Тараканы в суде
Очень важно, что дамоклов меч срока, даже условного, снят. Можно говорить о том, что государство в каком-то смысле проявило ответственность
Таганский суд Москвы в понедельник признал виновными организаторов выставки «Запретное искусство – 2006», прошедшей в центре имени Сахарова, сообщает «Интерфакс». Экс-директор музея Юрий Самодуров и бывший завотделом новейших течений Третьяковской галереи Андрей Ерофеев приговорены к штрафам в 200 тысяч и 150 тыс. рублей соответственно.
Искусствовед, директор Пермского музея современного искусства Марат Гельман*, который пристально следил за ходом судебного процесса, комментируя приговор газете ВЗГЛЯД, отметил: «Во-первых, очень важно, что дамоклов меч срока, даже условного, снят. Можно говорить о том, что государство в каком-то смысле проявило ответственность. Судья понял, что там нет состава преступления. Думаю, что этот штраф – некий паллиатив. Я не считаю, что это справедливо, потому что я считаю, что они невиновны. Но сейчас можно спокойно разбираться в деталях, объяснять, доказывать, спорить. В том числе, и с организаторами выставки: когда им светил срок, любая попытка войти в спор с ними выглядела как предательство. Теперь, когда этой угрозы нет, надо детально разобрать всю эту ситуацию».
«Очень важно, чтобы общество вынесло урок, – уверен искусствовед. – Надо обсудить вопрос коллизии 282-й статьи (об экстремизме), когда она применима, когда нет. Ведь что произошло на самом деле? Если вы помните, в киноленте «Чапаев», когда зрители пришли в кинотеатр на фильм братьев Люмьер, на зрителей с экрана едет поезд, и люди разбегаются из зала. Когда художник делает высказывание, он находится как бы за этим экраном. Нам же не приходит в голову, что актер, который играл бандита в фильме, – убийца и его надо осуждать за это. А здесь почему-то появляется такая мысль. Это значит, что в обществе граница между жестом и поступком людям неочевидна.
Суду следует научиться разграничивать пространство жеста и пространство поступка. Можно ли считать, что картина «Иван Грозный убивает своего сына» является призывом к сыноубийству?
#{image=414937} Сейчас надо предельно ясно, терпеливо объяснить людям и позицию искусства, и разницу между жестом и поступком, и применимость тех или иных поступков к художникам. В том числе, и художникам надо объяснять, что они являются гражданами и так же подсудны, как и все».
«Выставка «Запретное искусство – 2006» оскорбила чувства всех верующих независимо от того, видели они экспозицию или нет (поскольку информация о ней распространялась в Интернете и через СМИ)», – говорится в решении Таганского суда. В описательно-мотивировочной части приговора отмечается, что в результате проведения выставки верующие граждане «подверглись психо-травматическому воздействию, перенесли нравственные страдания, их человеческое достоинство было унижено».
Отдельные экспонаты даже были охарактеризованы как «циничное оскорбление религии». По мнению судей, организаторы выставки «умышленно совершили возбуждение религиозной вражды».
«Конечно, приговор идиотский, – прокомментировал Гельман содержательную часть приговора. – Это абсурд. Но, повторюсь, и обсуждать это сейчас, и проявлять позицию будет гораздо проще.
Сейчас надо действительно отменять какие-то дела и заниматься дискуссией. Она должна широко освещаться, все точки зрения должны быть высказаны. Я абсолютно уверен, что сейчас этот процесс может оказать важную положительную роль в том, чтобы наконец сформулировать основные важные позиции, которые сегодня не прояснены».
Осужденные уже заявили, что намерены обжаловать приговор.
Оглашение приговора само напоминало спектакль. Во время приговора суда во дворе было организовано пение псалмов, которые было слышно даже с третьего этажа, где проходило заседание, отмечает «Интерфакс». Акция, по словам организаторов, была направлена «на защиту православной веры».
А до этого в зале долго ловили тараканов, которых в знак протеста против «тараканьего суда» принесли в суд гражданские активисты. К середине оглашения решения суда журналисты заметили в коридоре несколько насекомых и бросились снимать их на камеры. «Не мучайте животных, зачем вам это?» – защищала тараканов уборщица.
Ажиотаж этот процесс вызвал такой, что из зала пришлось вынести скамейки, чтобы желающие поместились хотя бы стоя, но и при этом части журналистов пришлось зайти в клетку для подсудимых, сообщает РИА «Новости». Во время оглашения Самодуров и Ерофеев балагурили, крестили судью и всех окружающих. Некоторых слушателей за нарушение порядка вывели из зала.
Дело трехлетней давности
Юрий Самодуров и Андрей Ерофеев обвинялись в разжигании национальной вражды и религиозной розни, за что прокуратура потребовала приговорить их к трем годам лишения свободы в колонии-поселении. Адвокаты же настаивали на оправдании подзащитных. Сами они своей вины не признали.
«Это политически сфабрикованное дело, которое не имеет ничего общего с демократическим правосудием», – заявил, в частности, Ерофеев. Он заверил, что у организаторов выставки не было цели оскорбить чувства верующих. «Обвиняют устроителей выставки «Запретное искусство» в том, что были оскорблены чувства верующих, и эта диспозиция абсолютно ложная», – уточнил куратор выставки.
Самодуров же подчеркнул, что выставка подняла очень важный вопрос: «Нужно было отстоять право показывать те работы, которые сами кураторы считают настоящими, независимо от любых внешних оценок». «Объективно для религиозного сознания такой художественный язык – это кощунственно и оскорбительно. Но в каком смысле: для мусульман оскорбительно, что у бога есть сын, для атеистов, что есть бог», – отметил он.
«Язык современного искусства, который принципиально основан на совмещении в одном пространстве того, что существует в разных, с точки зрения церкви является кощунством. Конфликт религиозного и светского – в культуре это должно быть разведено. Людей, которые ходят на суд, раньше не интересовало то, что происходит в музеях», – отметил Юрий Самодуров и предсказал, что «никакой приговор не устроит массу людей». «Я никогда не был борцом с религией. Религиозное и нерелигиозное сознания вечны, они дополняют друг друга. Задача суда сделать так, чтобы между носителями религиозного и нерелигиозного меньше искрило», – предупредил он.
#{image=414943} Как сообщала газета ВЗГЛЯД, бывший директор автономной некоммерческой организации культуры «Музей и общественный центр «Мир, прогресс, права человека» имени Андрея Сахарова Юрий Самодуров и бывший завотделом новейших течений Государственной Третьяковской галереи Андрей Ерофеев организовали выставку «Запретное искусство – 2006», которая проходила с 7 по 31 марта 2007 года в Общественном центре на Земляном валу в Москве.
И три года назад православным движением «Народный собор» был инициирован судебный процесс. В организации сочли недопустимым использование в художественных произведениях изображений религиозных атрибутов мусульманства и христианства.
«На ней демонстрировались произведения, содержащие «унизительные и оскорбительные изображения в отношении к христианской религии и к гражданам, исповедующим эту религию», – говорилось в сообщении столичной прокуратуры. В итоге Самодурова и Ерофеева обвинили в возбуждении ненависти и вражды, а также в унижении человеческого достоинства с использованием своего служебного положения (п. «б» ч. 2 ст. 282 УК РФ). Статья предусматривает максимальное наказание в виде лишения свободы до пяти лет.
Отметим, что Самодуров уже привлекался к уголовной ответственности по этой статье и в 2005 году был приговорен Таганским районным судом к штрафу в размере 100 тыс. рублей. На данный момент эта судимость погашена.
В оглашенном в понедельник приговоре идея об организации выставки названа «преступным умыслом», который был осуществлен подсудимыми с помощью их профессиональных знаний в области искусства. Особо отмечается, что в работах, представленных в рамках проекта «Запретное искусство» и ранее не разрешенных к показу в других московских галереях и музеях, присутствовала нецензурная лексика. Рассматривать картины можно было только через небольшой глазок в фальш-стенке, напоминает BBC.
На выставке были представлены работы Ильи Кабакова, группы «Синие носы», Михаила Рошаль Федорова, Вагрича Бахчаняна, Леонида Сокова и т.д.
«Не перешли «красной» черты»
#{image=414945} По поводу процесса высказывались самые разные мнения. Так, журналист, колумнист газеты ВЗГЛЯД Максим Соколов еще перед началом процесса отмечал: «Обвинительный вердикт был бы, конечно, неприятен самим помещением двоих престарелых мужчин в места лишения свободы за то, что они сильно заигрались и у них не хватило ни ума, ни сердца на простейшее «Извините, не очень удачно вышло. Больше не будем». Что разом сняло бы все вопросы и гарантировало бы оправдание, но, правда, было бы ужасным ударом для коллег по жанру и для жанра вообще. Ведь смысл последнего заключается именно в том, что современный художник в своих опытах по определению не может заиграться. Напротив, чем круче и садче – тем лучше».
Его мысль развивает Андрей Архангельский: «Притом что наше общество довольно уже далеко продвинулось в смысле понимания: оно уже, например, знает, что «художник провоцирует сознательно», или что «художник может лаять собакой, и это нормально». И хотя в душе большинство считает, что «так может рисовать каждый», но вслух этого уже не произносят, чувствуют, что это «отсталый взгляд», и предпочитают, глядя на очередную абстракцию нефтью по ситцу, признаваться, что «что-то в этом есть». Каким-то чудовищным образом такое искусство считается «крутым» – ну и черт с ним, мы готовы это признать, чтобы нас тоже считали крутыми.
То есть, в сущности, наше общество не так уж и плохо, за исключением одного момента: никто лично для себя не может объяснить, убедительно доказать, какая польза от этого искусства обществу? И уж тем более зачем «оскорблять чувства», зачем покушаться на «святое»? Ради каких целей? Какой в этом смысл?»
За организаторов выставки заступился сам министр культуры России Александр Авдеев.
«Мне лично выставка не нравится, кто-то их ругает более жестко или не подает руки, а кому-то это симпатично, – приводит его слова ИТАР-ТАСС. – По-моему, Самодуров и Ерофеев не перешли «красной черты» закона. Это был неумный эпатаж, и, на мой взгляд, Уголовный кодекс применять нельзя. Такие попытки у нас всегда проваливались, и потом за них было неудобно», – подчеркнул Авдеев.
Дискуссия развернулась и в блогосфере. После того как Андрей Ерофеев на своем сайте разместил фото экспонатов выставки, они пошли по Сети. Активисты организовали проект «Запретное Искусство ЖЖ», друг за другом размещая изображения, ставшие предметом судебного разбирательства. «Пусть приходят к каждому, пусть судятся с каждым, на всех следователей не хватит. Их возмутило, что эту выставку увидело несколько людей, теперь ее увидят десятки тысяч пользователей Интернета», – написал, в частности, пользователь Техномад.
В конце прошлой недели в защиту организаторов выставки в Москве был устроен пикет, а еще ранее российские художники подписали открытое коллективное письмо президенту Дмитрию Медведеву. «Совершенно очевидно, что, выставляя произведения российских художников, Ерофеев и Самодуров не ставили цели кого-то оскорбить. Об абсурдности этого обвинения и всего организованного процесса не раз писала российская и зарубежная пресса, а в защиту обвиняемых выступали видные деятели искусства и науки, – говорится в тексте письма, опубликованном на сайте «Эха Москвы». – Обвинительный приговор станет приговором всему российскому современному искусству и еще одним шагом к введению в явной или скрытой форме культурной цензуры. Он самым неблагоприятным образом скажется на репутации России в международном культурном сообществе». Под письмом стоят подписи Ильи и Эмилии Кабаковых, Александра Меламида, Эрика Булатова и других.
Церковь, которая резко выступала против выставки, на которой «объекты культа сочетались с бытовыми предметами и надписями», также призывала суд к снисхождению. «Церковь всегда призывает к милости к падшим, – заметил, в частности, в эфире «Эха Москвы» руководитель пресс-службы патриарха московского и всея Руси Владимир Вигилянский, добавив, однако, что «в приличном обществе оскорблять национальные или религиозные чувства других не стоит».
Если художник находится в условном пространстве, которое мы называем пространством жеста, то, что он делает, не есть поступок. Судить жесты нельзя в той же степени, что и поступки. Вот когда человек вышел из пространства жеста, он превратился в обычного обывателя, и все, что он делает, – это поступок.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом