Без преувеличения небывалый урожай зерновых (по состоянию на 15 ноября было намолочено 137,6 млн тонн зерна против 121,8 млн тонн годом ранее) вдохновил российские власти на исключительно смелые прогнозы.
«Это не предел, можем достичь и 150, и 200 млн тонн», – заявил министр сельского хозяйства Александр Ткачев, хотя еще полгода назад озвучивал весьма скептические оценки предстоящих результатов уборки. «Мы четко понимаем, что существующие объемы перевалки зерна нас не устраивают. В стране реализуется ряд инвестиционных проектов, которые в течение ближайших трех лет позволят удвоить, а в перспективе – утроить объем перевалки», – добавил его первый заместитель Джамбулат Хатуов.
Чуть погодя, несколько успокоившись от нахлынувшей радости, Минсельхоз озвучил более осторожные ожидания на год вперед, согласно которым экспорт зерновых России составит 45 млн тонн. В любом случае это значительно выше и показателей предыдущего сельхозгода (35,5 млн тонн зерна, включая 27,1 млн тонн пшеницы), и прогнозов конца августа, когда стало понятно, что Россия соберет самый большой урожай за свою историю.
Хлеб девать некуда
«Прогноз Минсельхоза об экспорте 45 млн тонн зерна – это реалистичная цифра, которая повторяет наш прогноз на протяжении нескольких месяцев (44,5 млн тонн)», – заявил газете ВЗГЛЯД руководитель Аналитического центра «СовЭкон» Андрей Сизов. Но есть и важная оговорка: если прогнозы по производству зерновых растут, то прогнозы по экспорту аналитики повышать пока не рискуют. По одной конкретной причине – дефицит портовой инфраструктуры. «При огромном предложении зерна за 150 млн тонн, которое складывается из рекордного урожая в 134 млн тонн и высоких запасов прошлого сезона, Россия могла бы экспортировать и 60 млн тонн, и больше, но портов не хватает», – констатирует эксперт.
Другое дело, что рекордный урожай должен внести свою лепту и подтолкнуть к инвестированию в отрасль. «Думаю, в перспективе одного года мы увидим ряд серьезных заявлений и по расширению действующих терминалов, и по строительству новых», – предполагает Сизов. В целом, по оценке «СовЭкона», России в этом году по силам поставить новый рекорд и по экспорту всей продовольственной продукции – 20,6 млрд долларов. Предыдущий рекорд в 19 млрд пришелся на 2014-й при 17 млрд в прошлом году.
По мнению руководителя исследовательского агентства InfraNews Алексея Безбородова, на сегодня есть три основных направления в налаживании экспортной логистики для зерна: усиление экспортных мощностей на Дальнем Востоке, развитие терминалов на Балтике и дальнейшее их расширение на Черном море. «Это необходимо даже не столько для собственно наращивания экспорта, сколько для того, чтобы российский зерновой рынок имел ценовые маркеры в каждом бассейне, – отмечает эксперт. – Наличие таких маркеров – самый важный момент в зерновом экспорте: когда у нас будет три точки входа и выхода, как у США (Восток, Запад и Мексиканский залив), тогда появится возможность серьезно работать с ценой на зерно».
Что же касается перспектив значительного увеличения зернового экспорта, по мнению Безбородова, главный вопрос в данном случае – кто все это купит. Ведь зерно – это не нефть, не стопроцентно биржевой товар.
«Если будут найдены покупатели, можно и удвоить, и учетверить экспорт. Теоретически рынки сбыта для этого есть, но и конкуренты достаточно серьезные. А Минсельхоз, на мой взгляд, сейчас сильно недорабатывает по регуляторной составляющей – прежде всего в части выхода на рынок Китая и других азиатских стран. Есть и масса других факторов: как будет складываться цена на рынке, как Россия договорится с Казахстаном, у которого тоже хорошие урожаи, как и кто введет новые расширенные мощности по экспорту и т. д. Кроме того, нужно уходить от примитивной модели «валим все подряд» – многие зерновики на внешних рынках до сих пор находятся на уровне компетенций и способностей середины девяностых годов», – заявил Безбородов газете ВЗГЛЯД.
В остальном российская зерновая отрасль чувствует себя просто отлично.
«Об этом можно судить по текущим инвестициям, закупкам техники и не в последнюю очередь по очередям на покупку внедорожников после каждого хорошего урожая. Так что о «катастрофе на селе», которую предвещают некоторые депутаты, говорить явно не приходится», – полагает эксперт, напоминая о недавнем запросе в правительство нескольких членов думской фракции КПРФ, обеспокоенных резким падением цен на зерно в связи с высоким урожаем.
«В ряде регионов цена опустилась ниже себестоимости. Это катастрофа для жителей села», – пугают депутаты. При этом, как считается, особенно тяжелая ситуация сложилась в сибирских регионах, наиболее удаленных от экспортных терминалов. В начале ноября новосибирское заксобрание обратилось к Александру Ткачеву и руководителю Россельхозбанка Дмитрию Патрушеву с просьбой помочь аграриям в реализации урожая и пролонгации кредитов в связи с падением цены на зерно более чем в два раза. О необходимости пролонгировать кредиты заявил и губернатор Алтайского края Александр Карлин.
Вскоре после этого в Минсельхозе прошло заседание оперативного штаба, в ходе которого руководство министерства пообещало обеспечить Сибирь вагонами для вывоза зерна в полном объеме. «Возможность поставки сибирского зерна на экспорт подтверждена, есть исполнители. Проблем с этим быть не должно», – заверил Джамбулат Хатуов, оценив излишки сибирского зерна, которые могут стать экспортом, примерно в 1 млн тонн.
Завалить соседей мясом
Крупные успехи в экспорте зерновых и масличных не должны заслонять тот факт, что в других значимых сегментах глобального рынка продовольствия России пока что принадлежит микроскопическая доля. А потенциал, между тем, огромный. Прежде всего это мировой рынок мяса, который давно хотят освоить многие отечественные производители.
На первый взгляд, мясной экспорт демонстрирует впечатляющие показатели. По данным Экспертно-аналитического центра агробизнеса, в прошлом году он вырос ровно вдвое – с 85,8 до 169,2 тыс. тонн, а в этом году ожидается увеличение объема экспорта до 240,8 тыс. тонн. При этом основной объем приходится на мясо птицы – 110,9 тыс. тонн в 2016 году.
Еще несколько лет назад крупные производители мяса настоятельно призывали Минсельхоз усилить работу по открытию внешних рынков, и эти призывы были услышаны. В 2016–2017 годах сообщения о снятии ограничений для российского мяса в разных странах мира заняли весомое место в информационной повестке, и в ряде случаев речь шла о действительно важных прецедентах. Например, вскоре после визита в Москву короля Саудовской Аравии Салмана Эр-Рияд наконец-то дал согласие на поставки российского мяса, а до этого ему был открыт доступ на рынки Египта, Бахрейна, Ирана, ОАЭ и ряда других стран. В общей сложности Россия экспортирует мясо в 50 государств, а поставки еще в 44 сейчас на стадии переговоров.
Проблема в том, что высокая динамика мясного экспорта во многом обеспечена низкой базой (еще в конце прошлого десятилетия его объемы были практически нулевыми), а в структуре стран-покупателей по-прежнему преобладают соседи по ЕАЭС и СНГ. В частности, в первом полугодии 21% российской свинины ушел в Белоруссию, а 61% – на Украину, которая увеличила закупки более чем вдвое. По факту в последнем случае речь идет о ДНР и ЛНР, которые в российской таможенной статистике по-прежнему проходят как Украина.
В более дальнем зарубежье российскую свинину будут ждать с распростертыми объятьями лишь в том случае, если стране удастся справиться с регулярно возникающими вспышками африканской чумы свиней (АЧС).
«Ближайшие перспективы крупномасштабного экспорта мяса пока, увы, отсутствуют, несмотря на наличие неких соглашений – можно говорить о перспективе 10–30 лет, но лишь при стабильном качестве. Мясо – это саморегулируемый рынок с огромным количеством требований, в том числе ветеринарных. Стимулом для развития экспорта мяса может быть сокращение экспорта зерна как основы кормов для животноводства, но нужно ли нам это?» – задается вопросом Алексей Безбородов.
Нужно учитывать еще и то, что импорт продуктов в Россию тоже пошел в рост – таково следствие укрепления рубля. По данным ФТС, за девять месяцев этого года импорт мяса в физическом объеме вырос на 23,9% – до 553 тыс. тонн, против 446,4 тыс. тонн за тот же период прошлого года (в деньгах это почти 1,5 млрд долларов). На 14% подрос импорт рыбы (284,5 тыс. тонн, 768 млн долларов). И даже мяса птицы, по которому у России почти стопроцентное импортозамещение, ввезли несколько больше, чем год назад – 169,2 тыс. тонн против 157,7 тыс. тонн. Кроме того, увеличились объемы импорта молочной продукции, цитрусовых, растительного масла, кофе, чая, алкоголя и табака.
По мнению Алексея Безбородова, важную роль сыграл не только курс рубля, но и диверсификация закупок со стороны сетей, которым непросто работать с капризными отечественными аграриями:
«Порой проще импортировать 20–30 контейнеров куриного мяса из Аргентины или Уругвая, чем мотаться по стране в поисках нормального поставщика, особенно если вы находитесь где-нибудь в Калининграде, а поставщик – в Омске или на Урале. Вопрос здесь даже не в качестве: Россия – страна, я надеюсь, с открытой экономикой, поэтому импортные поставки будут всегда. Мы импортируем продовольствие точно так же, как его экспортируем».