Просто не всем из уехавших суждено было вернуться, не все из оставшихся выжили в 30-е, когда новая Россия, советская, вспомнила об империи и начала возвращать эполеты и елки.
Белогвардейцам позволено было остаться в истории выдуманно благородными, по-актерски красивыми и ненастояще честными (Фото: РИА Новости) |
Та же война – белыми стали троцкисты – длилась вплоть до Великой Отечественной и задела по касательной и ее: пример власовцев в этом смысле достаточно убедителен.
Уже в 60-е со сцены Политехнического прозвучало: «Я все равно паду на той, на той, единственной, гражданской» – после смерти Сталина эпоха возвращала себе преданные ленинские идеалы. Булат Окуджава спел тогда о самом главном: бой продолжается до тех пор, пока все мы не умрем.
Гражданская закончилась, как показалось, историческим примирением 70-х, когда герой Владимира Высоцкого благородно стрелял не в плывущего коня, а в самого себя: белогвардейцам позволено было остаться в истории выдуманно благородными, по-актерски красивыми и ненастояще честными – вспомнил бы кто, что все эти люди с красивыми лицами творили на захваченных территориях с гражданским населением, но никто не вспомнил.
Лица, главное, красивые. Интеллигентные лица.
А что деревни стирали с лица земли, так и большевики были не ангелы, да и война-с, что ж поделать-с.
Примирение в стиле «тоже люди» оказалось ложью: большевики много всего натворили в гражданской войне, и никакого оправдания каждому отдельному убийству не подобрать, но государство социальной справедливости они хотя бы попытались построить. Сбежавшие белые полвека ныли по парижским кофейням, а потом вернулись на экраны кино святыми.
И так неожиданно совпало, что через 15 лет не стало страны Гагарина, Келдыша и Ландау: на ее месте развернули свои клетчатые пакеты челноки, и общество снова стало сословным. Ведь за это честно сражались белогвардейцы.
Гражданская война не заканчивается примирением, им обычно маскируют победу одной из сторон. Той, которая, в отличие от большевиков, не собиралась нести ответственность вообще ни за что.
Теперь арена гражданской – Украина, и слова о мире снова произносят поклонники сословного общества, убийств, за которые не хочется каяться, и расположения на территории России чьих-нибудь военных баз.
Такое примирение, чтобы мы вас потом всех удавили по-тихому, как удавили в 90-е неэффективные НИИ, бесполезное здравоохранение и никому не нужное социальное обеспечение. Это был не ГУЛАГ, но людям, которые умирали, потому что не умели «устроиться», подобные существенные различия были, конечно, понятны не до конца.
Потому гражданская не закончилась и в 90-е. Красные на одной ненависти выползли из-под этого танка, вышли из мясорубки без рук, были оклеветаны, оболганы, унижены, но не сдались. И теперь именно левые по убеждениям люди – костяк поддержки Новороссии.
Оглядываясь вслед кораблям Врангеля, хочется пожелать всем нам не примирения, а победы, чтобы никогда не случилось то, о чем пишет в своем блоге Денис Тукмаков, новой победы новых белогвардейцев, которые на следующем витке этой дурной спирали станут, конечно же, украинцами и будут носить нонконформистские вышиванки:
«Непременно что-то напутают и одним из знаковых символов всего украинского сделают вату – белые пушистые комочки станут развешивать у дверей, чтобы отвадить злых духов. А новый Курёхин, насмехаясь над обрыдшей действительностью, сочинит целую мифологию про Нацгадов, полулюдей-полузмей, древних и мудрых, явившихся в мир, чтобы брать пустые города и голыми танцевать гопак на морозе. И что же тогда делать тем из нас, кто доживёт?»
Что нам делать, Денис?
Победить. Закончить эту гражданскую войну раз и навсегда.