В случае признания судом вины экипажа летчиков могут заставить выплачивать государству стоимость потерянной машины. Как объяснили юристы, закон предусматривает такое наказание. Однако военные прокуроры не смогли припомнить случая, чтобы пилот до последней копейки ответил за потерю авиатехники. Дело не только в огромной цене самолета, за который по исполнительному листу офицер не сможет рассчитаться до конца своей жизни. Обычно судьи не выносят такого вердикта, если у них нет стопроцентной уверенности, что виновником аварии стал именно летчик. Доказать это без данных бортового самописца, что имеет место в пермской истории, чрезвычайно сложно. И в таких случаях закон, как правило, встает на сторону обвиняемого, передает «Российская газета».
Так было с экипажем бомбардировщика Су-24, сгоревшего при посадке на военный аэродром под Санкт-Петербургом. Самолет снизился раньше времени и задел крылом сугроб у самого торца взлетной полосы. Летчики катапультировались, но машина для ВВС была потеряна.
Хотя вина пилота в аварии, несомненно, присутствовала, оплачивать стоимость утраченного бомбардировщика экипажу не пришлось.
Вообще, если бы в таких ситуациях буква закона трактовалась, невзирая на обстоятельства происшествия и только исходя из принципа: ошибся - плати, воинские части были бы завалены исполнительными листами, пишет издание.
Речь, конечно же, не только о пилотах. Будь то командир утонувшей подлодки или начальник расчета исковерканного при транспортировке орудия - подход один: суду необходимы неопровержимые доказательства вины конкретного должностного лица. Если они имеются, человек будет отвечать, в том числе материально. О возмещении многомиллионного ущерба речи, как правило, не идет, и осужденному приходится компенсировать лишь часть стоимости потерянной техники. Таких случаев в армейской практике тоже хватает.