Китайская экономика пугает многих экономистов. Если западные страны страдают от высокой инфляции и им приходится повышать ставку, чтобы приглушить этот рост цен, Китай столкнулся с противоположным явлением – дефляцией. Беспокойство вызывает также падающие и экспорт, и импорт китайской экономики.
Самое важное, что китайская экономика оказалась сейчас на перепутье. От того, как китайские власти сегодня поддержат свою экономику, будет зависеть многое. А именно, по какому сценарию дальше будет развиваться Китай на десятилетия вперед. На кону – удастся ли Китаю стать первой экономикой в мире к 2040 году, подмяв по себя США, или Пекин попадет в «ловушку среднего дохода» и столкнется с «потерянным десятилетием» по примеру Японии, и уже вряд ли когда-либо сможет претендовать на первое место в мире?
В июле в Китае зафиксирована дефляция – индекс потребительских цен снизился на 0,3%. Это было первое снижение с февраля 2021 года (когда началась пандемия COVID). Индекс цен производителей снижается уже десятый месяц подряд – в июле на 4,4%. Для развития экономики что высокая инфляция, что дефляция – это проблема, которую не так просто решить. Та же Япония боролась со стагнацией цен и заработной платы в течение целого поколения, откуда и пошел термин «потерянное десятилетие».
Цены на недвижимость в Китае продолжают падать. Продажи жилья и жилищное строительство тоже: в июне фиксируется падение на 18% и на 10% соответственно. Это сильно тормозит экономический рост, так как сектор недвижимости вместе со смежными видами деятельности, такими как производство стали и предметов домашнего обихода, приходится около одной пятой ВВП.
Кроме того, каждый экономический подъем в Китае за последние 20 лет был частично обусловлен бумом жилищного строительства. Поэтому если рынок жилья в упадке, то это может быть признаком экономического недомогания. Можно вспомнить ипотечный кризис в США, который привел к финансовому кризису и потом к мировой рецессии. Но в случае с Китаем больше напрашивается сравнение с Японией, где в 1990-х годах лопнул пузырь на рынке недвижимости и обрек страну на годы стагнации.
Наконец, беспокойство вызывает значительное снижение китайского экспорта в Европу и США, и, наоборот, импорта в Китай.
Почему же экономика Китая столкнулась со всеми этими проблемами и начала снижать темпы роста?
«Падение китайского экспорта и импорта наблюдается, во-первых, из-за снижения потребности развитых стран в товарах из Поднебесной на фоне замедления их собственных экономик. Во-вторых, из-за тарифных ограничений США, делающих китайский экспорт менее конкурентоспособным.
Падают и объемы импортируемого Китаем сырья и деталей для производства, что означает снижение активности китайских заводов, а значит, и сокращение рабочих часов большинства китайского населения, что чревато снижением заработной платы и увеличением безработицы. Все это выражается в дефляции на фоне слабого роста внутреннего потребления», – объясняет Роман Лукьянчиков, аналитик Freedom Finance Global.
На экономику Китая давят в том числе и геополитические факторы. «Мировая экономика находится в процессе перераспределения рынков. Западный блок стран многие десятилетия жил за счет манипуляций в области монетарной политики и одновременного захвата все новых и новых рынков, и пытается по инерции действовать по тому же сценарию. При этом внутри западных стран тоже идет «выживание» одних за счет других: США пытаются сохранить прежний статус за счет поглощения ключевых ресурсов Европы – европейской промышленности и человеческих ресурсов. В то же время Китай пытается остаться в лидерах ведущих экономик мира: он формирует свою сеть ключевых стран-партнеров с целью торгового взаимодействия, выстраивает Шелковый торговый путь, не подвластный западным странам, и выдвигает свои контрсанкционные меры, в частности, запрещает экспорт редких земельных металлов в Европу и США для замедления дальнейшего технологического развития недружественных стран мира. Все это, безусловно, влияет и на внутреннее экономическое положение Китая, что сказывается на замедлении экономического роста страны», – говорит Екатерина Новикова, доцент кафедры экономической теории РЭУ им. Плеханова.
Власти Китая, конечно, видят все эти проблемы и уже начали действовать. Если с инфляцией Запад борется путем повышения ставок, то Китай в борьбе с дефляцией, наоборот, снижает ставки. Во вторник, 15 августа, Народный банк Китая неожиданно снизил ставку по однолетним займам до 2,50% с 2,65%, то есть сразу на 0,15%, что стало рекордным значением с времен пандемии Covid-19.
Аналитик Bloomberg Гарфилд Рейнолдс считает, что, с одной стороны, это говорит о том, что экономические проблемы страны достаточно серьезны, раз регулятор пошел на столь решительные меры. Но с другой – есть много причин сомневаться, что эти меры вернут экономику Китая на траекторию устойчивого роста. Аналитик считает, что в подобных обстоятельствах надо было снижать ставку минимум в два раза больше. Тем более что предыдущие снижения процентных ставок не привели к заметному росту экономической активности.
Монетарных действий Банка Китая может оказаться недостаточно. Любопытно, что в конце июля на встрече Политбюро были объявлены общие направления поддержки: стимулирование внутреннего спроса, особенно в сегменте товаров для дома и электроники; расширение льгот на покупку электромобилей; смягчение требований к покупкам недвижимости вместе с наращиванием объемов строительства для бедных слоев населения; а также продолжение мягкой монетарной и фискальной политики вместе с уменьшением давления на частные компании.
«Однако затем китайское правительство так и не приняло конкретных мер по реализации озвученных мер поддержки.
Китайские власти заняли выжидательную позицию, не желая подключать крупный пакет стимулирования из-за риска высоких долгов. Однако им придется сделать выбор: либо продолжить рост экономики за счет высокого долга, либо находиться в стагнации и потом по итогу все равно увеличивать долг, но на сумму еще большую, чем нужно сейчас»,
– говорит Роман Лукьянчиков.
Риски от бездействия велики. «Наиболее негативный сценарий – это сокращение внутреннего китайского спроса и неспособность нарастить экспорт на фоне сохранения негативных тенденций в мировой экономике, продолжение ухудшения ситуации в секторе недвижимости и усиление долговой нагрузки госсектора на фоне усиления авторитаризма в стране. Страна попадет в «ловушку среднего дохода» и получит «потерянные десятилетия» по примеру Японии, будет создана социальная напряженность, а ежегодный прирост ВВП КНР придет к 0% к 2050 году. Это никогда не позволит Китаю стать первой экономикой мира. Вероятность такого сценария растет по мере промедления властей в вопросе стимулирования экономики», – рассуждает Лукьянчиков.
Впрочем, реален более оптимистичный сценарий, когда власти Китая, наконец, переходят от слов поддержки к делу. «В этом случае спрос на китайский экспорт восстанавливается в ближайшие годы, китайская экономика стабилизируется благодаря росту заимствований, однако происходит неизбежное постепенное замедление роста ВВП страны из-за эффекта высокой базы, а также стимулирование наукоемких и инновационных отраслей, за счет которых Китай все-таки сможет стать первой экономикой мира ближе к 2040 году», – заключает собеседник.
Понятно, что России как торговому партнеру более выгоден оптимистичный сценарий развития китайской экономики.