В предыдущей статье я опирался на цифры – старался выжать из списка 500 крупнейших компаний мира максимум объективной информации.
Сейчас попробую сделать из всего этого субъективные выводы.
Русские горки
Мы крепко подсели на игры в капитализацию. С нашей генетикой, пожалуй, еще крепче, чем остальной мир
Что синусоида нашего бизнеса повторяет мировую синусоиду, но угол наклона круче, амплитуда и вверх, и вниз больше, общеизвестно и вполне понятно. Темпы изменений экономики обратно пропорциональны ее объему – это общий мировой закон, кстати, относится не к одной экономике, а почти ко всем измеряемым величинам.
Интересны не случаи, когда эта банальная закономерность выполняется, а когда она нарушается.
Сейчас одним из редких исключений из правила являются экономика и фондовый рынок Китая, которые пока растут, несмотря на свои уже гигантские размеры, более быстрыми темпами, чем более скромные экономики Западной Европы. Причем, в отличие от всего мира, экономика Китая еще и не падает, просто замедлила темпы роста!
Может быть, одна из причин – молодость современной экономики Китая по сравнению с «дряхлыми» и устойчивыми экономиками Запада, другая причина – их экономика еще не доросла до естественных границ, не заполнила необъятный внутренний рынок… Впрочем, вернемся к своим проблемам.
Сейчас одним из редких исключений из правила являются экономика и фондовый рынок Китая (фото: sxc.hu) |
Взлет и падение российских компаний и, шире, всего российского фондового рынка, еще шире – нашей экономики в целом, за последние 10 лет – лишь рябь на поверхности, мелкий, но характерный эпизод. Одно небольшое звено бесконечной разматывающейся цепи русской истории.
Вертикальный взлет – жесткая посадка.
Глобально так было сперва в начале ХХ века – до катастрофы 1917 года.
Затем было несколько скачков-падений в годы индустриализации, которые, тем не менее, воспринимаются в некоторой временной перспективе как «общий подъем», а локальные провалы почти не видны.
Потом более плавный, но тоже еще достаточно крутой подъем 1960-х, постепенно перешедший в застой, а затем обвальную агонию советской экономики.
На фоне такой синусоиды взлет последнего десятилетия, который сейчас сменился падением, – «эпизод малой амплитуды».
Тем не менее у него – свои любопытные черты.
Урок рыночного фатализма
В тучные годы надо было поистине постараться, чтобы суметь не приподняться. Приподняться не по сравнению с соседями, а по сравнению со своим вчерашним уровнем жизни. Менеджер и президент компании, мент и губернатор, учитель, проститутка, маклер, девелопер, дизайнер, олигарх, даже пенсионер – все они, если не делали явных глупостей, почти автоматически «вставали с колен», ехали на разных ступеньках общего нефтедолларового эскалатора. Ну а теперь эскалатор поехал вниз, и перехитрить его опять почти никто не может.
Вот такова «объективная реальность, данная нам в ощущениях». Так мы учились экономической диалектике.
Огромные усилия нужны, чтобы переместиться с одной ступеньки эскалатора на другую – а КПД этой активности не так уж велик. «Твоя ступенька» почти наверняка тебя догонит, как бы ты ни поднялся или ни опустился по лестнице, стараясь обогнать общий тренд.
Нефтерыночная экономика, как ни странно покажется апологетам рынка, в определенном смысле учит фатализму, отучает от активности: показывает тщету твоих усилий на фоне Невидимой Руки, определяющей движения экономического эскалатора. Например, на этом кризисе больше всех выиграл Михаил Прохоров – потому что проиграл схватку за Норникель, его вытолкнули из бизнеса. Очень вовремя вытолкнули – прямо с «Титаника», да в шлюпку. А больше всех проиграл самый бешено активный – Дерипаска, Наполеон нашего делового мира, размахавшийся строить Великую Империю и успевший довести свою многомиллиардную армию почти до финансового Бородино…
На этом кризисе больше всех выиграл Михаил Прохоров – потому что проиграл схватку за Норникель (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД) |
Не пытаться самому поднять волну, не пытаться плыть поперек волны, а угадать движение и идти с ним – вот в чем премудрость экономического поведения. «Всему свое время, и время всякой вещи под небом. …Время разбрасывать камни и время собирать камни». И не переспоришь время.
Рыночный фатализм (красивый псевдоним веры в халяву) определил и стратегию русского бизнеса.
Главным в 2000-е было не строить новые предприятия, прокладывать новые нефтегазопроводы, расширять добычу и т. д. и т. п. Нет! Чем накачивать производственные мышцы, проще капитализировать финансовый жир. Соревнование между крупными бизнесменами шло не в области собственно производства, а в области «накачки пузырей» – в области той самой капитализации.
«По линии производства», понятно, что-то делалось, что-то модернизировалось и т. д., но психологически самая главная и сладкая задача была – провести IPO, разместить свои ценные бумаги на бирже в Лондоне. От этого одного «твоя капитализация» вырастала скачком – куда больше, чем от лет потных усилий. Так какой, простите, дурак будет пахать, если можно сразу сорвать банк?
Этим и занимались со все нарастающим азартом всю вторую половину 2000-х годов. Так действовали компании. На такие действия подталкивало государство (звонкие нанодекларации не в счет). Такой стала и психология общества.
До новых IPO
Я это вовсе не в осуждение – что за пошлое лицемерие осуждать природу вещей, природу человека… Ну, переделайте человека! Ах, не можете? Ну тогда, раз ничего не можете, тогда – валяйте, осуждайте…
Проблема России не в «сырьевой ренте» как односторонней экономике. Проблема в другом: ясное осознание всемогущества Невидимой Руки накладывалось на нашу традиционную обломовщину, в результате возник практический «либерализм по-русски» – психология «крутых рантье».
Биржевая игра – штука для нас, с одной стороны, новая, а с другой – будто специально для нас придумана. В сущности, эти бесконечно-азартные IPO оказались чем-то вроде «биржевой рулетки», которая годами приносила из воздуха бешеные деньги!
Великий русский националист (он же на полставки великий русофоб) Достоевский: «А по моему мнению, рулетка только и создана для русских … Мы очень падки на такие способы, как, например, рулетки, где можно разбогатеть вдруг, в два часа, не трудясь».
Биржевая игра – штука для нас, с одной стороны, новая, а с другой – будто специально для нас придумана (фото: sxc.hu) |
Этому «способу» Достоевский противопоставлял немецкое занудство, всю эту «протестантскую этику и дух капитализма»: «в катехизис добродетелей и достоинств цивилизованного западного человека вошла исторически и чуть ли не в виде главного пункта способность приобретения капиталов».
Правда, Достоевский тут же отряхнул фрицам пыль с ушей: «Помилуйте… неизвестно еще, что гаже: русское ли безобразие или немецкий способ накопления честным трудом?».
Но то было в XIX веке, с его «протестантской этикой»… Кризисы бывали и тогда (и потяжелее, чем сейчас!), но тогда была мотивация для «серьезного», производственного труда. Сейчас же все это на Западе сильно изменилось – и они тоже не дураки, чтоб вечно пахать да уныло копить… «Солдат спит – коммунизм идет». Западные люди вполне массово уже оценили прелесть «игрового капитализма». «В поте лица добывай хлеб свой» – держи карман! Лучше взгляните на птиц небесных – они не сеют, не жнут, не собирают в житницы, но рост цен на недвижимость, акции, рост незаработанных «зряплат» питают их. Биржа давно уже не роскошь, а средство передвижения капиталов для миллионов, десятков миллионов людей во всем мире. На Западе, кстати, «накопление биржевого воздуха» куда более массовое занятие, чем у нас. В России прямо с акциями как-то связаны десятки, ну сотни тысяч людей – не более. Спекуляции недвижимостью как источник обогащения – тоже игры для узкого круга. Но именно этот круг – денежная элита – задает образцы экономического (и не только) поведения для всего общества.
Подавляющее большинство нашего населения не имеют акций, не спекулируют недвижимостью и т. д., но или стремятся к этому, или просто хотят мирно стричь свою порцию ренты (чиновник, «офисный планктон»). Во всяком случае, желания создавать свой бизнес, пахать, как папа Карло, рисковать и т. д. – того, что было повсеместным 15–20 лет назад, – сейчас нет. Энергия социального действия как массовое явление ушла, конвертировалась в «пузырчатую энергию».
Экономически, а тем более психологически, весь наш капитализм через один переход есть капитализм биржевых спекуляций – спекуляций на рынке нефти, недвижимости, на биржевом рынке. Пускание пузырей – экономических, идеологических, геополитических – быстро стало нашей «национальной идеей». А «накопление капитализации», надувание биржевых щек – основной экономической идеей.
Достаточно сказать, что по итогам 2007 года отношение капитализации национального рынка акций к объему ВВП в России составляло 116%. А в таких старых биржевых странах, как Германия, – 64%, в Италии – 51%. Наш рынок был очень перекуплен, только азарт игроков гнал его еще и еще вверх. Что же удивительного, что, как только булавка кризиса коснулась нашего биржевого пузыря, он оглушительно рухнул, рынок сдулся в конце 2008 года почти в пять (!) раз: с 2402 до 498 пунктов!
Но психология наша не изменилась.
Игра амбиций в экономике идет по-прежнему в области «чистой капитализации», а национальные амбиции удовлетворяются на футболе.
От пузыря пузырь родится
Кривая опять поперла вверх!
С начала года цены на нефть вздулись с 40 долларов до почти 70!
Да что там «с начала года»… С момента составления этого рейтинга индекс РТС взлетел в добрых полтора раза, с 740 до 1200 пунктов. А ведь это не абстракция какая – это цена акций, капитализация компаний. В марте вложил доллар, а в июне имеешь полтора!
И все это – на фоне растущего падения реального производства, сокращения ВВП на 9,5% в первом квартале, неадекватного укрепления рубля. Да и рост цен на нефть не связан с реальной потребностью – это, как утверждают большинство экспертов, просто очередные спекулятивные волны.
Так что консенсусное мнение такое: не путайте «подъем экономики» с «усилением биржевого тремора».
«А нам все равно, а нам все равно/ …/ Дело есть у нас – в самый страшный час мы волшебную косим трын-траву».
Наловчились мы по этому делу, верно…
Ни черта нас кризис не «научил» и не «изменил». Повторяю: фатализм + обломовщина – крепкая штучка… Не в год родилось. Поэтому мой прогноз такой: мы крепко подсели на игры в капитализацию. С нашей генетикой, пожалуй, еще крепче, чем остальной мир.
Так что будем ждать новых биржевых данных: «мы хотим всем рекордам наши звонкие дать имена!».
А рекорды – это ведь и рекорды «вверх», и рекорды «вниз». Но, как известно, «пораженья от победы ты сам не должен отличать». Правильно, чего заморачиваться – пусть твои кредиторы отличают…
Прыг-скок с пузыря на пузырек – поступательная дорога нашей экономики. «От пузыря до пузыря – без инсульта и паралича».
Но вот вопрос: это наш особый путь – или «столбовая дорога Цивилизации»? Есть ли вообще альтернатива экономике пузырей? А если нет, то чем отличается наш национальный пузырь, кроме цветов флага?