Россия согласилась реструктуризировать долг Венесуэлы на 3,15 млрд долларов. Каракас получил возможность оплатить его в течение 10 лет, в первые шесть лет платежи будут минимальными, говорится в материалах Минфина России на официальном сайте. Этот госкредит был выдан Москвой в декабре 2011 года на финансирование поставок российской промышленной продукции и в 2015 году уже реструктурировался.
Соглашение не имеет прямого отношения к задолженности венесуэльской нефтяной госкомпании PDVSA перед «Роснефтью», уверила Венесуэла.
Облегчение долгового бремени Венесуэле «позволит направить высвободившиеся средства на развитие экономики страны, улучшит платежеспособность дебитора, повысит шансы всех кредиторов на возврат ранее предоставленных Венесуэле кредитов», заявили в Минфине.
В свою очередь вице-президент Венесуэлы по вопросам экономики и финансов Уильмар Альфреди Кастро Сотельдо отметил, что более гибкие условия выплаты долга позволят повысить уровень товарооборота с РФ.
Экономическая ситуация в Венесуэле катастрофическая. По прогнозу МВФ, в этом году инфляция в стране будет выше 650%, в 2018 году – почти 2350%. В стране острый социально-экономический кризис, обесценивание местной валюты, дефицит продовольствия и бензина. Добыча нефти падает: по итогам октября она сократилась до 1,95 млн баррелей в сутки, то есть ниже 2 млн. Такое произошло впервые за 28 лет, сообщила накануне местная госкомпания PDVSA. По сравнению с 2015 годом добыча упала почти на 700 тыс. баррелей в сутки.
На этой неделе страна оказалась на пороге дефолта. В среду Fitch вслед за S&P понизило рейтинг Венесуэлы до «ограниченного дефолта». В понедельник Венесуэла не выплатила проценты почти на 200 млн долларов держателям суверенных облигаций PDVSA с погашением в октябре 2019 года и октябре 2024 года. S&P сразу оценила вероятность дефолта Венесуэлы в ближайшие три месяца в 50%.
Россия является одним из крупнейших кредиторов Венесуэлы. Каракас задолжал нам около 8 млрд долларов.
Однако такая щедрость Москвы не может решить всех проблем латиноамериканской страны. Это лишь дает отсрочку, передышку. Более того, велики шансы, что Россия в конечном счете будет вынуждена списать эти долги вовсе. Конечно, если через шесть лет мировые котировки нефти не вырастут хотя бы до 80 долларов. Только высокие цены на нефть способны спасти экономику Венесуэлы.
«У венесуэльской экономики структурные проблемы, ей не поможет списание долгов, как Украине не помогают транши МВФ. Все эти деньги просто берутся на текущее потребление, и когда они заканчиваются, никаких новых производств или рабочих мест не создается. Экономика Венесуэлы сильно зависит от цены на нефть, а авторитарность режима в этой стране сделала эту зависимость экстремальной, то есть там сочетаются и политический, и экономический, и социальный кризисы», – говорит Сергей Звенигородский из УК «Солид менеджмент».
Каракас должен еще порядка 28 млрд долларов, а то и больше госструктурам Китая. Что думает по этому поводу Пекин – пока до конца неясно, однако можно предположить, что КНР тоже реструктурирует долги.
Однако есть еще коммерческий госдолг венесуэльских компаний – на 100 млрд долларов. Из них около 60 млрд долларов приходится на облигации правительства и нефтяной госкомпании PDVSA. Причем в большинстве случаев Каракас должен американским и канадским держателям гособлигаций. Здесь ситуация более запутанная: традиционную реструктуризацию этих долгов сложно провести в условиях американских санкций в отношении PDVSA. Встречи с частными держателями госдолга Венесуэлы (более 400) проходят, но пока безрезультатно.
Общая сумма долга страны достигает 150 млрд долларов. При этом резервы ЦБ Венесуэлы не превышают 10 млрд долларов (это минимум за 15 лет).
«С учетом структуры доходов Венесуэлы для самой страны не имеет большого значения, прибегать к реструктуризации долга или к дефолту – ситуацию это в корне не изменит», – говорит Кирилл Яковенко из компании «Алор Брокер».
Зачем же Москва так помогает Венесуэле? В первую очередь в дефолте Венесуэлы не заинтересована «Роснефть». Российская компания ведет активную деятельность в Венесуэле и помогает стране. Так, Венесуэла получила от «Роснефти» 6 млрд долларов в виде предоплаты за будущие поставки нефти, писала в августе газета «Ведомости». Поставки венесуэльской нефти по этим контрактам начались в 2016 году и должны продлиться до 2019 года. Кроме того, «Роснефть» владеет долями в нефтяных компаниях Венесуэлы и получает приоритет при участии в нефтяных проектах страны. Российская компания, например, получила 49,9% в американском НПЗ Citgo Petroleum в качестве залога за выдачу в 2016 году кредита венесуэльской госкомпании PDVSA. Citgo Petroleum обеспечивает порядка 5% от всех мощностей по нефтепереработке в США.
«Роснефть» не заинтересована в дефолте Венесуэлы хотя бы потому, что в этом случае за долги будут распродаваться ее активы, доли в нефтяных компаниях, в том числе в нефтеперерабатывающей Citgo»,
– говорит Яковенко.
Стоит оговориться, что тяжелая нефть Венесуэлы поступает в основном на НПЗ в США, которые традиционно настроены на переработку именно такой сернистой нефти. Собственную легкую сланцевую нефть американцы на своих заводах перерабатывать не могут, поэтому они ее и экспортируют. Модернизировать же НПЗ слишком дорого. Конечно, Венесуэла не может напрямую поставлять свою нефть на американские НПЗ, поэтому делается это через посредников – различных трейдеров.
Венесуэла нужна России и как союзник на международной арене. В частности, как член ОПЕК Венесуэла поддерживает наиболее полезные для России решения, указывает Яковенко. Собственно, именно правительство Мадуро было инициатором подписания действующего ныне соглашения о сдерживании роста добычи в формате ОПЕК+.
«У России с Венесуэлой есть различные союзные договоры, а также договоры на поставку вооружения, поэтому нам, как никому другому, выгодно поддерживать эту страну. И иметь союзника под боком у США – очень весомый аргумент», – считает первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал.
«В целом, как и во времена СССР, Россия продолжает прощать долги за лояльность, но все реже за политическую», – говорит Яковенко. Имея более 400 млрд долларов в международных резервах, Россия в принципе может позволить себе такую щедрость в отношении ряда стран. Среди них не только Венесуэла, но, например, Белоруссия и Киргизия.
На самом деле, если бы не Россия и Китай, то Венесуэле бы сейчас точно так же помогали бы США. Но Вашингтон понес в Венесуэле слишком большие потери. В эпоху Чавеса в результате «боливарианской революции» были национализированы практически все отрасли экономики, в том числе добывающая. И от этого сильно пострадали три американские компании – Chevron, ConocoPhillips и ExxonMobil, которые очень неплохо обустроились тогда в Венесуэле. Они добывали там необходимую для американских НПЗ тяжелую нефть и платили налог за добычу всего 1%. Иными словами, четверть века американцы пользовались недрами чужой страны как своими.
С приходом Чавеса место американцев стали занимать россияне и китайцы. Факт в том, что
с Россией заключались куда более выгодные для самих венесуэльцев соглашения.
Но американцы, конечно, не оставляют надежды вернуть лакомый кусок себе.
Улучшения ситуации в стране можно ожидать только при росте цен на нефть. Правда, по оценкам западных экспертов, Венесуэле нужна нефть по 120 долларов за баррель. Однако пока самые оптимистичные прогнозы говорят, что нефть подрастет к 83 долларам лишь через семь-восемь лет и, возможно, до 111 долларов – только к 2040 году. Значит, все это время Россия должна будет поддерживать своего латиноамериканского союзника.