«Старый пузатый пьянчуга с пивом в руке шаркает по гостиной. К 67 годам он почти всю жизнь спустил на дешевое пойло и девок еще дешевле, растратил на потасовки в сомнительных барах… Для пропитого лауреата канавы известность – проклятие. И вот известность пришла», – писал журналист People в 1987 году.
Его благословили два других знаменитых возмутителя спокойствия: Генри Миллер и Жан-Поль Сартр
На протяжении всей своей жизни Чарльз Буковски с потрясающим упорством создавал альтернативного героя своего времени, причем материалом для этого ему служили собственная жизнь и, что не менее важно, собственные речевые навыки. Начав как изгой и аутсайдер, он постепенно превратился в Аутсайдера с большой буквы, а такой фигуре, как известно, прямая дорога в классики. И дорогу эту, что самое замечательное, Буковски успел почти полностью пройти еще при жизни, даже несмотря на то, что массового признания добился довольно поздно.
В начале 1960-х он еще почти не публиковался, но уже в 1970-х настолько внятно заявил о себе, что его успели благословить два других знаменитых возмутителя спокойствия: Генри Миллер и Жан-Поль Сартр, назвавший Буковски величайшим из современных американских поэтов. Романы, короткая проза и верлибры Буковски определили лицо американской литературы второй половины XX столетия в не меньшей, если не в большей степени, нежели творчество его более респектабельных современников. Одной из самых востребованных его работ оказалась литературная основа фильма «Пьянь» с Микки Рурком, снятого Барбетом Шредером в 1987 году.
В книге собраны интервью писателя (фото: prochtenie.ru) |
«Больше всего меня поражают его абсолютная ясность и дисциплинированность ума, – делится своими впечатлениями Хью Фокс в одном из номеров журнала The North American Review за 1969 год. – Не пропускает ни единой уловки, в любой миг знает, где он, с кем и почему, никогда не отвлекается и не заговаривается… «по пьяни». Он всегда с тобой, его глаза старого льва всегда настороже».
Разумеется, интереснее всего речи самого Буковски. В разговорах с интервьюерами андеграундный кумир успел высказаться едва ли не на все мыслимые темы, хотя все сказанное им в итоге выглядит одним огромным автокомментарием, чередой сносок на собственные произведения.
В случае такого автобиографичного писателя, как Буковски, издание подобной книги могло бы показаться избыточным: к чему собирать высказывания автора о самом себе, если он и так все время говорил о себе в своих романах, рассказах и стихах? Но благодаря общению с реальным человеком, а не его персонажем как раз и становится очевидной мнимость их тождества, высвечивается зазор между Буковски и его альтер эго, действующим в книгах.
Читателю, всегда легко ведущемуся на игру проклятых поэтов в самих себя, такая экскурсия за кулисы литературного театра очень даже полезна. Без разрушения некоторых иллюзий тут не обойтись, но это вполне в духе самого Буковски – ведь главный смысл его писательства заключался в том, чтобы говорить правду, пусть он и склонен был ее обобщать и гипертрофировать.
Еще одну проблему можно усмотреть в том, что в России Буковски многим просто неизвестен, следовательно, сборник его интервью обречен на то, чтобы стать достоянием весьма ограниченной аудитории. Но, во-первых, усилиями переводчиков и издателей-энтузиастов присутствие Буковски в русском культурном пространстве становится все более заметным. А во-вторых, кто сказал, что подборка интервью не годится для первого знакомства с писателем?
Читая эту увлекательнейшую книгу, невольно задумываешься о том, как все-таки повезло Буковски со временем. Он страдал и нищенствовал в ту эпоху, когда после погружения на дно жизни можно было вынырнуть если не просветленным, то обретшим мудрость и творческие силы. К тому же слово было еще в большой цене, и не только автор остросюжетных или эзотерических романов, но и поэт мог обрести славу рок-звезды.
Ныне человек с задатками Буковски имеет высокие шансы не стать Буковски, потерявшись в бескрайних просторах сетевой литературы. Дай Бог, чтобы это было не так.