Создание энергетического кольца между Россией, Китаем, КНДР, Южной Кореей и Японией потребует от Кореи вложений в 6,2–7,6 млрд долларов. Такую оценку привела южнокорейская государственная энергокомпания KEPCO, которая представила в парламент республики технико-экономическое обоснование проекта.
Согласно ему, предполагается протянуть три кабеля. Один от порта Владивосток через КНДР до северной окраины провинции Кёнгидо (это самая густонаселенная провинция в Южной Корее). Длина кабеля составит около 1 тыс. км. Второй кабель надо будет проложить по дну Желтого моря от китайского порта Вэйхай в южнокорейский порт Инчхон.
Третья ветка соединит Южную Корею с Японией. С помощью подводных кабелей предлагается соединить город Косон в провинции Кёнсан-Намдо с Китакюсю или Мацуэ на северном побережье Японии.
«Большое энергетическое кольцо Северо-Восточной Азии может обеспечить стабильные поставки энергии при осуществлении (Сеулом) политики отказа от использования каменного угля и атомной энергии», – говорится в докладе KEPCO. Компания предлагает импортировать электроэнергию из Китая и России для снижения внутренних цен на электричество в Южной Корее и сокращения эмиссии «парниковых газов», а остатки надеется продавать в Японию.
Идея создания так называемого азиатского суперкольца была предложена еще 20 лет назад РАО «ЕЭС России». Азия вернулась к этой идее относительно недавно – в 2011 году. И подтолкнула к этому Японию авария на АЭС «Фукусима». Китай и Южная Корея этот проект тоже поддержали. В итоге в 2016 году в Пекине был подписан меморандум между компаниями из четырех стран о совместном продвижении взаимосвязанной электрической энергосистемы, охватывающей Северо-Восточную Азию. Участниками соглашения, помимо Россетей, стали китайская China State Grid Corporation, корейская Korea Electric Power Corporation и японская Softbank Group.
Надо понимать, что вышеописанный южнокорейский проект – это лишь часть азиатского энергокольца, масштабы которого шире. Закольцовывается оно благодаря прокладке кабелей из России напрямую и в Китай, и в Японию. Участие в энергокольце также обсуждали Монголия, Киргизия и даже Казахстан.
Объем инвестиций в полное кольцо тоже выше озвученных корейцами цифр. Реализация проекта потребует 30 млрд долларов. Однако окупить инвестиции удастся довольно быстро. По оценке российских ведомств, инвесторы смогут получать выручку от 3 до 7 млрд долларов ежегодно. «Соответственно,
30-миллиардная инвестиция может окупиться в плохом варианте за 10 лет, а в хорошем варианте – вообще за четыре–пять. Для электроэнергетики это практически золотое дно»,
– говорит эксперт по энергетике и руководитель фонда исторических исследований «Основание» Алексей Анпилогов.
Такую предварительную оценку дало в прошлом году Минвостокразвития РФ. По российским расчетам, только на первом этапе в рамках энергокольца можно будет создать до 10 ГВт генерационных мощностей. Эта электроэнергия может быть передана Японии, Китаю, Южной Корее и другим странам. Причем стоить она будет значительно меньше, чем сейчас. И, конечно, что не менее важно, энергокольцо делит риски энергосистемы между странами, что создает высокий уровень надежности поставок электроэнергии.
Парадокс в том, что, пока Прибалтика на фоне русофобской политики пытается выйти из энергокольца БРЭЛЛ с Россией и Белоруссией, азиатские страны, наоборот, всеми силами пытаются создать такое энергетическое кольцо. Прибалтийские элиты тем самым отказываются от дешевой электроэнергии в рамках БРЭЛЛ в пользу более дорогой. В итоге и себестоимость производства товаров на литовских, латвийских и эстонских предприятиях серьезно возрастет, а жителям прибалтийских стран, скорее всего, придется смириться с более высокими тарифами на свет.
Азиатские страны, наоборот, страдают из-за того, что им приходится платить реально высокую цену за электроэнергию, что сказывается на всей экономике. И в создании энергокольца видят возможность снизить цены на электроэнергию.
Самая печальная ситуация в Японии, где оптовая цена составляет 80–100 долларов за мегаватт-час против 40–70 долларов в Европе,
отмечает Сергей Кондратьев из «Института энергетики и финансов». При этом для мелких потребителей, то есть в рознице, цена может доходить и до 180–200 долларов и выше за мегаватт-час. Но там к дефициту добавляется еще проблема внутреннего регулирования, указывает Кондратьев.
Япония как островное государство сделала в свое время ставку на развитие атомной энергетики. Однако после аварии на АЭС «Фукусима» многие станции законсервировали, и они так и не вернулись в строй. Залежи угля в стране уже давно закончились, поэтому Япония почти полностью вырабатывает электроэнергию благодаря газовой генерации. Япония – крупнейший покупатель дорогого СПГ. «Это очень сильно бьет по японцам, по себестоимости и конкурентоспособности японской промышленности», – говорит Анпилогов.
Дешевая и надежная электроэнергия из России – это просто сказочная история для Японии. Именно поэтому Токио сам предложил России в 2012 году после аварии на АЭС «Фукусима» проработать два энергетических проекта – строительство газопровода из Сахалина в Японию для поставок газа с сахалинских проектов и прокладку подводного кабеля из России в Японию для экспорта избыточной электроэнергии с существующих или новых мощностей на Дальнем Востоке. Если бы не отсутствие мирного соглашения с Россией по спорным островам, то эти проекты, скорее всего, уже были бы реализованы. То есть Токио этот мирный договор нужен даже намного больше, чем России. Впрочем, японские инвестиции Дальнему Востоку тоже не помешали бы.
Что касается Южной Кореи, то она тоже сделала ставку на развитие атомной энергетики, однако, в отличие от японцев, отказываться от нее не собирается, поэтому не является энергодефицитной страной. Откуда же такой большой интерес к проекту? А создание технико-экономического обоснования проекта говорит само за себя. Корейцы тоже вынуждены вырабатывать электроэнергию на газовой генерации, покупая дорогой импортный СПГ.
Но главное – Южная Корея надеется за счет этого проекта стать настоящим энергетическим хабом в Азии и неплохо зарабатывать на транзите и перепродаже энергии. «Наибольшая экономия Сеула будет за счет транзитной точки. Сеул будет через себя прогонять электроэнергию из России и Китая, а в перспективе также из Киргизии и Казахстана. Как Украина сидит на газовой трубе, так и Сеул может сесть на эту южную ветку энергокольца», – говорит Анпилогов. Причем кабель из Южной Кореи, в отличие от прямого кабеля из России, Японии нужен даже немного больше, потому что южнокорейская ветка запитает транзитной электроэнергией более населенные японские районы.
России этот проект тоже сулит большие выгоды. Собственно, Россия уже поставляет электроэнергию в Китай. Во-первых, наша страна зарабатывает на этом неплохие деньги, во-вторых, загружает свои станции в то время, когда потребление со стороны российских потребителей снижается.
«Северная ветка проходит через Россию, а южная ветка – через Китай. Проработана пока только северная ветка энергокольца – Барнаул, Красноярск, Иркутск, Чита, Хабаровск, Владивосток, Благовещенск. Южную ветку надо еще строить, и тогда это будет на самом деле кольцо. Пока это полумесяц по российской территории в меридиональном направлении», – объясняет Анпилогов.
Откуда же Россия возьмет лишнюю электроэнергию для экспорта в Азию? Суть энергокольца в том, что оно протянуто в меридиональном направлении, то есть в разных часовых поясах. «За счет этого суточный пик, который приходится на утренние и вечерние часы, немного сдвинут. Возникает возможность переброски электроэнергии в меридиональном направлении. Это позволяет использовать дешевую ночную электроэнергию там, где условно наступает утро. Между Барнаулом и Токио разница в несколько часов, поэтому российские угольные станции или ГЭС могут поставлять дешевую электроэнергию в район Токио», – поясняет Анпилогов.
Грубо говоря, когда ночью или днем потребление электроэнергии у россиян снижается, многие мощности приходится выключать, а в энергокольце это не потребуется. «Например, турбина Саяно-Шушенской ГЭС, которая в пиковые часы питает район Иркутска, Читы и других городов, будет включаться немножко раньше для того, чтобы передать часть энергии потребителям в Токио или в Сеуле. Да, это потребует более четкой диспетчеризации, возможно, потребует строительства дополнительных линий прямого тока. Но в целом это все реализуемо даже на существующих мощностях», – заключает Анпилогов.
Если все же потребуются дополнительные мощности, то Россия может вырабатывать дополнительную электроэнергию для азиатского кольца, во-первых, на газовых турбинах за счет газа в Восточной Сибири. Во-вторых, на многих российских реках не до конца использован потенциал создания гидрогенерации электроэнергии. «Наконец, угля здесь тоже полно. Он просто до сих пор лежал недалеко от Транссиба, где плотность бурых медведей больше, чем живущих там людей. Можно организовать недорогую добычу угля и сжигать на месте для выработки электроэнергии – это тоже вариант», – считает эксперт.
На самом деле практической реализации этого проекта мешают противоречия и давние территориальные обиды между самими же игроками. И КНДР – далеко не единственный проблемный вопрос. Наоборот, у Южной Кореи сейчас наметился большой прогресс в развитии отношений с Северной.
«В этом кольце лучшие взаимоотношения у России с Китаем, Казахстаном и Киргизией. Поэтому эту часть кольца сделать гораздо проще. Не исключаю, что энергокольцо может возникнуть даже без Японии и Южной Кореи», – считает Анпилогов.
Сергей Кондратьев из фонда «Институт энергетики и финансов» считает, что
рано или поздно проект азиатского суперкольца перейдет в практическую плоскость, и случится это уже в 20-х годах этого века.
«С одной стороны, Россия все больше уделяет внимание развитию Дальнего Востока и Сибири. С другой, мы заинтересованы в интеграционных процессах с Азией. Китай, Япония и Южная Корея тоже заинтересованы по примеру Европейского союза и Северо-Американской ассоциации свободной торговли, в создании своей общей экономической зоны, которая де-факто уже сформирована. Страны имеют интенсивную торговлю, упрощенный таможенный режим. И создание единой транспортной и энергетической инфраструктуры – это логичный следующий шаг», – считает Кондратьев.
На примере ЕС мы видим, что это непростой шаг, процесс договоренностей и практической реализации может растянуться на годы. «Сложный момент, который мешает договориться и сделать этот шаг, – это вмешательство сторонних игроков, в первую очередь США. Это затрудняет переговоры», – говорит Кондратьев.
Однако и Япония, и Южная Корея, и Китай, и Россия располагают необходимыми средствами, да и технически этот проект не является сложным, поэтому он может быть реализован, уверен эксперт. Первый вопрос – как это будет оформлено на межгосударственном уровне. Второй вопрос – как это будет работать. Должен быть единый понятный и выгодный рыночный механизм. Чтобы не надо было согласовывать взаимные балансы на год», – заключает Сергей Кондратьев.