Ливия – при всем уважении к этой стране и ее геополитической роли – всегда была периферией арабского мира. Сирия же расположена в самом его сердце. Она – ключевой игрок и в арабо-израильском конфликте, и в Ливане, от нее зависит стабильность (или нестабильность) в Ираке. Кроме того, Дамаск – едва ли не единственный арабский союзник Тегерана. А также мост между арабами и Турцией.
Братья-мусульмане» и салафиты – поборники «истинного ислама» – не упустят шанса представить сторонников Асада еретиками, извратившими учение пророка
Нестабильность и хаос в Сирии пугают даже ее противников. В Израиле, который формально находится с Дамаском в состоянии войны, предпочитают видеть во главе соседней страны предсказуемого и светского Башара Асада, а не кого-то из представителей разношерстной и непонятной оппозиции, добивающейся сегодня его свержения.
Американцы и западноевропейцы на первых порах делали ритуальные заявления о необходимости учесть мнение сирийского народа и недопустимости применения силы, но в последнее время умерили критику Асада. Видимо, повнимательнее присмотрелись к его оппонентам, представили себе геополитические последствия смены власти в Дамаске.
Башар Асад и его сторонники уверяют, что столкнулись с вооруженным мятежом, за которым стоят салафиты (радикальные исламисты) и террористические группировки. Отчасти это пропаганда: наверное, большинство демонстранты вышли на улицу все-таки не по призыву мулл, они искренне хотят смягчения режима, большей открытости. Но отчасти власти правы: за спиной стихийной толпы маячит тень организаторов, которые четко знают, чего они хотят. Ведь кто-то целенаправленно нападает на солдат и полицейских, пытался захватить армейские склады в городе Хомс. Если бы это удалось, события могли пойти по ливийскому сценарию: у «революционеров» появилась бы своя столица и целый арсенал вооружений.
Как и в Ливии, в Сирии не произойдет легкой, бескровной смены режима. Это могло осуществиться в Тунисе или Египте, где президент не опирался на конкретное племя или религиозную группу. Хосни Мубарак ушел, ему на смену заступили соратники и единомышленники, никакой охоты на ведьм по этно-религиозному признаку не наблюдается.
В Сирии всё иначе. Башар Асад – представитель алавитов, шиитской секты, которую порой вообще называют особой религией. Алавиты правят Сирией более полувека – с тех пор как к власти в результате военного переворота пришел Хафез Асад, отец нынешнего президента. Между тем алавиты составляют меньшинство населения страны – от 11 до 13 процентов. Если Башар Асад будет свергнут в результате «народной революции», у них нет шансов удержать свои привилегированные позиции.
Скорее всего, именно на алавитов обратится гнев победивших повстанцев. К тому же «братья-мусульмане*» и салафиты – поборники «истинного ислама» – не упустят шанса представить сторонников Асада еретиками, извратившими учение пророка.
В общем, алавитам есть за что сражаться. Как и племенам, поддерживающим Каддафи в Ливии. Верхушечного переворота, замены одного правителя другим не будет – гораздо более велика вероятность кровопролитной гражданской войны, в которой проигравший теряет всё: не только свободу, но и, возможно, жизнь.
Пока Башар Асад надеется успокоить демонстрантов уступками. Например, он отменил действовавшее в стране почти полвека чрезвычайное положение. Парадоксальное на первый взгляд решение. Когда в десятке городов бушуют страсти, когда счет жертвам идет на десятки, а то и на сотни, чрезвычайное положение, по логике, надо вводить. А его отменяют.
Здесь возможны два варианта.
Либо власти сознательно идут на тактические уступки, чтобы сбить накал страстей. Не зря же Асад предупредил: теперь у демонстрантов нет повода для волнений. Те, кто и после отмены чрезвычайного положения продолжит бунтовать, будут рассматриваться как мятежники. Со всеми вытекающими последствиями. В этом случае следующим шагом будет жесткое подавление выступлений. Подобно тому, как в 1982 году Хафез Асад залил кровью мятеж «Братьев-мусульман» в городе Хама.
Либо президент чувствует свою слабость и начал сдавать одну позицию за другой. В этом случае ему не позавидуешь. Демонстранты и стоящие за ними силы не удовлетворятся полумерами, они будут стремиться развить успех. Требования отставки Асада уже звучат. Проявление слабости – тревожный сигнал и для «ближнего круга» главы государства. Особенно для тех представителей «старой гвардии», которые помнят времена сурового и непреклонного Хафеза Асада.
Ведь он готовил в наследники вовсе не мягкого, интеллигентного Башара, а его старшего брата – кадрового военного Баселя, который нелепо погиб в автокатастрофе. После чего пришлось срочно толкать в политику тихого офтальмолога Башара, который видел себе совсем другое будущее.
Пока ситуация в стране оставалась под контролем, «президент поневоле» худо-бедно справлялся со своими обязанностями. Сейчас главный вопрос – сумеет ли Башар Асад преодолеть первое серьезное испытание, выпавшее на его долю. Испытание, которое вполне может оказаться последним.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ