Союз России и Белоруссии с самого момента своего учреждения вышел в стационарный режим циклического выяснения отношений. Белорусский союзник объявляет, что готов жизнь отдать за Россию, Россия изъясняет свои пожелания, союзник считает себя глубоко оскорбленным и хамит напропалую, через более или менее громкий скандал удается восстановить худой мир, затем цикл повторяется.
Не бывает – что бы на это счет ни думал белорусский союзник – вековечно и навсегда оседланных торговых путей
Сейчас взаимоотношения с союзником находятся в третьей фазе работы четырехтактного механизма. При очередном споре по поводу энергетических расценок белорусский союзник традиционно объясняет, что это не он должен, а ему должны, причем объем его благодеяний и уступок таков, что, собственно, это он, А. Г. Лукашенко, великодушно субсидирует Россию. Есть, однако, и некоторая новизна. Газовики не слишком утруждают себя полемикой с А. Г. Лукашенко на тему, кто кого субсидирует, но рассуждают публично лишь о технических возможностях не иметь дела с белорусским транзитом, каковые, возможности, согласно их утверждениям, имеются.
Этот несколько другой, чем прежде, подход рано или поздно все равно был бы неизбежен. Не бывает – что бы на это счет ни думал белорусский союзник – вековечно и навсегда оседланных торговых путей. Торговля так устроена, что она всегда ищет новые пути, причем с особым усердием ищет в том случае, когда транзитный сборщик подати берет за свои услуги чрезмерно много. Порой – как в случае с Венецией, которая по части торговли Европы с Востоком в определенный момент возомнила себя белорусским союзником, – поиски обходных путей приводят даже к великим географическим открытиям, но в любом случае надо помнить, что географическая карта – это еще и кладбище торговых путей, по той или иной причине утративших свое прежнее значение. При столь сложном союзнике поиски обходных путей напрашиваются.
Союз России и Белоруссии с самого момента своего учреждения вышел в стационарный режим циклического выяснения отношений (фото: Reuters) |
Другая особенность нынешних прений – к ним открыто привлечен вице-премьер РФ И. И. Сечин. Притом что И. И. Сечин не только ведает в правительстве энергетическими проблемами – при сложносоставности очередной распри с союзником можно было привлекать Сечина, а можно было и не привлекать. Не менее важная, с точки зрения руководства, функция И. И. Сечина в том, чтобы быть последним доводом королей. Quod medicamentum non sanat, ferrum sanat, quod ferrum non sanat, ignis sanat, а уж когда не лечит ни лекарство, ни железо, ни огонь, тогда посылают Игоря Ивановича. Одна самая прозрачная компания тому порукой, и устойчивое привлечение И. И. Сечина к делам сердечного союза является для А. Г. Лукашенко интересным знаком.
Возможно, дело связано просто с тем, что всякая сказка про белого бычка со временем сильно приедается, а кроме этой сказки, союз РФ и РБ так ничего и не породил. Возможно, время года было сочтено благоприятным для упражнений с задвижками. В отличие от конца декабря, когда обыкновенно этим занимаются и когда в Европе холодно и день короткий, в конце июня несколько теплее (хотя в этом году и ненамного) и дни самые длинные. То есть для европейского потребителя с учетом резервов и обходных поставок ущерба, считай, никакого нет. Если А. Г. Лукашенко захочет воровать газ, Европа по случаю теплого времени не будет столь нервничать по поводу неразберихи с трубой и удушения молодой демократии.
Однако на днях союз украсился новым сюжетом. Не довольствуясь стандартными невежливостями, к которым в Москве более или менее привыкли: «Что делать, если Александр Григорьевич без хамства не может», – союзник не просто принял бежавшего из Киргизии Бакиева в качестве главы правительства в изгнании, хотя и такие действия обыкновенно в рамках союза принято согласовывать. Союзник пошел дальше и уже после резни в Оше, которую сильно связывают с именем Бакиева и его клана, выступил с прямым заявлением: «Временное правительство – кто они такие? Надо не катить сегодня бочки на Бакиева, а попросить его».
В переводе с белорусского на русский: «Гражданская война пошла, это хорошо, но недостаточно, надо из Минска дополнительно ее простимулировать». Притом что если для А. Г. Лукашенко стимулирование гражданской войны в Киргизии есть лишь приятная пощечина Кремлю, то для Кремля тут дело даже не в пощечине (хотя и в ней тоже). Тут дело прежде в цепочке «Ош – Фергана – вся Средняя Азия». И в том, что никакой обустроенной границы со Средней Азией у России нет. Если взаправду полыхнет – чему А. Г. Лукашенко в меру сил пытается способствовать, – России мало не покажется.
Такие инновации в политике Минска заставляют задаться вопросом, уместно ли называть бонусы, получаемые А. Г. Лукашенко от Москвы, субсидиями. Стандартная формула субсидии «do ut des», «даю, чтобы и ты дал», предполагает, что субсидии умножают количество встречных услуг, но при отсутствии субсидий отношения как минимум благожелательно нейтральны. Возможна и другая формула: «do ne noceas», т. е. «даю, чтобы ты не вредил». Смысл ее в том, что в случае выплаты некоторых благ партнер удовольствуется ими и воздержится от причинения вреда, если же блага не поступят к нему, он гарантированно причинит вред. В русской традиции такая формула называется данью.
Обыкновенно вопрос о субсидиях решается посредством анализа показателя «цена/качество», тогда от выплаты дани всякая суверенная держава стремится избавиться, поскольку обязанность платить дань не вполне сообразна с самим понятием суверенитета. И, во всяком случае, принято различать союзные субсидии и уплату дани. Вопрос о различении долгое время откладывался, но прямодушный А. Г. Лукашенко твердо решил подвигнуть русского союзника к переводу вопроса в практическую плоскость.