«Я дал все необходимые указания по оперативному наращиванию промышленных возможностей для промышленной утилизации боеприпасов, чтобы в обозримом будущем отказаться вовсе от метода подрыва боеприпасов. Потому что когда у нас гибнут военнослужащие, это нестерпимая ситуация», – сказал Рогозин.
Чиновник указал, что заказы на утилизацию должны получать профессионалы, задействованные на производстве, передает РИА «Новости».
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, многочисленные трагические инциденты на военных складах заставляют задавать неудобные вопросы о том, как организована утилизация боеприпасов в российской армии.
В частности, вопрос о том, почему до сих пор не принята федеральная программа промышленной утилизации боеприпасов и утилизация происходит не промышленным способом – разбором боеприпасов с помощью специалистов, а просто подрывом. В результате зачастую гибнут люди, и даже не офицеры – призывники.
На 150 объектах хранения Минобороны с 1994-го по 2011 год произошло 29 пожаров с детонацией боеприпасов. Нанесенный ущерб составил более 11 млрд рублей.
Так, в июле 2002 года в арсенале в Поволжье вспыхнул пожар, взорвались 66 вагонов с боеприпасами. В ноябре 2009 года в 31-м арсенале ВМФ в Ульяновске в результате нарушения техники безопасности возник пожар, а при ликвидации его последствий – взрыв боеприпасов, в результате которого погибли 11 человек.
В 2011 году взрывы и пожары произошли с разницей в неделю. 26 мая ЧП случилось на 99-м арсенале Минобороны близ башкирского поселка Урман. Пострадали 12 человек. 2 июня пожар, сопровождавшийся разрывами снарядов, произошел на 102-м арсенале под Ижевском, пострадали около 100 человек. Не менее показательна и недавняя трагедия на полигоне Мулино, где во время выгрузки боеприпасов, подлежащих уничтожению, произошел взрыв. Погибли военнослужащие срочной службы.
Федеральная программа промышленной утилизации, которая действовала с 2005-го по 2010 год, позволила утилизировать более 40 млн штук боеприпасов, 100 млн штук патронов к стрелковому оружию, 200 тыс. единиц ракет различного назначения.
#{weapon}Были созданы современные технологии и материально-техническая база промышленной утилизации опасных образцов и компонентов взрывчатых веществ, а также возвращено в хозяйственный оборот значительное количество ценного и остродефицитного вторсырья и ресурсов для производства техники и материалов гражданского назначения, новых видов вооружения и военной техники, боеприпасов и промышленных взрывчатых веществ. ЧП при таком способе утилизации, что является вполне закономерным, не зафиксировано.
Еще в ноябре прошлого года газета ВЗГЛЯД писала о том, что в правительство представлена новая федеральная программа промышленной утилизации боеприпасов.
Однако в ожидании новой программы Минобороны, подталкиваемое сложностью и опасностью ситуации, предпочло идти своим путем. В авральном порядке был начат подрыв списанных боеприпасов на полигонах военного ведомства.
По словам замминистра обороны Дмитрия Булгакова, объясняется это тем, что на 150 объектах хранения сосредоточены несколько десятков миллионов тонн боеприпасов, большая часть которых списана и подлежит уничтожению.
Дальнейшее накопление этих боеприпасов создает предпосылки к чрезвычайным ситуациям и требует значительных затрат на обеспечение безопасного хранения.
Предсказать поведение того или иного боеприпаса не берутся ни научные институты, ни заводы-изготовители. Это, собственно, и подвигло Минобороны на радикальное решение проблемы, а именно – подрыв.
Напомним, что приказу министра обороны Анатолия Сердюкова на 65 полигонах была организована масштабная утилизация методом подрыва. Небезопасная с точки зрения экологии и даже человеческих жизней, зато эффективная по количеству уничтоженного.
Однако даже в этом случае проблема далека от разрешения. Прежде всего потому, что для самого министерства процесс утилизации боеприпасов – непрофильное занятие. За годы реформ военное ведомство избавилось от большого количества специалистов, способных квалифицированно выполнить работы по разборке и подрыву списанных боеприпасов. В результате к работе с опасными объектами привлекаются солдаты срочной службы.
В Минобороны утверждают, что программа расписана до мелочей, что созданы классификаторы боеприпасов по группам опасности, а также памятка для каждого военнослужащего срочной службы, привлекаемого к взрывным работам, но не имеющего специального образования по обращению с боеприпасами и взрывоопасными предметами.
С этими солдатами перед отбытием на полигоны проводятся инструкторско-методические занятия в соответствии с воинской специальностью каждого (подрывник, такелажник или водитель), у всех принимаются зачеты.
А офицеры – командиры групп взрывных работ (сегодня это 209 человек), получившие специальное образование в инженерных училищах, изучили по второму разу курс по уничтожению боеприпасов методом подрыва.
Перед Министерством обороны стоит куда более сложная задача, чем просто избавление от устаревших и опасных снарядов. Как сообщил Дмитрий Булгаков, к 1 января 2015 года военные намерены закрыть имеющиеся 150 объектов хранения боеприпасов.
На 1 января 2014 года в вооруженных силах должно остаться 3 млн тонн боеприпасов 1-й и 2-й категорий. То есть не должно остаться ни одного снаряда, не соответствующего установленным для него срокам хранения.