Его биография по-своему уникальна. Уилсон изучал электротехнику в Бруклинском политехническом колледже, затем последовали две университетские степени – доктора философии и психологии. Во второй половине 60-х Уилсон – помощник главного редактора «Плейбоя».
Оставив эту прибыльную и престижную работу, он становится интеллектуальным фрилансером, постепенно обрастая множеством экстравагантных проектов.
Скепсис как путь к свободе
Провокационный характер мышления привлекал к Уилсону свободно мыслящих последователей, и он быстро становится любимцем контркультурного андеграунда
Провокационный характер мышления привлекал к Уилсону свободно мыслящих последователей, и он быстро становится любимцем контркультурного андеграунда.
Отличительная особенность его произведений – способность к синтезу разнообразных и внеположных друг другу теорий из разных областей знания. Недаром в его романе «Маски иллюминатов» главные герои – Джойс, Кроули и Эйнштейн, которые обмениваются опытом расширенного состояния сознания.
«Представьте себе человека, который пытается свести воедино теорию восьми нейрологических контуров Тимоти Лири, упражнения по самонаблюдению Гурджиева, общую семантику Кожибского, магические теоремы Алистера Кроули, несколько видов йоги, «христианскую науку», теорию относительности, современную квантовую механику и множество других подходов к пониманию окружающего нас мира!», – это отзыв секретаря Кроули, мистика Израэля Регарди. Филип Дик писал: «Уилсон ухитрился поменять у меня все ментальные полюса – меня словно протащило сквозь бесконечность». И это признание самого безумного и психоделичного фантаста!
Эклектикой ныне никого не удивишь, и под пером кого-нибудь другого такая каша знаний и сведений превратилась бы в нечто столь же неудобочитаемое, сколь и претендующее на очередную истину в последней инстанции. Известный трансперсональный практик Д. ван Дрей на вопрос, не настораживает ли его, что Уилсон пишет так броско и просто, резонно заметил: «Он старается быть простым, потому что говорит об очень сложных вещах».
Уилсон строит свои книги, руководствуясь не стремлением поведать миру новый путь спасения или освобождения. Ему интересно наблюдать неявные, казалось бы, связи между столь разными теориями и практиками, выискивая в них то, что поможет перепрограммировать во многом устаревший ментальный «софт» современников.
Уилсон развивает идеи Тимоти Лири (в соавторстве с ним написана книга «Наркополитика»), оставив за скобками его психоделический пафос. Психоделики – не панацея, а своего рода аванс, который надо отработать, рекламный проспект иной реальности, куда попадают путем саморазвития. По тому же пути пошел и основатель трансперсональной психологии Станислав Гроф, когда ЛСД оказался под запретом.
Новый взгляд на старые проблемы
Психология эволюции, именно так озаглавлена в русском переводе самая известная книга Уилсона «Прометей восстающий» |
Основные темы книг Уилсона можно сформулировать в виде вопросов. Как работа мозга программирует мир? На что способно сознание, обращенное на себя? Насколько адекватны наши автоматические реакции, в том числе и интеллектуальные? Как формы языкового выражения формируют наше восприятие реальности? Насколько подлинна наша реальность, насколько она зависит от стереотипов восприятия – как идеологического, так и эмоционального? Насколько непреодолима «прошивка» паттернов, заложенных в нас генетически? И куда, в конце концов, идти дальше?
Искать и исследовать другие «прошивки» – на молекулярном и квантовом уровне, в нейросоматической инженерии, инструментарий которой, считает Уилсон, доступен любому, было бы желание и непредвзятость.
Среди моря «духоподъемной» литературы самого разного уровня его книги выделяются прежде всего трезвым взглядом на современное состояние сознания. Это не селф-хелп, который обещает мгновенное перерождение после прочтения, и не эзотерика в привычном для читателя смысле. Его книги ближе к определению П.Успенского – психология эволюции. Кстати, именно так озаглавлена в русском переводе самая известная книга Уилсона «Прометей восстающий» (десятки переизданий на Западе, пять русских изданий).
Конспирологические изыскания РАУ носят игровой характер и лишены той звериной серьезности, которая присуща этому жанру. Контакты с Сириусом и магия числа 23, аналогии к изысканиям Алистера Кроули и тайны баварских иллюминатов, современная американская политика и квантовая физика – беспрерывная синхронизация этих и множества других составляющих вываливается на читателя со страниц его «Космического триггера» и написанной в соавторстве с Робертом Ши «сказки для параноиков» – трилогии «Иллюминатус».
Идеалист и скептик, Уилсон подвергал уничтожающему анализу любую идеологию, предпочитая «твердо стоять обеими ногами на пустоте».
Уилсон определял себя как модельного агностика, отказывая какой-либо из моделей реальности в праве на существование как единственно возможной. Свое творчество он называл «партизанской онтологией», понимая под этим стремление обозначить тотальную относительность любых форм культурных, социальных и психологических практик.
Однако, пафос Уилсона отнюдь не в отрицании и негативизме. Обнажение внутренних механизмов стереотипов ведет к освобождению сознания из «туннелей реальности», в которые оно загнано по своей воле либо под прессингом социума.
...Кстати говоря, Уилсона однажды уже хоронили. В 1994 году в «Лос-Анджелес Таймс» появилась заметка о его кончине. После этого Уилсон написал очередную книгу – «Моя жизнь после смерти». Теперь, похоже, дело обстоит серьезнее.
Впрочем, сам Уилсон за несколько дней до смерти (а 18 января ему бы исполнилось 75 лет) писал в своем сетевом журнале, что к своей смерти – а врачи давали ему от двух месяцев до двух дней жизни – не может относиться серьезно.