На этой неделе случилось резкое падение мировых цен на нефть. Brent в среду снизился почти на 4%. Триггером стало решение ОПЕК изменить свои прогнозы. Весь год организация говорила о дефиците нефти, поэтому она пошла на увеличение квоты по добыче. А теперь там заговорили об избытке предложения сырой нефти. ОПЕК ожидает в третьем квартале профицит в 500 тыс. баррелей в сутки по сравнению с прогнозируемым в прошлом месяце дефицитом в 400 тыс. баррелей в сутки.
Одновременно с этим вышел отчет Международного энергетического агентства (МЭА), в котором эксперты повысили прогноз по предложению и по спросу на нефть на 2025 и 2026 годы.
Почему ОПЕК так упорно видела дефицит нефти на рынке почти весь год? Во-первых, эксперты ОПЕК ожидали, что низкие цены и инфраструктурные ограничения не позволят американским сланцевым компаниям значительно нарастить добычу, говорит Екатерина Галеева, научный сотрудник лаборатории отраслевых рынков и инфраструктуры Института Гайдара. Однако США, которые не являются членами ОПЕК, показали рост добычи.
«С другой стороны, ОПЕК+, являясь картелем-доминантом, может использовать свои прогнозы как инструмент управления рыночными ожиданиями. Публикация данных о предстоящем дефиците может способствовать формированию соответствующих настроений и поддержанию ценового уровня, оптимального для стран-участниц», – говорит Галеева.
Действительно, если бы ОПЕК+ с начала 2025 года начала давать прогнозы о переизбытке предложения на рынке, то цены упали бы раньше и сильнее, согласен Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ). ОПЕК поддерживала своими прогнозами цены на нефть, как могла.
ОПЕК экономически выгоднее большую часть года говорить о дефиците предложения и толкать тем самым цены на нефть вверх, а к концу года уже логично признать реальность – на рынке действительно сформировался профицит,
поясняет эксперт.
Юшков напоминает, что на рынке есть два игрока, которые делают прогнозы по нефти и тем самым оказывают реальное влияние на цены. Это Международное энергетическое агентство, которому выгодно сбить цены на нефть, так как оно на стороне потребителей, и ОПЕК, которой выгодней поддержать котировки, так как она на стороне производителей. Именно поэтому МЭА подыгрывает покупателям нефти и дает прогнозы о переизбытке нефти, а ОПЕК – наоборот.
Но реальность такова, что мир действительно столкнулся с переизбытком нефти. И одним из главных виновников называются США. «США уже не раз меняли конфигурацию рынка своей добычей. За этот год добыча в США выросла на 410 тыс. баррелей в сутки. Однако предложение выросло не только за счет них. Канада, Бразилия и Аргентина тоже увеличили добычу – в совокупности на 360 тыс. баррелей в сутки. Более того, некоторые страны ОПЕК+, такие как Нигерия, Ливия и Казахстан, тоже наращивали добычу быстрее, чем это было запланировано договоренностями в рамках соглашений по сдерживанию добычи. Поэтому формирование профицитного рынка нефти, закономерно ведущего к снижению цены, является результатом действия всех участников рынка, а не только США», – говорит Станислав Рогинский, кандидат экономических наук, приглашенный преподаватель НИУ-ВШЭ.
Что дальше ждет нефть? Игорь Юшков из ФНЭБ считает, что цены на нефть могут в итоге остаться в коридоре 60-65 долларов за баррель при умеренном сценарии. Потому что при более сильном падении цен американские сланцевики не смогут удержать текущий объем добычи, она будет снижаться. А значит, что и цены на нефть будут возвращаться к 60 долларам. Однако многое будет зависеть еще от самих стран ОПЕК+: пока они сделали паузу в снижении квот на добычу, но с весны 2026 года могут снова начать увеличивать добычу, что будет толкать цены вниз.
«Со стороны спроса надо будет смотреть, как будут развиваться переговоры США и Индии, а также США и Китая. Если будет возвращаться напряженность и новая торговая война, тогда перевозить товаров надо будет меньше – и цены на нефть пойдут вниз. С другой стороны, если будет нападение США на Венесуэлу или Нигерию, то это будет толкать цены на нефть вверх», – говорит Юшков.
«Для России снижение нефтяных цен в условиях продолжения СВО является критичным фактором, поскольку это приведет к пересмотру в сторону снижения и потолка цен, а следовательно, и дисконтов в ценах для ключевых покупателей российской нефти в рамках морских перевозок.
Поэтому Россия, как бы цинично это ни звучало, заинтересована на данный момент в том, чтобы США реализовали свои угрозы в отношении Венесуэлы и Нигерии. Это приведет к уходу 2-2,5 млн баррелей в сутки с мирового рынка на какой-то период, обеспечит возвращение цен на уровень 80-90 долларов за баррель или даже выше.
Это создаст объективные условия для изменения ценового потолка в сторону роста и снизит объем дисконтов, предоставляемых покупателям. В этом случае нефтегазовые доходы российского бюджета продемонстрируют существенный рост и будет получена дополнительная устойчивость для успешного завершения СВО», – заключает Рогинский.
Впрочем, относительно благоприятный для России сценарий может быть и при отсутствии новых войн США с другими странами. «Базовый сценарий предполагает, что ОПЕК+ продолжает политику «ручного управления» рынком, продлевая добровольные сокращения для защиты ценового коридора. Рост добычи в США продолжается, но постепенно стабилизируется. Благодаря этому в мире относительно стабилизуется глобальная инфляция. А Россия исполняет бюджет в запланированных параметрах и сохраняет курсовую и инфляционную стабильность», – заключает Екатерина Галеева из Института Гайдара.