Русские националисты, критикуя своих главных оппонентов – имперцев, называют их «ордынцами». Александр Разуваев в ответ выступил за ордынскую ориентацию России.

Нам внушают, что православный не может быть европейцем

Разговоры на тему «Да, скифы – мы, да, азиаты – мы» ведутся в России уже лет триста и до сих пор не утратили актуальности. Однако же «орда» – слово из лексикона националистов, и евразийцы прежде так себя не называли.

На первый взгляд дилемма проста: дороги в Европу и в Азию разнонаправлены, на самом же деле сторонники евразийства предлагают ложную альтернативу, сравнивая теплое с мягким. Ни одному русскому не запрещено говорить о Гумилеве или чувствовать свое родство с Батыем. Однако никто не запретит этого ни финну, ни французу, ни канадцу. Хочешь быть фриком – будь им. Разница, однако, в том, что финна, канадца и француза не будут вынуждать в обмен на «скифскую сущность» отказаться от гражданских прав.

Нам же дело представляют таким образом, что ориентация на европейские ценности непременно означает отказ от собственной русской традиции, в первую очередь от православия. Это не так. Под европейскими ценностями подразумевают свободное пользование гражданскими правами и высокий уровень организации самого общества, проще говоря, такой уровень, при котором общество охотно берет на себя заботу обо всех и каждом. Соответственно, и ориентация на европейские ценности не подразумевает насильственной ломки культурных традиций. Если даже уютные кафе, чистые дороги и вежливая полиция исторически завязаны на протестантскую этику (о которой в последнее время стало модно вспоминать), то они никак не противопоказаны православию.

Православные священники часто сталкиваются с такой небольшой, но довольно интересной проблемой, когда прихожанки стараются одеться по-деревенски, а-ля babushka, покрывая голову самым уродливым и старящим платком. Это мелочь, но за ней – целая идеология, которая противопоставляет православие Европе. Нам внушают, что православный не может быть европейцем, более того, что он должен делегировать свои политические права наличествующей власти. Не увидеть за этим «знай свое место» может только слепой.

«Запад никогда не признает в нас равноправного себе партнера, а значит, мы просто обязаны предложить себе и миру альтернативную и близкую нам систему ценностей», – пишет Разуваев, поясняя, что с точки зрения евразийства «неважно, кто ты по крови, важно, как ты служишь хану». Характерно, что к хану никаких требований не предъявляется – только к населяющим евразийский простор людишкам. Представление о том, что единственное право русского – это не вычесывать капусту из бороды, странно само по себе. Еще более странно, что такие взгляды у нас принято считать патриотичными.

Так что сначала права, а уж потом все эти игры в евразийство, в Батыя, в хоббитов и т. п.