга, понижение кредитного рейтинга, в будущем – возможные проблемы для бизнеса и рецессия. «Обычные люди, вероятно, будут более обеспокоены тем, что сейчас, когда школьные каникулы на носу, стоимость поездки в Европу, которые ежегодно совершают британцы из всех социальных слоев, подскочила на 12%», – приводит пример автор.
Как и О'Грэйди, он обращает внимание на то, что многие из сторонников Brexit теперь сомневаются в правильности своего выбора. В частности, к ним относится бывший редактор таблоида The Sun, заявивший, что спустя четыре дня после голосования испытал «раскаяние покупателя» и теперь боится того, что будет дальше.
Кэссиди также напоминает о том, что референдум носит рекомендательный характер, однако проигнорировать чаяния 17 млн британцев парламент не может себе позволить. Более реальное развитие событий – всеобщие выборы, второй референдум или и то, и другое.
Кэссиди при этом признает, что общался с двумя «уважаемыми людьми» из Лондона, которые против разделения с ЕС, и оба они называют его прогноз слишком оптимистичным.
#{bigimage=1024363}
Колумнист Financial Times Гидеон Рахман придерживается похожего мнения: по его словам, история с отделением Британии от ЕС оказалась шокирующей, драматической и разочаровывающей, и все же «это еще не конец».
По его словам, после того, как он узнал об итогах референдума, Рахман был в мрачном настроении, но в какой-то момент понял, что «уже видел это кино раньше». В 1992 году датчане проголосовали против Маастрихтского договора (положившего начало ЕС), ирландцы в 2001 году голосовали против Ниццкого договора (внесшего изменения в Маастрихтский), в 2008 – против Лиссабонского (заменил так и не вступившую в силу Конституцию ЕС).
В этих случаях ЕС предоставлял ирландцам и датчанам некоторые уступки, и в итоге они голосовали за эти соглашения. «Так почему же, зная историю, кто-то должен верить в то, что решение по британскому референдуму окончательное?», – делает выводы Рахман.
На его взгляд, Брюссель пойдет на уступки Лондону, потому что Великобритания является важным членом ЕС. Разумеется, многие будут в негодовании от такого рода сделки, но, с точки зрения Рахмана, «крики ярости» якобы будут слышны только со стороны экстремистов.
«Но нет никаких причин позволять экстремистам по обе стороны Ла-Манша решать, как закончится эта история», – полагает автор.
Во вторник глава дипломатии ЕС Федерика Могерини заявила о противоречивых сообщениях о желании Британии выйти из Евросоюза.
До этого глава британского Минфина Джордж Осборн заявил, что власти Великобритании не должны подавать заявку на выход из Евросоюза до тех пор, пока они не будут иметь четкого представления о модели своих будущих отношений с сообществом.
В тот же день премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что надеется на как можно более тесные отношения с Евросоюзом в торговле и безопасности после референдума о выходе Британии из ЕС. Также Кэмерон заявлял, что экономика Великобритании достаточно сильна для того, чтобы выдержать трудности, связанные с выходом из Европейского союза.
До этого Европарламент принял резолюцию, призывающую Евросоюз незамедлительно активировать статью 50 Лиссабонского договора для оформления выхода Великобритании из ЕС.
В понедельник Франция и Германия заявляли, что в реализации мер по выходу Великобритании из Евросоюза нужно действовать быстро. Кроме того, в коммюнике по итогам субботней встречи глав МИД Франции, Италии и стран Бенилюкса в Берлине также говорится, что власти Великобритании должны как можно скорее реализовать принятое на референдуме решение о выходе Соединенного Королевства из Евросоюза.
Между тем, по словам премьер-министра Нидерландов Марка Рютте, для запуска процесса выхода из Евросоюза Великобритании понадобятся недели.
Напомним, сторонники выхода Великобритании из Евросоюза победили на состоявшемся в четверг референдуме. Как свидетельствуют окончательные результаты, опубликованные по итогам обработки бюллетеней со всех 382 избирательных участков, 52% британцев (17,41 млн человек) проголосовали за прекращение членства Соединенного Королевства в ЕС, 48% (16,14 млн человек) выступили за продолжение евроинтеграции.
Референдум не носит юридически обязывающего характера, то есть правительство и премьер-министр вправе проигнорировать его результаты. Но сделать это под давлением общественного мнения властям будет непросто.