В среду от Германии было получено разрешение на прокладку газопровода «Северный поток – 2» в ее территориальных водах. «Это ключевое решение, которое уже сейчас открывает возможность начать строительство самого важного участка нового морского газопровода «Северный поток – 2» в территориальных водах Германии и берегового приемного терминала в Грайфсвальде», – заявил председатель правления Газпрома Алексей Миллер.
Это разрешение на строительство 55-километрового участка газопровода и сухопутной части в районе Любмина вблизи Грайфсвальда. Его выдало Горное ведомство Штральзунда компании – оператору проекта Nord Stream 2 AG. Однако это далеко не единственное разрешение, которое должен получить оператор будущего газопровода.
Какие препятствия стоят на пути начала строительства «Северного потока – 2»?
Во-первых, Германия выдала еще не все необходимые разрешения. «В выданном разрешении речь о терминале и континентальном шельфе, но от Германии потребуется еще одно разрешение от другого ведомства – на строительство в эксклюзивной экономической морской зоне дальше 15 миль до датских вод», – рассказывает замгендиректора Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач. Впрочем, от Германии вряд ли стоит ожидать сюрпризов, и наверняка такое разрешение будет получено.
Во-вторых, должны быть выданы соответствующие разрешения на строительство трубы в территориальных водах Финляндии, Швеции, Дании и России. Газпром рассчитывает получить все эти разрешения в первом квартале 2018 года и уже начать строительство трубопровода, с тем чтобы завершить его к концу 2019 года. Уже к концу 2017 года были подписаны контракты на все основные материалы, оборудование и услуги, необходимые для выполнения строительных работ. Больше половины необходимых труб уже изготовлены.
«По идее проблем с этими разрешениями быть не должно, потому что «Северный поток – 2» практически полностью повторяет маршрут «Северного потока – 1», на который все разрешения были выданы, который уже построен и работает в соответствии со всеми нормами законодательства», – говорит Алексей Гривач.
Риски вмешательства политики в дела «Северного потока – 2» существуют разве что в случае с Данией. Газопровод должен пересечь территориальные воды и исключительную экономическую зону Дании на участке протяженностью 139 км и пройти мимо острова Борнхольм. Заявка на получение разрешения на строительство трубы и отчет о потенциальном воздействии проекта на природную среду были переданы Датскому энергетическому агентству еще в апреле 2017 года.
Разрешение об одобрении находится в ведении Датского энергетического агентства, и оно может отклонить запрос только на основании экологических соображений. Однако из-за давления США процедура согласования строительства трубы была изменена задним числом. Теперь вопрос строительства газопровода должен одобрить еще и МИД Дании. У ведомства есть возможность отказать, объяснив свое решение внешнеполитическими интересами и соображениями безопасности. И настроения датских политиков играют не в пользу российского проекта.
Поэтому оператор газопровода уже проработал на такой случай альтернативный маршрут в обход Дании. Он будет длиннее на 10 км, но в масштабе общей длины газопровода в 1200 км это незначительная прибавка.
Сюрпризов от Швеции и Финляндии никто не ждет. В Финляндии решение о разрешении строительства в исключительной экономической зоне требует согласия правительства Финляндии. А премьер-министр страны говорил, что для него главные вопросы – это экология и экономика. По экологическим причинам отказа быть не может: процедура оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС) была проведена и всех удовлетворила.
Похожая ситуация и по Швеции – но с одной особенностью. Единственное, летом 2017 года муниципалитет Сольвесборга и окружная администрация провинции Блекинге на юге Швеции обратились в правительство страны с дополнительными требованиями к Nord Stream 2 AG. Они попросили до начала прокладки газопровода в экономической зоне Швеции представить план по освобождению в будущем морского дна от проложенных труб. В проекте «Северного потока – 2» такого пункта нет, ибо вопрос о демонтаже встанет только после истечения срока службы газопровода (это очень не скоро). Ничего страшного в этом не было бы, если бы не требование внести эти изменения до начала строительства. Успеет ли Газпром вовремя внести дополнения и не появится ли новых неожиданных требований у шведов? Маловероятно, но исключать уже ничего нельзя.
«В рамках действующего законодательства разрешения должны быть получены, если, конечно, не будет грубого политического вмешательства», – говорит Гривач.
В-третьих, еще одна проблема – чисто политическая, но не менее важная. А именно – попытки Еврокомиссии при поддержке США, Польши и ряда других стран загнать «Северный поток – 2» в рамки законодательства ЕС. ЕК еще в ноябре составила проект поправок в газовую директиву ЕС. Согласно ним, действие Третьего энергопакета должно распространяться на все газопроводы, которые выходят на газовый рынок ЕС из третьих стран.
Сейчас «Северный поток – 2» не попадает под положения Третьего энергопакета, так как не проходит по территории ЕС. Если же ЕК добьется своего, то Газпром не сможет быть единоличным владельцем и распорядителем «Северного потока – 2». Плюс по этой трубе придется прокачивать газ независимых от Газпрома производителей. Учитывая огромные инвестиции в этот проект, необходимость отдавать его в чужие руки явно не понравится России. Ведь именно те, кто строил, должны отбить вложения, а не кто-то другой, пришедший на все готовое.
«Это ведет к долгосрочным тяжбам. Наших противников это устроит, потому что у них нет задачи сделать газопровод или его управление лучше. Речь о том, чтобы как минимум затормозить проект, а лучше и вовсе закрыть его», – говорит Алексей Гривач.
Вероятно, Газпром и победит в этих судебных спорах, но вот нормальной эксплуатации «Северного потока – 2» не будет, пока суд не вынесет решение. А это может занять несколько лет. Впрочем, это риски не для начала строительства трубы, а уже при ее эксплуатации.