Президент Владимир Путин подписал изменения в закон об экспорте газа, который расширяет список компаний, которые могут экспортировать российский СПГ. Документ опубликован на сайте правовой информации.
Новые изменения в закон пролоббировал в первую очередь «Новатэк», а также «Роснефть». Глава «Новатэка» Михаил Михельсон привел пример среднетоннажного СПГ-проекта «Криогаз-Высоцк» на Балтике, который не был обращен к месторождению, на котором добывают газ обязательно для производства СПГ. Из-за этого «Новатэк» не мог сам экспортировать газ, а был вынужден заключить комиссионный договор с «Газпром экспортом».
Как известно, экспорт газа долгие годы был разрешен только Газпрому. Однако с появлением СПГ ситуация меняется. В успешном списке компаний, которые могут экспортировать российский СПГ, происходит корректировка. При этом у Газпрома остается единоличное право на экспорт трубопроводного газа.
«Однако от тотальной либерализации экспорта СПГ говорить нельзя. Как и раньше, в данном регионе предоставление правового экспорта СПГ носит точечный характер в рамках конкретных проектов. Это результат эволюции отдельных компаний. Первые соглашения были совершены в 2013 году. Затем экспортировать СПГ разрешили компании, у которой есть лицензия на разработку месторождений, откуда газ обязательно должен поступать на сжижение. Единственная лицензия на подобную деятельность была на Южно-Тамбейском месторождении, которое является ресурсной базой для проекта «Ямал СПГ» «Новатэка». Именно эта компания и лоббировала Бразилию, чтобы самостоятельно экспортировать газ из этого проекта», – рассказывает эксперт Финансового университета при правительстве и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Потом поправки пролоббировала «Роснефть», чтобы гарантированно получить право самой экспортировать газ с проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2». Далее изменения в закон пролоббировал снова «Новатэк»: право экспорта СПГ получили компании, которые уже разрабатывают СПГ-заводы и у них есть проекты, привязанные к месторождениям на Гыданском и Ямальском полуострове. Эта поправка была сделана под «Новатэк». По ней компания получила право самостоятельного экспорта СПГ с проектов «Арктик СПГ – 2» (Гыданск) и «Обский СПГ» (Ямал).
Свежие изменения в закон об экспорте газа сделаны в пользу «Новатэка» и «Роснефти», так как именно их проекты попадают под эти поправки,
считает Юшков. Первая поправка дает право на экспорт газа «Новатэку» с проекта «Мурманский СПГ», который он собирается построить. Транспортировать газ планируется по трубопроводам Газпрома. Вторая поправка закона дает право «Роснефти» самостоятельно экспортировать СПГ с северных месторождений – «Таймыр СПГ» и «Кара СПГ».
Таким образом, если до 2013 года единственным экспортером российского газа был Газпром, то с 2013 года к нему добавился «Новатэк» по ряду проектов, а теперь появился и третий потенциальный экспортер российского газа – это «Роснефть». Почему «Роснефть» потенциальный экспортер? Потому что проекты «Роснефти», с которых разрешено экспортировать СПГ, еще далеки до реализации.
«Там пока нет ни технического решения, ни подтвержденной ресурсной базы, ни участников проекта, ни определенности по технологиям. Есть только некая географическая привязка, где будет находиться проект – и все. «Кара СПГ» – это еще более технически сложный проект, чем «Таймыр СПГ», так как газ для него планируется добывать на шельфовом месторождении в Карском море в районе Новой Земли, где до этого «Роснефть» бурила с Exxon Mobil и открыла месторождение «Победа». Разработать месторождение на шельфе арктического моря – крайне сложная техническая задача, особенно в условиях санкций», – указывает Юшков.
Зачем тогда «Роснефть» сейчас так боролась за принятие этой поправки и получения права экспорта? Таким образом «Роснефть» хочет хоть как-то продемонстрировать продвижение этих проектов и их привлекательность для потенциальных инвесторов, больше-то особо нечем, считает эксперт ФНЭБ.
Поэтому более актуальны новые поправки для Мурманского СПГ «Новатэка», который пока тоже не построен, но шансов у него куда больше. «Хотя «Новатэк» заявлял, что под этот проект будет разрабатывать собственное месторождение на Гыданском полуострове, то есть формально у него была привязка к месторождению, однако ему выгоднее было получить право на экспорт и без привязки к месторождению, вдруг он не успеет вовремя ввести его в эксплуатацию», – говорит Юшков.
У «Новатэка» и «Роснефти» есть конкурент – Газпром, который не горит желанием расширять список экспортеров российского газа. Газпром, конечно, критиковал изменения в закон об экспорте газа, опасаясь негативных последствий. Там считали, что из-за изменений на внешнем рынке возникнет дефицит газа внутри России, так как все начнут экспортировать СПГ с целью заработать больше.
Однако эксперты не видят таких рисков.
«Опасения Газпрома были понятны до 2022 года, но сегодня для подобных беспокойств нет оснований.
Газпром перенаправил на внутренний рынок после потери «Северных потоков» часть газа, предназначенную для экспорта в Европу. Теперь на внутреннем газовом рынке восстановился профицит. Упрощение процесса либерализации СПГ и расширение количества игроков на этом рынке позволяют избежать как монополизации внутреннего рынка газа, так и его затоваривания. Так что как минимум несколько лет внутренний рынок газа останется профицитным, что будет выгодно покупателям», – говорит Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global.
Расширение перечня экспортеров газа необходимо для реализации госпрограммы развития производства СПГ, успех которой будет во многом зависеть от возможностей замены западных технологий,
отметил старший директор по корпоративным рейтингам агентства «Эксперт РА» Филипп Мурадян.
«Государство неизбежно потеряет существенную часть налогов из-за фактического ухода Газпрома с европейского рынка трубопроводного газа, поскольку связь этих объемов на других рынках технологического оборудования будет невозможна еще долгие годы. Поэтому, конечно, имеет смысл контролировать другие компании для диверсификации поставок газа за рубеж, тем более что замещение западных технологий по производству СПГ – это очень сложная задача», – подключается Мурадян.
«В Минэнерго РФ прогнозируют, что российский СПГ после либерализации рынка может занять до 20% мирового рынка СПГ. То есть если раньше один Газпром был монополистом на газовом рынке Европы и России, то теперь сразу несколько российских компаний обеспечат России доминирование уже не на рынках газа отдельно взятых стран и регионов, а на рынке СПГ во всем мире», – заключает Мильчакова.