Ожидаемого Минэкономразвития перелома в стагнации экономики РФ в июне не произошло, признал замминистра экономического развития Андрей Клепач. Теперь он надеется, что рост возобновится с июля. «Июнь является, мы надеемся, завершающим месяцем вот этой фазы паузы роста», – подчеркнул Клепач.

Внутренние тенденции в российской экономике я не назвала бы плохими

В июне ВВП РФ вырос на 1,5%, за первое полугодие – на 1,7%. В мае рост ВВП составил 1% после роста на 3,1% в апреле. При этом со снятой сезонностью ВВП в июне, как и в мае, продемонстрировал нулевой рост.

По словам Клепача, причины слабой динамики ВВП в первом полугодии связаны со слабыми данными по экспорту, который в первом квартале упал, а во втором квартале близок к стагнации. Экспорт России в июне вырос на 0,4%, до 41,6 млрд долларов, импорт – на 5,7%, до 27,9 млрд долларов.

«Несмотря на то что в июне импорт вырос, в целом за полгода динамика импорта достаточно низкая – 4,4% к аналогичному периоду прошлого года. В этом смысле мы можем еще раз констатировать, что у нас пока стагнация продолжается», – отметил Клепач. Кроме того, пауза роста обусловлена слабыми данными, практически падением по инвестициям, добавил Клепач. Так, инвестиции в основной капитал, по его словам, в июне снизились на 2,4% с учетом сезонного и календарного факторов. По данным Росстата, за первое полугодие инвестиции снизились к тому же периоду прошлого года на 1,4%.

Ждать ли осенью кризиса и девальвации, когда российская экономика начнет расти и что поможет ей в этом, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказала старший экономист Альфа-банка Наталья Орлова.

ВЗГЛЯД: Когда ждать роста экономики?

Наталья Орлова: Рост у нашей экономики пока не исчез. За первый квартал он составил 1,6%, за второй квартал, по предварительным оценкам Росстата, 1,9%. Другое дело, что есть беспокойство по поводу перспектив. Они связаны с ситуацией в мировой экономике.

Первый риск – это изменение монетарной политики ФРС, на которую сейчас ориентируются глобальные финансовые рынки. Процентные ставки повышаются, и, конечно, это является фактором риска для российских компаний с высоким объемом внешнего долга. Внешний долг российских компаний и банков оценивается сейчас в 627 млрд долларов, из которых 150 млрд долларов – это краткосрочный долг (в пределах года). Второй риск – это состояние китайской экономики. Замедление Китая – это возможное падение цен на нефть, поэтому инвесторы и компании в России внимательно следят за этим фактором.

Внутренние тенденции в российской экономике я не назвала бы плохими. У нас есть два фактора, которые поддержат экономику во втором полугодии. Первое – это эффект базы. Второе полугодие 2012 года было довольно слабым, поэтому эффект базы играет в пользу ускорения роста экономики РФ во втором полугодии 2013 года. Второй фактор – рост бюджетных расходов. В первом полугодии они у нас не росли, но по проекту бюджета должны вырасти на 4% за год, поэтому, видимо, на 7% вырастут во втором полугодии.

При нулевом росте бюджетных расходов рост экономики был 1,6% и 1,9% в первых двух кварталах. Поэтому мы ориентируемся, что во втором полугодии рост будет 3%.

ВЗГЛЯД: То есть кризиса осенью ждать не стоит?

Н. О.: Все разговоры о кризисе находятся больше в плоскости нервозности на финансовых рынках. Но это не всегда транслируется на замедление реальных темпов роста. Мы говорили о реальных объемах производства и ВВП.

Что касается финансовых рынков, то процентные ставки будут иметь тенденцию двигаться выше. Но для меня это больше риск 2014 года, основное беспокойство связано со следующим годом. Раньше мы ожидали, что в 2014 году темпы роста экономики ускорятся и составят 2,6% против 2,2% в этом году. Но с учетом внешней обстановки, которую я описала, есть риск, что темпы роста российской экономики окажутся в 2014 году меньше.

ВЗГЛЯД: В последнее время идут разговоры о плавной девальвации рубля. Стоит ожидать ослабления рубля?

Н. О.: Разговоры о девальвации – это отголоски ситуации на внешних рынках с конца мая, когда рынки испугались, что ФРС начнет сворачивать монетарную поддержку, наблюдался большой отток капиталов из всех развивающихся рынков, включая Россию, происходила девальвация валют развивающихся рынков и нефтяных валют. Сейчас рынки восстанавливаются, а рубль укрепляется.

Но макроэкономический фон в России действительно не такой хороший, чтобы позволить рублю остаться стабильным. Я думаю, что нужно ориентироваться на постепенное ослабление рубля в последующие годы. Но скорость этого процесса будет зависеть от ситуации на внешнем рынке – от процентных ставок и от цены на нефть.

Пока ситуация на внешних рынках говорит о том, что, конечно, риски есть, уже маловероятно, что рубль укрепится и доллар будет стоить 30–31 рубль. Но с другой стороны, нет причин считать, что рубль должен резко упасть. На ближайший год рубль останется в интервале, который мы уже видели в 2009 году, когда максимальный курс к доллару был 36 рублей. Я не думаю, что мы выйдем за этот интервал.

ВЗГЛЯД: Озвученные 460 млрд рублей, которые планируется взять из ФНБ на инфраструктурные проекты, помогут разогреть экономику, или нужно еще больше?

Н. О.: Это, конечно, подтверждает желание правительства поддерживать инвестиционные тренды. Но разогреть экономику вряд ли получится. Это не тот масштаб поддержки – сумма не очень значимая, и у этой меры есть определенные негативные стороны.

Значимость госинвестиций в том, что они могут создавать вокруг себя инвестиционный или потребительский мультипликатор. Но поскольку настроения на мировых рынках негативные, то очевидно, что мультипликатор от этих госинвестиций будет не очень большой. Просто потому, что компании видят, что ситуация в мире становится более конкурентной, выживать в таких условиях сложнее, не все будут готовы брать на себя риски, инвестировать и расширять бизнес.

Также нужно понимать, что когда расходы бюджета финансируются напрямую из сбережений, как из Фонда национального благосостояния, то это, по сути, такой завуалированный способ избежать повышения зависимости от цены на нефть. По-хорошему, финансирование бюджета должно идти из доходов. Если мы увеличиваем расходы, то цена на нефть, которая балансирует бюджет, должна тоже увеличиваться. Когда происходит такое «забалансовое» увеличение обязательств, как в случае с финансированием из ФНБ, это начинает беспокоить инвесторов. Формально дефицит бюджета не увеличивается, но сбережения бюджета становятся меньше.

ВЗГЛЯД: В целом предложенные меры правительства по росту экономики, в частности налоговый маневр и борьба с офшорами, эффективны? Простимулирует ли это экономику?

Н. О.: Я думаю, что единственный способ как-то простимулировать рост – это снизить административное давление на частный бизнес и предпринять меры, стимулирующие инициативу бизнеса. Любые регулятивные способы надавить на бизнес, что-то запретить, например использование офшоров или другие ограничения, негативно влияют на настроения, которые и так плохие из-за глобальной конъюнктуры.

ВЗГЛЯД: Шаги по снижению административных барьеров пока не предпринимаются?

Н. О.: Пока, наоборот, государство старается устанавливать новые правила игры, которые носят директивный характер и оставляют мало возможностей для проявления предпринимательской инициативы. Та же тема борьбы с офшорами – это, по сути, вопрос экономической привлекательности. Если бы было больше доверия к банковской системе и внутри России, то тогда бизнес не использовал бы офшоры.