Статья под названием «Кипр, коррупция, отмывка денег и круговорот российских инвестиций» вышла в экономическом журнале Vox. Ее авторы – экономисты из Университета Аалто в Финляндии и Университета Западного Онтарио.
Вывод денег в офшоры из России обусловлен не попыткой спасти коррупционные деньги от закона, а наоборот
Вопрос, которым они задались, проистекает из того обстоятельства, что перед кризисом на Кипре аккумулировалось огромное количество денег российского происхождения: от одной трети до половины всех банковских депозитов. Экономисты берут за основу данные рейтингового агентства Moody`s, согласно которым в банках Кипра хранился 31 млрд долларов российских денег: 12 млрд из банков и 19 млрд, принадлежащих бизнесу и физическим лицам.
Эти деньги скопились на острове в течение 20 последних лет. Экономисты обращают внимание на корреляцию между потоком денег, идущим на Кипр из России, и наоборот, потоком, идущим из Кипра в Россию. К концу 2011 года Кипр был второй зарубежной страной по объему исходящих из РФ средств после Нидерландов. Но с другой стороны, в период с 2005-го по 2011 год Кипр был третьим по величине зарубежным инвестором в российскую экономику (после Великобритании и Швейцарии).
Напрашивается вывод, что налицо некий круговорот денег, выходящих из России, попадающих на Кипр, а затем возвращающихся обратно. Возникает вопрос: какой в этом всем смысл?
В исследовании утверждается, что большая часть всех этих денег связана с коррупцией, а Кипр используется в качестве «прачечной» для таких средств. Украденные посредством коррупционных действий деньги бесполезны до тех пор, пока их не поместят и не интегрируют в мировую финансовую сеть так, чтобы они не вызывали подозрений. Страны, где нет жесткого контроля над банками и привходящими деньгами, то есть офшоры, предоставляют такую возможность. А Кипр и был именно такой страной.
Сопоставив данные по передвижению капиталов из России на Кипр и Виргинские острова (другой офшор) и обратно, экономисты пришли к выводу, что вливания денег в российскую экономику из этих мест не могут быть отнесены к простым международным инвестициям. Самым убедительным объяснением таких перемещений капиталов может быть только отмывка денег.
В исследовании говорится, что компании-инвесторы, переводящие деньги из Кипра и Виргинских островов, большей частью вкладывают деньги в самые коррупционные регионы России, если ставить их в общий ряд иностранных инвесторов. Взаимосвязь между уровнем коррупции в регионах России и объемом круговых инвестиций также прослеживается. То есть деньги исходят из коррумпированных регионов и возвращаются туда же.
Также деньги из офшоров вращаются в самых коррумпированных секторах экономики: недвижимость и финансы. Исследователи делают вывод, что таким образом выявляется негативная роль, которую играют офшоры типа Кипра или Виргинских островов в развитии мировой экономики. Предоставляя «прачечные» сомнительным деньгам, они способствуют процветанию коррупции.
Несмотря на кажущуюся очевидность такого вывода, есть эксперты, которые с ним не согласны. Колумнист журнала Forbes Тим Уорстал отмечает, что наблюдения, сделанные экономистами, любопытны и верны, но вот их выводы – не совсем. С его точки зрения, вывод денег в офшоры из России обусловлен попыткой не спасти коррупционные деньги от закона, а наоборот, обезопасить средства от коррумпированной системы.
«Если вы знаете, насколько всемогуща коррупция в регионе, куда вы хотите вложить свои деньги, вы хорошенько подумаете, а хотите ли вы пользоваться «защитой» местных законов. В самом деле, вы скорее перенаправите свои деньги куда-нибудь в офшор с пристойной и эффективной правовой системой, чтобы получить защиту ваших инвестиций со стороны иностранных судов», – пишет Тим Уорстал.
Надо сказать, что и в России отношение к офшорам, в частности к Кипру, неоднозначно. «Россияне используют Кипр для оптимизации налогов, для вывода прибыли (дивидендов), для оформления своей производственной собственности на кипрские прокладки. И, конечно, они хранят там «заначки» на черный день», – говорил газете ВЗГЛЯД доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский.
По его словам, деньги выводятся на Кипр также с помощью экспортно-импортных операций. Российская компания продает продукцию на экспорт по заниженной цене кипрскому офшору, у которого собственник тот же, что и у предприятия. И в российский бюджет платится меньший налог. Офшор, в свою очередь, продает этот товар по рыночной цене и налог не платит. Либо наоборот – продукция импортируется на Кипр по более высокой цене, а затем в Россию – по более низкой. Это позволяет часть денег оставить на Кипре.
«Офшоры существуют в режиме трех задач. Первое – сокращение налогов, второе – разные аферы, махинации, отмывание денег и нарушения Уголовного кодекса в области финансов и третье – просто для безопасности бизнеса. Последнее – это наш, российский вариант. Если бизнес в офшоре, то его сложнее отобрать, так как не нужно связываться с российской судебной системой, которая защитить никого и ничего не может», – рассказывал российский бизнесмен, владелец Национальной резервной корпорации Александр Лебедев. По его словам, если у компании иностранная юрисдикция, то она может обратиться в иностранный суд, что упрощает защиту при нападках на ее бизнес.