Обвинение в подготовке теракта, жертвами которого могли стать сотни человек, предъявлено участникам интернациональной группировки, задержанным сотрудниками ФСБ. Учитывая, что ФСБ собрала множество улик по делу и обвиняемым грозят внушительные сроки, защита рекомендует им заключить досудебное соглашение о сотрудничестве со следствием и ходатайствовать о рассмотрении дела в особом порядке, пишет «Коммерсантъ».
#{crime}Предполагаемым организатором теракта, по версии следственного управления ФСБ, являлся житель Кабардино-Балкарии 22-летний Ислам Хамужев, в прошлом году перебравшийся в Дагестан и прошедший спецподготовку у «лесных». В том же году лидеры НВФ отправили Ислама Хамужева в Москву, где он познакомился в одной из мечетей с давно живущими в столице выходцами из Чечни и Ингушетии Мурадом Эдильбиевым и Мурадом Умаевым.
Два Мурада, как говорят их общие знакомые, дружили с детства, жили в Москве неподалеку и тренировались в одних спортзалах. Молодых людей в первую очередь объединяла их общая любовь к футболу – они играли, например, в любительских командах «Даймокх» и «Даруль Аркам». Четвертым участником заговора, как считает следствие, стал приехавший в столицу из Мордовии и посещавший ту же мечеть Фярит Невлютов.
В июне этого года Ислам Хамужев, как сообщил на допросе один из обвиняемых, предложил им взорвать пассажирский поезд «Сапсан» на маршруте Москва – Санкт-Петербург, и приятели согласились поучаствовать в теракте. Как следовало из фабулы предъявленного им ФСБ обвинения, Мурад Эдильбиев, например, согласился стать террористом, потому что еще в 1999 году видел, как под ударами федеральных сил «гибли его товарищи», а военнослужащие «грубо нарушали права жителей республики». Отметим, правда, что обвиняемому тогда было всего десять лет.
Следствие установило, что Мурад Эдильбиев по заданию Ислама Хамужева купил в хозяйственных магазинах удобрение на основе аммиачной селитры, используемое как в сельском хозяйстве, так и для производства взрывчатки, а также провода и батарейки. Все это чеченец привез на квартиру, снятую организатором в районе железнодорожной платформы Лосиноостровская.
Владельцу автомобиля Фяриту Невлютову, получившему в бригаде кличку Абдулла-татарин, были поручены функции водителя. Мурад Умаев непосредственно в диверсионной работе задействован вроде бы не был, однако, как утверждают его сообщники, «регулярно присутствовал на всех собраниях группы и принимал активное участие в обсуждении деталей предстоящей акции».
Интересно, что регулярные отлучки Мурада Эдильбиева на подпольные сходки на Лосиноостровской не остались без внимания его отца, отличающегося, по свидетельству его знакомых, крутым нравом. Однако молодой человек довольно быстро усыпил бдительность родителей, объясняя свое отсутствие усиленными тренировками.
Тем временем запланированная акция перешла к стадии практического воплощения: в конце июня группа в полном составе отправилась на автомобиле Невлютова искать место, подходящее для подрыва. Как утверждают обвиняемые, проехав «километров двадцать по Ленинградскому шоссе», они свернули к Пятницкому и «покрутились» в поселках, расположенных неподалеку от Октябрьской железной дороги.
Наиболее подходящим для реализации задуманного был признан небольшой перелесок у железнодорожной платформы Фирсановка: здесь было относительно безлюдно для безопасной закладки бомбы в ночное время, но в то же время к лесополосе вплотную подходило несколько автодорог местного значения, что облегчало им отход после минирования.
Время подрыва они не выбрали: само расписание – а поезд проезжал мимо несколько раз в сутки – давало им большой выбор. По данным проведенной рекогносцировки будущие диверсанты составили подробный план-схему местности, который у них впоследствии изъяли чекисты.
Группе оставалось только назначить время акции и приступить к ее исполнению, однако в самом начале июля главный идеолог подрыва «Сапсана» Ислам Хамужев неожиданно сообщил приятелям, что ему необходимо срочно отъехать на родину.
«Задуманное я поручаю завершить тебе», – сказал лидер, обращаясь к Мураду Эдильбиеву. В тот же день сообщники собрали заготовки бомбы – селитру, батарейки, провода и прочее – в объемную дорожную сумку и перевезли ее в квартиру Мурада Эдильбиева в Тушино. На вопрос матери о том, что находится в багаже, молодой человек объяснил, что приятель попросил его подержать у себя дома его разобранный на запчасти компьютер.
К Мураду Эдильбиеву затем переправили и карабин «Сайга», принадлежащий Исламу Хамужеву. Причем, передавая зачехленное оружие приятелю, организатор сообщил ему, что в брезентовой упаковке находится его зарегистрированное охотничье ружье.
Следует отметить, что вся подготовка железнодорожного теракта, особенно на ее завершающей стадии, проходила под контролем оперативников ФСБ России. Когда и как именно чекисты вышли на участников заговора, неизвестно, но обезвредили они диверсантов вовремя.