– Принят ли закон, регулирующий коллекторскую деятельность в России?
– Нет, этот закон пока не принят. Сейчас его разработка подошла к этапу, когда внутри профессионального сообщества подготовлено несколько вариантов закона. Речь идет, по моей информации, примерно о пяти проектах. Сейчас ведется работа по созданию компромиссного варианта.
Есть психологическое взаимодействие: должников иногда пугают приставами
– Этот закон настолько важен для отрасли?
– Коллекторский бизнес развивается вне зависимости от наличия этого закона, но конечно, важно, каким он будет. Сейчас разные группы коллекторского сообщества преследуют разные цели в его разработке. Крупные игроки хотят оградить рынок от мелких агентств, внести ограничения по уставного капиталу и по размеру страхования, небольшие агентства борются за расширение полномочий коллекторов и за минимизацию ограничений.
– Насколько сейчас упорядочен российский рынок?
– Он достаточно организован, сложилось несколько ассоциаций, на базе которых возникают саморегулирующиеся структуры. Возникают организации и в регионах, например, в Алтайском крае. Проводятся и исследования рынка. Хотя коллекторский рынок молодой, к примеру, пока нет программ обучения.
– В условиях кризиса и, соответственно, резкого роста задолженностей серые и черные коллекторы не стали конкурировать с белыми?
– Как таковой конкуренции между этими сегментами нет: но случаев привлечения серых и черных коллекторов стало больше, в том числе и в информационном поле. Есть и своего рода мимикрия, иногда даже белые коллекторы пользуются мифами о способах взыскания долгов. Я обучаю коллекторские цивилизованные агентства одной фразе: если должник наглый и говорит, что ничего я платить не буду, отвечать, что мы с вас долг взыскать не сможем, но когда-нибудь к вам приедут третьи лица, и в голове у людей всплывают утюги и паяльники. Но это редкий случай, далеко не всегда применяемый.
Если говорить именно о «белом рынке», то, действительно, стало больше агентств создаваться, но в кризис некоторые игроки ушли с рынка: растет себестоимость и падает прибыль.
– Глава Федеральной службы судебных приставов Артур Парфенчиков сегодня заявил, что «коллектор никогда не будет частным приставом».
– Уважаемый руководитель ФССП, получается противоречит своему шефу, министру юстиции, который говорил на встрече с президентом о возможной передаче части полномочий приставов коллекторам. По сути, это и значит, что они станут частными приставами. Да, возможно, в России такой институт не сформируется, но если они появятся, то будут созданы на базе коллекторских агентств, у которых есть и опыт, и инструменты для выполнения таких задач. Другое дело, более реальным мне кажется сценарий, когда существуют агентства, но вся исполнительная система принадлежит государству.
– Насколько сейчас коллекторы и государственные приставы взаимодействуют между собой?
– Они работают параллельно. Большинство взысканий коллекторами происходит во внесудебном и досудебном режиме, это касается и физических, и юридических лиц. На этом уровне взаимодействия нет.
Есть психологическое взаимодействие: должников иногда пугают приставами. С другой стороны, есть участок плотного сотрудничества – это то, что касается исполнительного производства. Коллекторы выступают в роли добровольных помощников приставов. Зачастую коллекторы предоставляют понятых, машины для доставки и т. д.
Есть примеры коллекторских агентств, созданных бывшими приставами, которые, как вы понимаете, более широко, но абсолютно законно, взаимодействуют с федеральной службой.