Нуждающиеся граждане получат специальные карты, на которые будут перечисляться «эквиваленты денежных средств» – баллы или бонусы. На них можно будет купить практически любые отечественные продукты, кроме алкогольной и табачной продукции и прочих «вредных» продуктов типа кофе, рассказали в Минпромторге.
У Минпромторга есть идея разделить финансовую нагрузку с бизнесом – производителями продуктов
Ведь эти продукты не улучшают рацион питания, а это главная социальная цель программы. Не случайно составлять перечень продуктов для программы помогал Минздрав. В перечень вошли хлеб, мука, крупы и макаронные изделия, картофель, овощи и бахчевые, свежие фрукты и сухофрукты, сахар, соль, питьевая вода, яйца и растительное масло, а также мясо, рыба, молоко и продукты из них. Кроме того, в список внесены саженцы, семена и корма для сельскохозяйственных животных, что особенно актуально для сельского населения.
Карты могут быть использованы во всех магазинах, готовых работать в центральной процессинговой системе, создания отдельной торговой сети для данного проекта не требуется. Баллы накапливаться не будут, в течение месяца их надо будет потратить, иначе они «сгорят».
Кому и сколько
Эксперты долго рассуждали, сколько денег государство может выделить на продкарты и кто сможет их получать. В сентябре прошлого года Минпромторг оценил потребность программы в 240 млрд рублей, а число участников – в 15–16 млн человек. Однако позже министерство представило другую оценку: в 2017 году на программу будет направлено 70 млрд рублей, а выплаты могут составить 1,4 тыс. рублей в месяц. Это значит, что выделенных средств хватило бы на поддержку в течение года около 4,2 млн человек.
Однако теперь сумма, выделяемая государством, увеличена вдвое. На программу продовольственной помощи стоит выделить 140 млрд рублей, заявил глава Минпромторга Денис Мантуров. Если исходить из выделения в месяц 1,4 тыс. рублей, то при таком объеме финансирования программа сможет помочь с покупками около 8,3 млн человек.
Если распределить 140 млрд рублей между 20 млн человек (об этом количестве нуждающихся речь шла изначально), тогда они получат по 7 тыс. рублей в год, или по 583 рубля в месяц. При этом расходы на реализацию проекта и эмиссию продуктовых карт могут съесть до 25% выделенных из бюджета средств, замечает гендиректор «Мани Фанни» Александр Шустов.
Кто будет иметь право на получение продуктовой карты, пока неизвестно, критерии будут определены позже. Да и сколько в реальности будет выделено, тоже еще не ясно, так как сама программа находится на рассмотрении правительства. Анна Бодрова из «Альпари» уверена, что 140 млрд рублей на покупку отечественных продуктов не дадут как минимум потому, что в бюджете нет свободных сумм подобного порядка.
Впрочем, у Минпромторга есть идея разделить финансовую нагрузку с бизнесом – производителями продуктов. Резон у производителей в этом есть. Они смогут условно пополам с государством продавать продукты со скидкой для ряда категорий граждан, выполняя социальную функцию. С другой стороны, производители смогут надеяться, что государство станет меньше регулировать цены на ряд важных социальных товаров. И, в конце концов, производители смогут нарастить свои продажи. Главное доказать, что это действительно продукт, произведенный в России.
Эффективность программы
В самом Минпромторге и других ведомствах настаивают на том, что эта программа убивает одним выстрелом двух зайцев. С одной стороны, помогает улучшить рацион питания нуждающимся гражданам. С другой – помогает отечественным сельхозпроизводителям и стимулирует потребительский спрос, а также в целом поддерживает российскую экономику. В частности, озвучивались надежды на то, что каждый вложенный в программу рубль может дать дополнительно 2 рубля для ВВП страны. Такой эффект заложен в похожей программе США по льготной покупке продуктов питания. Каждому участнику программы выдавали в среднем 125 долларов в месяц в 2014 году.
«Общий итог вложения средств в отечественную экономику может дать двойной прирост, если посчитать цепочку получения денег от потребителей к производителям, поставщикам ресурсов и логистам, после чего проследить ее обратный ход в виде отчисления от заработной платы и налогов обратно в бюджет государства. Но это опять же в идеале, а на практике все будет зависеть от подхода к реализации программы», – объясняет Сергей Звенигородский из УК «Солид Менеджмент».
Однако и социальный, и экономический эффекты имеют подводные камни. Во-первых, указывает Бодрова, социальная поддержка по этой программе будет сжатой по срокам, так как цены на продукты растут планомерно и постоянно. Чтобы программа продолжала оказывать социальный эффект, объемы ее финансирования потребуется постоянно увеличивать. Во-вторых, далеко не все россияне, которым нужна соответствующая помощь, смогут собрать нужное количество бумаг и справок.
Некий экономический эффект от реализации программы, конечно, будет, но получат его далеко не все игроки рынка. «Не факт, что фермерам и небольшим производствам удастся пробиться в этом направлении», – считает Анна Бодрова.
Да и в целом эксперты сомневаются, что эта программа окажет выраженное влияние на ВВП. С учетом негативной динамики потребления, вызванной все еще высокими темпами инфляции и отстающим ростом реальных доходов населения, 140 млрд рублей не позволят достигнуть перелома ситуации просто потому, что это мизерный объем в масштабах рынка, говорит Александр Шустов. Для сравнения: выручка только одной X5 Retail Group в 2016 году составила 1,025 трлн рублей, а в целом оборот розничной торговли в России в прошлом году составил 28,13 трлн рублей (падение на 5,2%).
Шустов считает, что более эффективным с экономической точки зрения было бы пустить эти средства на поддержку фермеров, которых активно вытесняют с рынка агрохолдинги. «За 10 лет количество фермерских хозяйств в России сократилось в 1,6 раза с 285 тыс. до 174,5 к 2016 году в связи с высокой стоимостью кредитов и тем, что попасть на прилавки розничных сетей они попросту не могут. При этом производство продуктов питания сосредоточено в России в руках 10–15 крупнейших агрохолдингов», – поясняет собеседник.