Зампредседателя комитета Госдумы РФ по безопасности Геннадий Гудков* заявил в четверг, что по информации, которая поступает к нему от сотрудников правоохранительных органов, аттестация, которая проходит в настоящий момент в МВД, зачастую используется для того, чтобы избавиться от неугодных сотрудников. «Для того чтобы успешно пройти аттестацию, рядовые сотрудники в центральных областях России платят по 15–20 тысяч рублей, в южных регионах сотрудники в звании майора и подполковника вынуждены платить уже до 600–700 тысяч рублей, по слухам, за должность в центральном аппарате назначают чуть ли не миллионы «не рублей», – сказал депутат.

Коррупционеры, как правило, очень хорошо сплочены, у них круговая порука, взаимная поддержка – иначе им не выжить

В пятницу пресс-служба Министерства внутренних дел выступила с опровержением. «МВД России официально заявляет, что данная информация не соответствует действительности. Алгоритм проведения внеочередной аттестации нацелен на недопущение подобных злоупотреблений и предусматривает коллегиальное принятие решения. Кроме этого, в работе аттестационных комиссий примут участие представители общественности, что станет дополнительным механизмом контроля», – цитирует РИА «Новости» сообщение ведомства.

«МВД России просит зампреда комитета по безопасности Госдумы РФ Геннадия Гудкова обо всех ставших ему известных фактах злоупотреблений при проведении внеочередной аттестации сообщать непосредственно в МВД России», – отметили в МВД.

Газета ВЗГЛЯД обратилась к Геннадию Гудкову с вопросом, насколько достоверными он считает появившиеся у него сведения.

ВЗГЛЯД: Геннадий Владимирович, на чем базируются ваши заявления о взятках в ходе переаттестации?

Геннадий Гудков: Такие слухи и разговоры в милицейской и околомилицейской среде носят массовый характер. Они доходят не только до меня, но и до очень многих моих коллег. Прежде чем я такое заявил, я подошел к депутатам, в том числе единороссам, и спросил их: «Это только до меня доходят такие слухи, или у вас тоже есть такая информация?» И я получил подтверждение, что я не одинок в этом вопросе.

Мне известно также, что еще в декабре предложение уволиться получили очень много профессиональных грамотных сотрудников. Увы, это так.

ВЗГЛЯД: Однако в МВД заявили, что эта информация не соответствует действительности и что механизм аттестации «нацелен на недопущение подобных злоупотреблений»...

Г.Г.: А я просто не знаю, какой это механизм. Нам об этом не рассказывают. Мы хотели провести парламентские слушания – поговорить, объяснить, может быть, до чего-то договориться. Но даже в разговоре об этом нам, депутатам, отказано. Совет Думы поддержал предложение исполнительной власти не проводить подобных публичных мероприятий в Госдуме.

Правительственный час с участием Нургалиева, который должен был состояться сначала 20 апреля, потом 11 мая, сегодня перенесен уже на вторую половину мая. Это означает, что если мы после правительственного часа с участием министра будем проводить свои слушания, они придутся на период, когда первая часть реформы будет закончена.

ВЗГЛЯД: Вам также предложили сообщать в МВД обо всех известных вам фактах. Вы будете это делать?

Г.Г.: Конечно, как только у меня появится более или менее достоверная информация, я обязательно доведу ее до руководителя департамента собственной безопасности МВД Юрия Владимировича Драгунцова, которого я хорошо знаю и к которому отношусь с большим уважением. Но я думаю, что и МВД сейчас надо самому поработать.

А самое главное, надо, чтобы у нас были коллегиальные комиссии, которые бы пропустили всю милицейскую номенклатуру. И чтобы в них входили представители депутатского корпуса, политических партий, профильных комитетов, представители общественности, заинтересованной в нормальных правоохранительных органах. Ну а если у меня в ближайшее время будет информация, конечно, мы передадим ее в органы ФСБ и МВД. Самое страшное, когда коррупционер обладает специальными полномочиями власти. Самые страшные банды состоят из таких людей.

Коллегиальность сейчас просто необходима. Даже для безопасности министра, который должен разделить ответственность. Они никак не могут понять, что это не вмешательство в полномочия министра, а попытка помочь им разделить ответственность за чистку кадров. Во всем мире это так. И только наши министры почему-то считают, что это вмешиваются в их компетенцию. Это абсолютно устаревший подход.

ВЗГЛЯД: Какие конкретно должностные лица, по вашему мнению, берут взятки с коррупционеров, желающих пройти аттестацию?

Г.Г.: Дело в том, что аттестация еще не началась (в настоящее время аттестация проходит в центральном аппарате МВД – прим. ВЗГЛЯД). Пока околомилицейская среда вся взбудоражена. Думаю, что есть и мошенники, которые, зная, что завтра проходит переаттестация, могут в нужный момент прийти и сказать: «давай, завтра пройдешь». Есть и те, которые попытаются использовать свое положение. Как у нас брали взятки в советское время – знают, что вопрос решен, приходят и говорят: «давай плати, и мы через три дня решим твой вопрос». Такое тоже может быть. Понятно, что это не будет носить тотальный обвальный характер. Ну, посмотрим. Пока еще все впереди.

ВЗГЛЯД: В вашем заявлении вы называли серьезные суммы взяток – сотни тысяч, миллионы. Действительно ли у всех желающих пройти переаттестацию есть такие деньги?

Г.Г.: Если милиционер занимается коррупцией, конечно, есть. Дети нескольких моих знакомых года полтора пытались устроиться в различные службы, в частности в ГАИ. И те люди, которые их водили за руку в кадровые комиссии и т.д., прямо говорили им – от 5 до 10 тысяч долларов. Не знаю, влияет ли это на решение вопроса или нет, но эти цифры были озвучены. Те, кто платят эти деньги, естественно, думают: «Сейчас мы вложим такую сумму, интересно, за сколько мы ее «отобъем». Понятно, что сотрудник, приходя с таким намерением, будет не столько работать, сколько искать возможности «отбить» деньги и, так сказать, оправдать затраты.

Думаю, коррупционеров такие суммы устроят, чтобы все прошло без сучка, без задоринки. Здесь надо очень серьезно работать. Почему я и предлагал, чтобы комиссии были коллегиальные, – это будет сдерживающим фактором. И, главное, это позволит разделить ответственность.

ВЗГЛЯД: В целом, по вашему мнению, переаттестация оздоровит милицейскую среду, или коррупционеров в процентном отношении меньше не станет?

Г.Г.: Если в комиссиях действительно будут представители различных служб, может, это, в какой-то степени, поможет. Но я не очень в это верю, потому что я знаю, как многих сотрудников, в том числе, и подставляют.

ВЗГЛЯД: Думаете, нечистоплотные сотрудники найдут способ проскочить?

Г.Г.: Коррупционеры, как правило, очень хорошо сплочены, у них круговая порука, взаимная поддержка, иначе им не выжить. Поэтому они очень хорошо организуются. В отличие от людей, которые работают честно.

* Признан(а) в РФ иностранным агентом