Неофициально это происходит уже более десятилетия, но теперь менеджмент этих компаний, как и в случае с советами директоров стратегических акционерных обществ (АО), будет формально зависеть не только от правительства Дмитрия Медведева, но и от президента - Владимир Путин вернул себе те же возможности, которыми пользовался в Белом доме до марта 2012 года.
#{smallinfographicleft=321849}Как стало известно «Коммерсанту», еще в 12 крупных госкомпаниях администрация президента получила формальное право согласовывать или не согласовывать топ-менеджмент.
Распоряжением президента N281-рп от 25 июня 2012 года такому согласованию подлежат «кандидатуры представителей государства в органах управления» ВЭБа, госкомпании «Росавтодор», госкорпорациях АСВ, «Олимпстрой» и Фонде содействия реформированию ЖКХ, в НИЦ «Курчатовский институт», а также в пяти государственных медиаактивах - «РИА Новости» и ИТАР-ТАСС, «Российской газете», радиостанции «Голос России».
12 июля распоряжением N308-рп Владимир Путин добавил в список и два телекоммуникационных АО - Связьинвест и Ростелеком.
«Оба распоряжения пока не опубликованы на сайте президента, официальных комментариев к распоряжению в Кремле и Белом доме не дают, в части госструктур уверены, что распоряжения N281 и N308 имеют гриф «для служебного пользования», хотя тексты, имеющиеся в распоряжении «Ъ», такого грифа не имеют», - отмечается в статье.
Формально, говорится в материале, речь идет о решении достаточно простой проблемы - формализации сложившейся в бытность Владимира Путина премьер-министром практики согласования кандидатур в топ-менеджеры и члены наблюдательных органов крупных компаний.
«Сейчас кандидатуры представителей государства во всех госкомпаниях и госкорпорациях утверждает аппарат президента (АП), сам же список кандидатов предоставляется профильными министерствами через правительство России», - сообщил «Ъ» один из федеральных чиновников.
Раньше, по его словам, такая схема действовала только в госкомпаниях, работающих в таких «стратегических отраслях», как газ, нефть, госмонополии.
Еще один сотрудник правительства пояснил природу постановлений так: со времен премьер-министра Михаила Касьянова, который, согласно этой версии, «в обход АП пытался протащить кого-то в какой-то совет директоров», администрация имеет право согласования кандидатов в стратегических АО (в понимании соответствующего указа 2004 года).
Впрочем, «чисто техническим», как это предполагает собеседник «Ъ», происходящее невозможно считать сразу по нескольким причинам. Наиболее существенным выглядит возвращение права президента согласовывать топ-менеджмент в госкорпорациях. В момент создания госкорпораций Владимир Путин и так имел возможность контролировать все кадры в госструктурах.
В 2008-2012 годах, когда он стал премьер-министром, отсутствие у прямых подчиненных президента Дмитрия Медведева формального права блокировать назначения, например в ВЭБе (все компании списка находятся юридически в ведении правительства и его ведомств), его команду тоже вряд ли сильно беспокоило.
Проблема возникла, очевидно, лишь с рокировкой марта 2012 года - юридически монополию на управление кадрами в указанных структурах правительство Дмитрия Медведева имело в течение трех месяцев.
Так или иначе речь идет не столько о переменах, сколько о защите от перемен. Правительство Дмитрия Медведева просто не успело воспользоваться монополией на управление - в итоге оно вернуло «второй ключ» от госкорпораций в Кремль без открытого сопротивления.