Китай ответил на торговую войну Трампа введением пошлин на американские энергоресурсы. Так, на СПГ и уголь из США вводится пошлина в 15%, а на сырую нефть и сельскохозяйственное оборудование – 10%. Это произошло после того, как администрация Трампа ввела дополнительный 10-процентный тариф на весь импорт китайских товаров в США.
При первом президентском сроке Дональда Трампа США и Китай уже обменивались похожими ударами, и тогда с 2018 года по февраль 2020-го Пекин уже останавливал поставки американского СПГ.
«Тогда американский СПГ перераспределился по рынкам соседних стран Азии, где цены тогда были выше, чем в Европе. Поэтому тогда СПГ не ушел в Европу, а остался в Азии и был поставлен в Японию и Южную Корею. Сейчас же цены на азиатском и европейском рынках примерно одинаковые, поэтому можно предположить, что часть американского СПГ уйдет на европейский рынок, вытеснив оттуда другого поставщика, например, остатки катарского газа. Катарский СПГ может окончательно уйти в Китай», – рассуждает Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.
Ранее Катар уже перенаправил большие объемы СПГ из Европы в Азию, так как логистика поставок на европейский рынок усложнилась и стала дороже из-за невозможности идти коротким путем через Суэцкий канал (из-за страха нападения хуситов). Но еще оставались небольшие объемы в Европе.
При этом США поставляют в Китай небольшие объемы. В прошлом году было отправлено всего 4,3 млн тонн американского СПГ из 77 млн тонн, которые импортирует Китай. Поэтому Китай тоже легко заместит потерянные объемы, например, за счет австралийского газа. При этом американский СПГ частично уйдет в Европу, а частично займет место австралийцев на японском и корейском рынках газа, полагает Юшков.
Более выгодно американский СПГ станет поставлять в страны ЕС и Латинской Америки, чем в Китай, учитывая необходимость платить пошлину, считает Александр Фролов, заместитель генерального директора Института национальной энергетики, главный редактор отраслевого медиа «ИнфоТЭК». При этом, по его мнению, на объемах экспорта СПГ из США это никак, скорее всего, не скажется.
Китай тоже легко переживет потерю. Даже если Китай потеряет 6-10 или все 20 млрд кубометров газа, это не станет проблемой для страны в виде дефицита энергоресурсов, говорит Фролов. «В конце концов, если не будет хватать газа, то Китай может закрыть свои потребности за счет увеличения добычи угля. Мы это уже наблюдали в 2022 году, когда китайские компании минимизировали закупки газа просто потому, что он обходился дороже», – говорит Фролов.
Он замечает, что только одного прироста поставок по «Силе Сибири» в 2025 году до 38 млрд кубометров с 31 млрд кубов в 2024 году достаточно, чтобы полностью закрыть потерю того объема газа, который Китай импортировал из США (это 6 млрд кубов по году). Это плановый рост поставок по российскому газопроводу: «Сила Сибири» в этом году выйдет на максимально возможные проектные объемы. «Другое дело, что Китай – это растущий рынок, поэтому, скорее всего, Китаю придется увеличить закупки из стран Средней Азии или СПГ из Катара», – добавляет Фролов.
Противостояние США и Китая в газовой сфере может быть на руку России, которая находится в долгих переговорах с Пекином по заключению коммерческого контракта под строительство газопровода «Сила Сибири – 2» на 55 млрд кубометров газа.
«Любая конфронтация США и Китая выгодна России. Эта история показывает, что американцы продолжат дальше давить на Китай вне зависимости от того, кто президент – республиканец или демократ. Поэтому
КНР нужно думать наперед о том, что США могут в перспективе организовать ресурсный голод Китаю. Поэтому надо подписывать коммерческий контракт с Россией по «Силе Сибири – 2», причем уже сейчас, так как на строительство газопровода уйдет несколько лет, да и на выход на значимые объемы поставок потребуется еще время»,
– считает Игорь Юшков.
Объемы поставок американской нефти в Китай тоже небольшие: 9,6 млн тонн в прошлом году из 553,5 млн тонн общего импорта.
Импорт нефти из Соединенных Штатов не является значимым для Китая, который в сутки импортирует 11 млн баррелей, тогда как Штатами поставляется шесть миллионов баррелей за месяц, отмечает Фролов.
Проблем у Китая заместить эти поставки не будет. «США поставляют на внешние рынки в основном малосернистую легкую нефть, по сути, газовый конденсат, и таких сортов на рынке много, поэтому Китай заменит американскую нефть без существенного ущерба для себя», – говорит Юшков. Если цены на такие сорта нефти повысятся, то это будет на руку России, которая поставляет в Китай сорт нефти ВСТО, которая тоже подорожает. Поставщики американской нефти тоже перестроятся и легко найдут новый рынок сбыта.
«Основная проблема для рынка нефти заключается в том, что если мировые торговые войны, в том числе между США и Китаем, будут дальше только усиливаться, это может привести к складыванию мировой торговли и промышленности. Когда издержки растут, возникают проблемы с продажей товаров, поэтому вы начинаете сокращать производство и перевозку товаров. Это приводит к сокращению объемов потребления энергии и нефтепродуктов в частности. Если это явление получит массовый характер, тогда на рынке возникнет переизбыток предложения нефти и падение цен. Если цены на нефть упадут, то многие добычные проекты в США станут нерентабельными и сократят добычу. Объемы производства нефти могут начать снижаться в США, если цена упадет даже до 60-65 долларов за баррель. Чем сильнее будет падать цена, тем больше добычных проектов в США будут становиться нерентабельными», – рассуждает эксперт ФНЭБ.
Что касается угля, то США также не являются значимым поставщиком угля в Китай. В прошлом году Пекин импортировал 12,1 млн тонн каменного угля из США, а это всего 3% от общего импорта угля Китаем в 352 млн тонн.
Однако
это может быть выгодно для России, если американцы освободят рынок для российского угля, цены на который подрастут при поставках на китайский рынок,
не исключает Юшков. «Сейчас множество угольных компаний в России оказались убыточными, так как раньше поставляли уголь в Европу, но с 2022 года это было запрещено. Есть определенные сложности с реализацией угля, и цена на него падает», – добавляет эксперт.
«Внешнеторговые меры, на которые пошел Китай, нельзя назвать жесткими: пошлины на импорт угля в 10% и близко не сопоставимы с полным запретом на импорт угля из Австралии, который действовал в Китае в 2021-2022 годах и из-за которого Австралия лишилась статуса крупнейшего поставщика коксующегося угля на китайский рынок (эту нишу заняла Монголия)», – говорит Сергей Терешкин, генеральный директор маркетплейса нефтепродуктов и сырья OPEN OIL MARKET.
По его словам, тариф в 10% означает, что поставщикам угля придется заплатить лишь десятую часть от стоимости поставок сырья в КНР. Вдобавок на минимизацию таможенных платежей будет играть общая стабилизация цен на сырьевых рынках. Так, в 2024 году средняя цена энергетического угля в Восточной Азии составила 136 долларов за тонну – это в два с лишним раза ниже среднего уровня 2022 года (345 долларов за тонну).
Еще один важный момент: эта эскалация противостояния может обернуться как новыми ударами США и Китая друг против друга, так и перемирием и отменой введенных ныне пошлин с обеих сторон. Договориться Канадой и Мексикой Трампу удалось: торговая война отложена.
«У Трампа такая схема ведения дел. Он сначала запугивает и вводит пошлины, считая, что усиливает свои переговорные позиции, и только потом предлагает договариваться. Трамп считает, что надо заходить в переговоры с позиции силы. Поэтому не исключено, что ему удастся договориться с Китаем, как с Мексикой и Канадой. Хотя исправить нынешний торговый дисбаланс США будет крайне сложно. Даже при наличии множества уже имеющихся пошлин на китайские товары, товары из Китая всё равно идут в США на сотни миллиардов долларов. И как изменить торговый баланс в пользу США совершенно непонятно. Сделать это 10-процентными пошлинами точно не получится», – заключает Игорь Юшков.