«Российский рынок был исключительно важен для Исландии, он стабильно рос. Много лет для нас это был главный рынок сбыта рыбы пелагических видов. Сложившаяся ситуация плачевна, под угрозой находится около тысячи рабочих мест в Исландии и примерно столько же в России», – сказал он ТАСС.
#{smallinfographicleft=757291}Как отметил Хейконссон, в РФ лишиться своих мест рискуют сотрудники рыбоперерабатывающих предприятий, закупавших замороженное сырье исландского происхождения. Согласно данным Национального института статистики страны, в 2014 году Исландия экспортировала в РФ 118,5 тыс. тонн рыбы и морепродуктов на 24 млрд крон (порядка 180 млн долларов). Эти цифры не учитывают реэкспорт, и фактически через другие страны в РФ было поставлено еще несколько десятков тонн исландской рыбы на сумму в 40–50 млн долларов. В 2015 году общие объемы экспорта рыбы в РФ в денежном выражении должны были бы составить 35–37 млрд крон (260–280 млн долларов). Около половины поставок (в денежном выражении) приходилось на исландскую скумбрию, чуть более трети – на сельдь.
«В Россию шло не менее 13% общего экспорта исландской рыбы и морепродуктов. Это полезная, простая еда, не какие-нибудь безумно дорогие деликатесы, – заявил Хейконссон. – Хорошим рынком для пелагических видов (к ним как раз относятся сельдь и скумбрия – прим. ВЗГЛЯД) долго была Нигерия, однако в стране сейчас валютный кризис, и мы не можем рассчитывать на местных импортеров».
Он также отметил, что исландские компании не смогут в короткие сроки перестроить свои логистические цепочки и найти новые рынки сбыта, особенно в разгар скумбриевой путины. Кроме того, по его мнению, сотрудничество с другими государствами может оказаться куда менее выгодным, чем экспорт продукции в РФ.
«Сейчас мы рассматриваем все способы выйти из этого положения, – заявил Хейконссон. – Компаниям, безусловно, придется в ближайшие дни сократить вылов рыбы, выделить больше площадей под хранение замороженной продукции, оценить перспективы. Всех волнует вопрос о том, как долго это продлится, но ни у кого нет ответов».
Он также подчеркнул, что правительство страны ранее упоминало о возможности оказать помощь пострадавшим от ответных санкций экспортерам, однако в реальности возможности исландских властей сильно ограничены.
«В нашей стране совершенно иная экономическая ситуация, чем в Норвегии, которая в прошлом году также потеряла возможность поставлять рыбу на российский рынок, – говорит Хейконссон. – У нас нет нефтяных доходов и фонда с капитализацией в 900 млрд долларов, так что исландскому правительству будет сложно что-то сделать. Мы не хотим вмешиваться во внешнеполитические вопросы, однако убеждены в том, что на пользу отрасли идет свободная торговля. Даже в годы холодной войны, когда на территории Исландии располагалась база НАТО, мы все равно торговали с СССР».
Рыба и морепродукты являются основной статьей экспорта Исландии, на территории которой проживают 330 тыс. человек. МИД республики еще в 2014 году заявил о присоединении к санкциям ЕС в отношении России и поддерживал новые пакеты ограничительных мер, вводимые ЕС. При этом сама Исландия не является членом сообщества, и в 2013 году правительство страны объявило о том, что отказывается от планов по вступлению в него и полностью сворачивает начатый в 2010 году процесс подготовки к евроинтеграции.
Кроме того, в последние дни представители исландского правительства неоднократно заявляли, что Исландия намерена добиваться от «своих европейских союзников» льготных условий при осуществлении поставок исландской рыбы на рынок ЕС, чтобы отчасти компенсировать понесенные экспортерами убытки.
13 августа премьер-министр России Дмитрий Медведев объявил о введении продовольственного эмбарго в отношении еще пяти стран: Албании, Черногории, Исландии, Лихтенштейна и Украины, которые ранее присоединились к антироссийским санкциям ЕС.