Звизжи всех наверх
Магия искусства – действенная штука. И, несмотря на все испытания, в этом было приятно убедиться
В селе Звизжи, возле излучины реки Угры, собралось немало публики лицезреть прибытие плотов, которые должны были сплавляться сюда из вотчины создателя природных арт-объектов Николая Полисского – деревни Никола-Ленивец.
Журналисты, прибывшие на двух автобусах, и многочисленная публика, добравшаяся на авто, ожидали плавучей кавалькады, с удовольствием вдыхая лесной воздух. Слегка накрапывало, но в целом пейзаж выглядел мирно.
В очереди за шашлыками и картошкой две дамы поведали мне, что вчера, когда плоты прибыли в Николу-Ленивца, буря разыгралась не на шутку. «Я человек не мистический, – сказала одна из них, – но, знаете, когда все небо закрутило в черную воронку, из центра которой выглянул желтый глаз, а потом разразилась буря – поневоле начнешь испытывать трепет».
«Пока желтого глаза не видно», – подумал я, окинув взором сереющую массу облаков. Народ рассаживался по речным склонам, словно в амфитеатре. Тучи, будто тоже готовясь к спектаклю, стали приобретать свирепо-лохматый вид.
На походной сцене заиграл дуэт «Роман и Небесный Боян». Но тут громыхнул природный «небесный баян», приправленный «небесной цветомузыкой» – молнией.
Прямо над речкой образовалось черное щупальце, как заменитель желтого глаза: отыскивало объект. Буквально в ту же минуту, как из-за поворота показался первый плот, небесная крыша тяжело прогнулась и прорвалась отчаянным ливнем.
Сразу же захлебнулся духовой оркестр, торжественно плывущий на первом плоте. Музыканты мужественно продолжали выдувать воду из инструментов.
Чем больше выползала вереница плотов, тем сильнее становился дождевой напор. Ливень хлестал под углом сорок пять градусов – зонтики были почти бесполезны.
Чтобы поднять боевой дух тем, кто был на плотах, береговая публика затянула «ура-а-а!». Оркестр ответил композицией «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»!
Из декоративных посудин первым шел PAPA-S дизайнера-моряка Александра Пономарева, напоминающий башню то ли танка, то ли самолета.
За ним следовал плавучий финский домик B Raft Сами Ринтала. Далее покачивался на волнах похожий на соломенную шляпу-канотье «Дом на воде» Владимира Плоткина.
Французский Screw Me Франсуа Роше и Стефании Лаво смахивал на модный ночной светильник, а «Кондодом» Тотана Кузембаева выглядел как огромная клетка для птиц.
Но в какой-то момент стало не смешно: под нарастание в тишине ливневого гула тоскливо заплакал ребенок под зонтиком. Все бросились его успокаивать и улыбаться. Малыш затих, и, кажется, ливень пошел на убыль.
Прибывших героев встретили достойно: толпа радостно окружила на PAPA-S Пономарева в капитанской фуражке и художника Шутова в малиновой тельняшке и таких же спортивных штанах. По-видимому, именно так известный художник представлял моряцкую форму с арт-уклоном.
Арканар
Вечер должен был завершиться «кафе, лаундж-зоной «Облака», кальянной…». Но, учитывая, что уже и так «прикурили по полной», все нашли себе другое развлечение: фотографироваться в состоянии «прозрачности». Особенно эффектно смотрелись облегающие летние платья.
Потом все как-то разбрелись, моделируя ситуацию дальше, – хаос после катаклизма.
Оркестранты взгромоздились в автобус и первыми застряли на выезде. Думаю, не нужно объяснять, что представляют собой проселочные дороги после дождя. С одной стороны автобуса – джунгли крапивы, с другой – канава.
Публика, погружаясь в грязь, мстительно вспомнила Гоголя: «Беда России – дураки и дороги». Музыканты обиделись: «Спасибо, уже в дураки определили!»
Два журналистских автобуса тоже погрязли. Один усатый тип залихватски воскликнул: «Мужики! Навались!» Навалились по глупости. Газуя, автобус ушел в грязь по выхлопную трубу. Усатому этого показалось мало, он и к другому автобусу примерился: «Давай, ребя! Поднатужимся!» Результат тот же. Прямо как в «Волге-Волге»: «Я тут все мели знаю: вот она – первая, а вот – вторая!»
Послали гонцов за тракторами.
Журналисты потопали в сторону Николы-Ленивца. По пути вспоминали завершенные съемки «Трудно быть Богом» Германа. Судя по отдельным кадрам, выложенным в Интернете, средневековый Арканар напоминал эту местность.
Решето надежды
Добрались до дороги, окаймленной с двух сторон частоколом огромных шипастых палиц, наверху которых дремали то ли двухголовые орлы, то ли двухголовые вороны. Этот объект – будто живое воплощение Арканара (проект Николая Полисского «Границы империи»). Народ рассосался по чаще, заполненной архитектурными диковинами.
Мои кроссовки привели меня к мрачному домику цвета моли. Надпись «Сарай». Ей веришь сразу. Что-то подтолкнуло заглянуть внутрь, а там – звездное небо!
То есть такой эффект дают просверленные в досках дырки. Ну, если внутри сарая можно найти модель Вселенной – не все потеряно (автор Юрий Григорян и его мастерская «Проект Меганом»).
Торможу на шоссе отъезжающий микроавтобус.
– На Москву? – спрашиваю водителя.
– На Москву.
– Возьмете?
– Садись.
За четыре часа и 200 километров пригрелся возле печки, оставив два памятных пятна на полу. Звездное сарайное небо грело душу. Космические светила были по-прежнему зачехлены облаками.
– Какая концепция у фестиваля на следующий год? – спрашиваю по телефону промоутера «Архстояния» Инну Прилежаеву.
– Что-то с огнем, – отвечает.
Пауза. Не сговариваясь, начинаем истерически хохотать.
– Да, – отсмеявшись, говорит Инна, – надо какую-нибудь поспокойнее тему придумать. Уж больно все натурально получается.
Магия искусства – действенная штука. И, несмотря на все испытания, в этом было приятно убедиться.