Саудовская Аравия вынуждена пойти на болезненные, но необходимые меры для поддержки экономики, заявил министр финансов Мохаммед аль-Джадаан в своем официальном заявлении.
Во-первых, власти сразу в три раза повысили налог на добавленную стоимость, что первыми почувствуют обычные граждане. Еще два года назад страна, живущая за счет нефтяной ренты, вообще не знала, что такое НДС. Однако в 2018 году такой налог ввели – правда, небольшой, всего 5%. С 1 июля НДС вырастет до 15%.
Более того, с 1 июня в стране отменяются выплаты пособия прожиточного минимума, так называемой надбавки за дороговизну жизни. Оно составляло 1000 реалов в месяц (266 долларов, или 20 тыс. рублей) для госслужащих и военных. Собственно, это пособие было установлено впервые в 2018 году для того, чтобы компенсировать появление пятипроцентного налога для бюджетников и рост цен на бензин. Теперь они этого лишаются.
По сути, власти Саудовской Аравии расписываются в провале реформы 2018 года, которая была направлена на диверсификацию доходов страны. Собственно, введение НДС было частью пакета реформ. Тогда же ввели налог для иностранных работников и акциз на безалкогольные напитки и табак.
Реформа 2018 года была частью более глобальной стратегии Vision 2030 по радикальному реформированию экономики, придуманной четыре года назад наследным принцем Мухаммедом ибн Салманом. Он надеялся найти новые источники доходов, в том числе за счет ненефтегазовых доходов. В апреле 2016 года принц обещал, что уже в 2020 году страна будет жить без нефти, и ей будет все равно, какие будут цены на сырье.
Что-то в этом направлении даже удалось сделать – с 2014 года доля доходов не от нефти и газа выросла в два раза, более чем до 83 млрд долларов, и составила треть от доходов бюджета. Однако, по данным зарубежных СМИ, бюджет Саудовской Аравии по-прежнему формируется за счет доходов от нефти на 90%, а не на 70%. Для сравнения: в России нефтегазовые доходы не превышают половину доходной части бюджета, что дает ей немного больше возможностей для маневров.
Арабский принц сокращает финансирование программы Vision 2030, значит, уход саудитов от нефтяной зависимости откладывается на неопределенный срок.
Новый обвал цен на нефть заставил власти страны действовать жестче. Все это косвенно указывает на то, что экономика страны находится в катастрофическом состоянии.
Власти страны переходят на жесткую экономию: расходы сильно превышают доходы. По данным саудовского минфина, в первом квартале года дефицит бюджета страны составил 9 млрд долларов. Нефтяные доходы по сравнению с прошлым годом снизились почти на 25% – до 34 млрд долларов.
Королевство не может справиться с дефицитом бюджета еще с 2014 года, когда произошел первый серьезный обвал нефтяных цен. С того момента доходы государства резко упали, но власти страны продолжали серьезно наращивать расходы в надежде этими вливаниями перезапустить экономику. По данным местного минфина, в 2014–2018 годах накопленный дефицит бюджета составил 313 млрд долларов. Реформа 2018 года должна была помочь сбалансировать бюджет к 2023 году. Теперь об этом придется забыть. Колоссальный рост расходов сыграл злую шутку.
Бюджет саудитов верстается при цене на нефть в 70–80 долларов за баррель, тогда как у России – при 40–45 долларах. Поэтому, в отличие от саудитов, бюджет России все эти годы был профицитным.
Кризиса, который переживает страна, мир не видел ни разу в современной истории, жалуется министр финансов Мухаммед аль-Джадаан. Он объясняет, что нефтяные доходы упали из-за снижения экономической активности, при этом рост расходов стал следствием незапланированной нагрузки на сектор здравоохранения и инициатив, предпринятых для поддержки экономики на фоне пандемии коронавируса.
Ситуация в королевстве критическая, во втором квартале давление вырастет – к упавшим ценам на нефть прибавится сокращение ее добычи, считает главный экономист Abu Dhabi Commercial Bank Моника Малик.
Резкое падение цен на нефть в марте этого года потребовало от королевства серьезных трат. Саудиты потратили 27 млрд долларов на поддержку экономики. Треть суммы пошла на текущие нужды, треть – на оказание поддержки банкам, и еще треть – на компенсацию оттока капитала, оценивает экономист Bloomberg Economics Зиад Дауд.
В отличие от России, в Саудовской Аравии фиксированный курс национальной валюты, у нас – плавающий. Поэтому местный центробанк активней жег резервы ради поддержки местной валюты. В итоге резервы страны снизились до минимальных значений с 2011 года – до 464 млрд долларов. Еще 19 млрд долларов Саудовская Аравия заняла на международном рынке капитала, чтобы покрыть нефтяной дефицит бюджета.
В итоге чистые финансовые активы страны (резервы ЦБ и суверенных фондов минус издержки госдолга) сократились с 50% ВВП в 2014 году, когда нефть стоила 100 долларов за баррель, до 0,1% ВВП при нынешних ценах на черное золото.
«Чтобы саудиты свели бюджет «в ноль», без дефицита, нефтяные цены должны вырасти более чем в два раза. Им нужны цены на уровне около 70 долларов за баррель»,
– говорит Антон Покатович, главный аналитик «БКС Премьер». Во-первых, объясняет он, королевство вступило в «ценовое противостояние» с меньшими, например, в сравнении с РФ объемами резервов. Во-вторых, саудовские резервы сейчас испытывают повышенное давление, так как курс саудовской валюты имеет жесткую привязку к доллару, в то время как, например, для РФ снижение нефтяных цен в определенной мере «сглаживается» плавающим курсом за счет ослабления рублевой валюты, добавляет эксперт.
Саудитам так нужны более высокие цены на нефть, что страна готова пойти на еще большее сокращение добычи, чем в рамках сделки ОПЕК+, которая начала действовать с 1 мая. В дополнение к этим договоренностям саудиты уменьшат добычу еще на 1 млн баррелей в сутки в июне. В сумме королевство снизит добычу до 7,5 млн баррелей в день вместо 8,5 млн. Это снижение почти на 40% от уровня апреля, когда добыча выросла. Следом о дополнительном сокращении добычи заявили Кувейт (на 80 тыс. баррелей) и ОАЭ (на 100 тыс. баррелей в день). Более того, ОПЕК+ обсуждает сохранение объема снижения добычи в 9,7 млн баррелей в сутки после июня. Изначально планировали постепенно наращивать объемы производства.
Словесные интервенции Саудовской Аравии возымели действие. Мировые цены на нефть начали расти. Смесь марки Brent к вечеру выросла почти на 2% – до 30,21 доллара, а нефть марки WTI – почти на 7%, до 25,82 доллара за баррель. Сказался также опубликованный прогноз минэнерго США, которое слегка подняло ожидания по ценам на нефть на 2020 год и снизило прогноз по добыче нефти в стране, хоть и незначительный. Однако в ближайшее время волатильность в нефтяных ценах никуда не денется: нефть будет находиться в диапазоне 24–35 долларов за баррель, считает Покатович.
«Если начавшееся в последние недели снятие антивирусных мер не приведет к новой вспышке заболевания коронавирусом в мире, а последующее восстановление глобальной экономики будет идти быстрыми темпами, до конца года котировки Brent могут вернуться в коридор 40–55 долларов. Однако это скорее оптимистичный сценарий. Базовый предполагает, что цена на нефть будет находиться в диапазоне 20–35 долларов и только в следующем году сможет выйти из него вверх, сформировав устойчивый восходящий тренд», – считает Дмитрий Бабин, эксперт по фондовому рынку «БКС Брокер».
В любом случае можно констатировать, что Саудовская Аравия проиграла нефтяную войну, которую затеяла после отмены предыдущей сделки ОПЕК+. Саудиты в отместку Москве устроили демпинг на рынке нефти в Европе и серьезно нарастили добычу. Однако вмешался неожиданный фактор в виде пандемии. Очередной обвал цен на нефть вместе с карантином оказался саудитам не по зубам – приходится принимать непопулярные решения.
«Как и везде, за кризис, прежде всего, заплатят бедные. Месяц назад в российском сегменте интернета и деловых СМИ активно обсуждалось, кто выиграл в мировой нефтяной войне: Саудовская Аравия или Россия. Теперь можно сделать однозначный вывод, что потери саудитов значительно больше. В России нет повышения налогов и секвестра бюджета», – говорит Regnum руководитель ИАЦ «Альпари», к. э. н. Александр Разуваев.
Однако в целом победителей в столь непростой ситуации найти тяжело. Даже импортеры топлива не рады свалившимся на них бочкам с дешевой нефтью. Карантин и обвал нефти серьезно ударили по всем экспортерам нефти, в том числе и по российской экономике. Сейчас модель российских мер направлена на поддержку бизнеса и населения, однако резервы страны не безграничны. До ситуации с коронавирусом глава Минфина Антон Силуанов говорил, что российских резервов хватит на шесть лет низких цен на нефть. Однако есть и пессимистичная версия развития событий.
«В реальности долги Роснефти и Газпрома составляют около 11 трлн рублей – это размер ФНБ на 1 апреля 2020 года. Наши резервы могут быть потрачены уже до конца года. Это мнение экспертов ВШЭ И МГУ. Саудиты резервы пока не используют, поэтому их хватит на два–три года минимум. Пока они повышают налоги и сокращают социальные затраты. Нашей стране, возможно, придется идти таким же путем. И новые налоги также появятся, а соцобязательства государству придется сокращать. Саудовская Аравия дождется момента, когда наши резервы будут истощены, и получит часть нашей доли на экспортных рынках нефти», – не исключает руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев. Это худший сценарий развития ситуации, если восстановление мирового спроса и экономики после карантина окажется не быстрым.