Терпели шоковую терапию и ваучерную приватизацию. Терпели девальвацию и монетизацию.
Вот она, русская интеллигенция – бессмысленная и беспощадная. Которая называет классический грамматический словарь крупнейшего русского лингвиста Андрея Зализняка «мерзкой книжонкой
Но всему приходит конец. Чаша народного терпения переполнилась, и народный гнев выплеснулся на просторы Всемирной сети и радиоэфира.
Потому что власть посягнула на то, что действительно свято.
На мужской род слова «кофе».
Интеллигенция разорвала на груди рубаху и ринулась в бой.
«Отчего же «кофе» должно быть мужского?
Отчего же по утрам мыться надо?
Отчего же воровать плохо?
Отчего же властям лизать подло?
Вопросы, вопросы, вопросы…»
(Отсюда)
Вопросы, вопросы, вопросы! Власть надеялась, что русская интеллигенция никогда не преодолеет свою импотенцию. Что только не делала власть с этой интеллигенцией! Спаивала ее, загоняла в нищету. Выдавливала из страны. И интеллигенция сдавала позицию за позицией. Прогибалась. Не задавала страшные и неудобные вопросы, вопросы, вопросы.
Но «кофе» среднего рода – это уж слишком. Это уже ни в какие ворота не лезет.
«Есть литературный язык, на котором говорят образованные люди, а есть язык быдла, в котором «кофе» среднего рода. Но делать язык быдла нормой на государственном уровне, имхо, – это государственное преступление».
(Отсюда)
Государственное преступление! Мало они творили преступлений, мало заливали кровавыми, гексогеновыми и диоксиновыми реками с полониевыми берегами весь цивилизованный мир! Мало им было Гонгадзе, Литвиненко и Политковской! Мало им было термоядерного сухогруза в свободных балтийских водах! Но делать язык быдла нормой на государственном уровне! Имхо! Имхо! Имхо! Имхо!
Народный гнев выплеснулся на просторы Всемирной сети (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД) |
И интеллигенция восстала. И мир содрогнулся.
«Это первая линия обороны.
Потом узаконят «симпотичный», «колличество», про «тся» и «ться» я вообще молчу.
Стоит только ослабить узы, и через пару лет понимать друг друга перестанем».
(Отсюда)
«Запомните эти названия:
«Орфографический словарь русского языка» Брониславы Букчиной, Инны Сазоновой и Людмилы Чельцовой,
«Грамматический словарь русского языка» под редакцией Андрея Зализняка, «Словарь ударений русского языка» Ирины Резниченко, «Большой фразеологический словарь русского языка» Вероники Телии.
ЭТИ МЕРЗКИЕ КНИЖОНКИ ПОДЛЕЖАТ НЕМЕДЛЕННОМУ УНИЧТОЖЕНИЮ.
Например, сожжению перед входом в Министерство образования лично гражданином Фурсенко. Очень хочется думать, что он издал такое распоряжение по недомыслию, по причине клинического идиотизма либо в силу своей безграмотности, из-за очевидной профнепригодности, либо потому, что ему банально «занесли» из издательства АСТ. Однако чем дальше, тем больше подобные действия подталкивают к выводу, что наш министр образования, как и некоторые другие министры, просто вредитель, нанятый с целями прямо противоположными должностной инструкции. Кем? Интересный вопрос…»
Отсюда
Кем? Интересный вопрос! Вот она, русская интеллигенция – бессмысленная и беспощадная. Которая называет классический грамматический словарь крупнейшего русского лингвиста Андрея Зализняка «мерзкой книжонкой». Которая пишет так:
«Эта реформа адекватна по номинальной функции (отображает общеупотребительный вариант нормы), но отвратительна по духу. Отвратительна, наверное, для любого человека с языковым чутьём. И для любого, кто понимает, откуда данные варианты взялись. У человека, который говорит «сладкое кофе», очень мало шансов общаться со мной близко. И я знаю, что я такой не один».
(Отсюда)
А потом на вопрос, кто написал: «Зима, крестьянин, торжествуя, на дровнях обновляет путь», отвечает: «Некрасов». А на вопрос, кто написал: «Сижу за решеткой в темнице сырой», отвечает: «Лермонтов».
Это и есть настоящая современная русская интеллигенция. Готовая убить за мужской род слова «кофе». Готовая построить на мужском роде слова «кофе» новую идеологию.
Кофе и его значение. Кофе и трагедия русского Либерализма. Кофе и его роль в русской революции. Рядом с кофе мужского рода делаешься чище, как-то духовно растешь.
Лично я к интеллигенции никакого отношения не имею. И, быть может, поэтому мне куда больше нравится следующий образец настоящего, живого русского языка:
«Бурится лунок 10–12 на них ставиться удочки которые сделаные из обычной штахетины к которой по разным сторонам прибиты гвоздики и на них намотана леска с мормышкой, посередины штахетины вбит гвоздик на конце с нипилем. Удочки ложат поперек лунки, тк если просахатишь поклеву то удочка бульк в лунку и все. Ну так вот бурят 10–12 лунок садятся вокруг них, срезают комышинку и поигрывают ей по леске. Но мы то первй раз пришлось ограничиватся парой лунок, правда две удочки у нас всетаки утощило».
(Отсюда)
И делайте со мной, что хотите, но я всегда говорил и буду говорить «звОнит». Просто потому, что мне так больше нравится.
Просто потому, что так красивЕе.