Счетная палата под руководством Алексея Кудрина впервые составила собственный вариант прогноза развития российской экономики на три года. Эксперты Кудрина видят два сценария развития ситуации – шоковый или стрессовый (так называемый консервативный) и базовый.
Последний основан на предположении о том, что пандемия уже нанесла основной удар весной 2020 года и жестких ограничений больше не будет. Официальный прогноз МЭР исходит из этих же предпосылок.
А вот стрессовый сценарий предполагает более жесткое прохождение роста заболеваемости коронавирусом осенью и зимой 2020–2021 годов и, возможно, еще весной 2021 года, с повторным введением ограничений в Европе и России. Германия уже с понедельника, 2 ноября, вводит жесткие карантинные ограничения, включая закрытие баров, ресторанов и фитнес-студий. Следом могут пойти и другие европейские страны.
«Массовая вакцинация и уход от карантинных ограничений в этом сценарии предполагаются не ранее конца весны–лета 2021 года. Таким образом, данный сценарий представляет собой стресс-сценарий для России в условиях сохранения рисков пандемии, но без нового шока, связанного с падением цен на нефть», – указывается в документе.
В 2020 году экономику России ждет падение на 4-5%, но в 2021 году она вернется к росту в любом случае. Вопрос лишь в том, каким этот рост будет: 2,2% или 1,3% при стрессовом сценарии. В любом случае это ниже 3% и ниже роста мировой экономики, а это были ориентиры согласно указу президента России.
Инвестиции рушатся в 2020-м, но подрастут в 2021 году в обоих вариантах, разница в цифрах. То же касается и падения реальных доходов населения – в следующем году они вырастут либо на 2%, либо на 1,5% после падения в этом.
Прогноз по рублю таков. В лучшем случае он укрепится в 2021 году до 68,7, в 2022-2023 годах – до 68,4 рубля (везде – средняя цена по году). В худшем случае доллар в 2020 году будет стоить в среднем 72 рубля, в 2021 году – 72,5 рубля, в 2022 году – 72,1 рубля, а в 2023 году – 71,8. Из-за неопределенности курс рубля будет на 5–6% ниже его фундаментально обоснованного равновесного значения, поясняют авторы прогноза. Девальвация рубля может разогнать инфляцию, что заставит ЦБ РФ повысить ключевую ставку до 4,5-5% в 2021 году, но потом, как только инфляция вновь вернется к уровню 4%, ключевая ставка снова опустится до 4-4,25%. Но на ближайшие годы это пока самая нижняя граница. Это значит, что таким будет и нижний предел дешевых кредитных денег.
«Строить прогнозы сейчас сложно, потому что непонятно, как будет развиваться ситуация с пандемией. Будут жесткие ограничения, как в апреле 2020 года, которые вызвали серьезный спад в экономике, когда все, кроме продовольственного рынка, стояло? Сейчас ситуация для российской экономики легче, чем была в апреле. Волатильность на рынке нефти снизилась. Но ждать прорыва не стоит», – говорит доктор экономических наук (НИУ ВШЭ) Сергей Смирнов.
Однако, с другой стороны, считает он, не стоит ждать и апокалипсиса. По крайней мере, пока у нас есть средства Фонда национального благосостояния, которых хватит на два–три года. «Хочется верить, что удастся сохранить стабильную ситуацию», – говорит экономист.
«В этом году падение будет не 10%, как многие думали весной, а от 3% до 5%.
Будет ли в 2021 году тяжелее? Сейчас ходит такой анекдот: «Что бы вы попросили у 2021 года? Ответ: пощады». Посмотрите на прогнозы вирусологов. У них нет единой точки зрения.
Одни говорят, что в марте будет очередной всплеск заболеваемости, другие – что мы выйдем на плато», – говорит Смирнов.
В целом прогнозы Алексея Кудрина вполне реалистичны. «Они более приближены к жизни, нежели официальные прогнозы правительства. Для ожидания ежегодного увеличения темпов роста ВВП РФ более чем на 3% после 2021 года попросту нет объективных предпосылок», – считает Виталий Манжос, старший риск-менеджер «Алго Капитал».
«Поскольку никто не знает наверняка, как будет складываться ситуация с пандемией в ближайшее время, то прогноз Кудрина не только имеет право на существование, но и высокие шансы реализоваться», – считает Владимир Тихомиров, главный экономист BCS Global Markets.
Однако использовать термин «шоковый» здесь не совсем уместно, считает заведующая кафедрой экономической теории РЭУ им. Г.В. Плеханова Ирина Комарова. Потому что прогноз Счетной палаты по темпам экономического роста (2,2% в нейтральном сценарии и 1,3% в рисковом сценарии в 2021 году) сохраняет положительную траекторию экономического развития, хотя и отличается от более оптимистичных значений правительства.
Однако если пандемия затянется, это, безусловно, нанесет сильный удар. Причем для России будет двойной эффект: прямой – от замедления внутренней экономики, и косвенный – от снижения глобальной экономики и спроса, указывает Тихомиров.
Если реализуется шоковый сценарий, как это отразится на жизни россиян в 2021 году? Доходы могут упасть, кредиты вряд ли продолжат дешеветь, доллар и расходы в валюте увеличатся. «Мы уже имеем опыт весны – начала лета, когда падали цены на нефть, слабел рубль, падали доходы населения, во многих отраслях сферы услуг и торговли люди остались без источников дохода. При шоковом сценарии мы можем получить повторение этой ситуации», – говорит Тихомиров.
К сожалению, даже несмотря на ожидаемый рост ВВП в 2021 году, россияне вряд ли станут богаче.
«Средний житель страны, скорее всего, будет жить хуже в ближайшие годы независимо от того, какой из возможных сценариев развития экономики реализуется.
Уже заявленное сокращение федеральных расходов на социальную сферу неизбежно ударит по широкому слою малообеспеченных граждан. Широкий круг пенсионеров, получателей государственных пособий и людей, занятых в бюджетной и околобюджетной сферах, не почувствуют серьезного улучшения. Уже состоявшееся ослабление курса рубля также неизбежно снижает покупательную способность широких слоев населения. Относительно низкие процентные ставки в стране и замедление официальных темпов инфляции не сумеют компенсировать указанные негативные факторы», – говорит Манжос.
Небольшой рост ВВП страны в ближайшие годы может сыграть позитивно в основном для представителей экономически активного населения в результате улучшения ситуации с занятостью и появления новых бизнес-возможностей, добавляет он.
Смирнов не исключает роста инвалидности из-за пандемии, что потребует реструктуризации расходов бюджета на соответствующие пособия.
«Темпы роста доходов будут находиться на околонулевом уровне, что повлечет, в свою очередь, замедление потребительских расходов – и, как следствие, скажется на показателях промышленного производства, обороте розничной торговли и секторе услуг», – указывает Ирина Комарова. Она не исключает увеличения как уровня кредиторской задолженности, так и доли проблемных и безнадежных ссуд.
Любопытно, что Счетная палата указывает в стрессовом сценарии одно важное отличие от весны 2020 года. Ограничения будут, но обвала цен на нефть – нет.
Эксперты Счетной палаты ожидают роста мировых цен на нефть с 42 долларов за баррель в этом году до 50 долларов в 2021 году (среднегодовые цены). А в 2022–2023 годах ждут роста до 55 долларов. А вот подорожание черного золота до 60 долларов за баррель в ближайшие годы считают маловероятным.
«Столь сильное падение нефтяных котировок, которое мы наблюдали весной 2020 года, происходит достаточно редко. После нового нефтяного шока мы можем в течение многих лет не увидеть столь же низких цен на нефть и природный газ»,
– говорит Манжос.
Надо учитывать и фактор ОПЕК+. «При серьезном снижении цен на нефть, мы, скорее всего, сразу же увидим усиление координации между странами-производителями нефти. Этого не было в начале «первой волны», – отмечает Тихомиров. Кроме того, уже произошло снижение инвестиций в нефтедобычу и падение добычи дорогой нефти, что не позволит образоваться большим излишкам на рынке, даже при сценарии падения спроса, поясняет эксперт.