В современной политической публицистике часто обсуждается вопрос о том, как у нас плохо с правым флангом политического поля. Правых мало, они какие-то не сильно правые, у них нет единого центра... И всё это верно.
Однако надо заметить, что на левом фланге всё обстоит не лучше. Что, вообще-то, парадоксально. В отличие от правой и либеральной риторики, левые идеи и лозунги имеют самое широкое хождение.
Ни один российский политик не обходится без рассуждений о социальной защите, справедливости, государственной помощи бюджетникам. Ни одна партия не может пренебречь голосами левого электората и обойтись без чего-нибудь социального и патерналистского.
Тем не менее собственно левые силы остаются на периферии политического процесса. Они довольствуются в лучшем случае ролью меньшинства истеблишмента (как КПРФ и «Справедливая Россия»), а в худшем – пребывают на дальних задворках, показываясь на свет Божий только во время уличных акций (в последние годы весьма редких).
Пока левачество размазано по всему политическому полю, оно остается пикантной приправой к предлагаемому ассортименту основных блюд
Почему так обстоят дела? И насколько это хорошо или плохо для отечественной политики?
Прежде чем попробовать ответить на оба вопроса, должен сделать важную оговорку. Левая идеология, на взгляд автора, независимо от ее оттенка, заведомо порочна. Стремление к равенству и социальной справедливости – одно из самых опасных заблуждений в человеческой истории.
При этом для нормального политического развития современного общества наличие левой составляющей необходимо. Поскольку левые настроения в обществе неизбежно присутствуют (иждивенчество свойственно значительной части рода человеческого), то кто-то должен их артикулировать.
Тут важно, чтобы носители левых идей не приобретали слишком большого влияния и не становились руководящей и направляющей силой. Особенно для такой страны, как Россия, перенесшая в ХХ веке самый масштабный в мировой истории социалистический эксперимент.
Так вот, одно из последствий этого эксперимента – укорененность в общественном сознании множества левых стереотипов. Поэтому для распространения левых идей у нас имеется весьма благоприятная среда.
В «народных массах» всё еще живо стремление иметь в лице государства заботливого «папу». Правда, нынешнему государству массы не верят.
Само государство не прочь таким «папой» быть. Только инструментов у него для этого мало, да и желание покровительствовать ослаблено «дикими 90-ми».
Подумать о «народе» всё время порывается частный бизнес. Впрочем, в основном не за свой счет, а путем перераспределения «национального богатства». Пресловутой природной ренты, например.
Ну и, конечно, «народ» вовсю любит интеллигенция. В любом столкновении «трудящихся» с работодателями или с государством интеллигенция принимает сторону протестантов. Натура у нее, интеллигенции, такая... Хотя взаимностью со сторону народа она не пользуется. Уж очень «простым людям» не понравился опыт интеллигентского правления в начале 90-х...
То есть левизна буквально разлита в воздухе – но нигде не сконцентрирована. Почти все у нас хоть немножко, да левые – но практически никто не исполнен социализма настолько, чтобы быть его полноценным проводником.
Пусть здравствует товарищ Зюганов со своей номенклатурой (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД) |
В результате мощная левая партия в России так и не может возникнуть. Тем более что на пути к ее созданию стоит КПРФ – большая, неповоротливая и незаменимая. Никакая левая сила в России не может встать на ноги, не апеллируя к советскому наследию. А у КПРФ на всё советское монополия...
Поэтому все попытки вытеснить Компартию в маргиналию, заменив ее чем-то более динамичным и современным, неизменно терпят фиаско. Сейчас мы наблюдаем очередной провал некоммунистического левого проекта: загнивание «Справедливой России»...
Наверное, эсеров еще попробуют встряхнуть. Быть может, поменяют несолидного Сергея Миронова на кого-нибудь повыразительнее. Или, скажем, соединят эсеров с «Яблоком» (с выдвижением Григория Явлинского на первые роли – не зря же его достали из нафталина). Или еще что-нибудь придумают...
Но в результативность таких попыток верится слабо. Скорее всего, они приведут к еще большей фрагментации левых сил – из которых самой весомой всё равно останется КПРФ.
Притом надежд на то, что Компартию удастся каким-то образом модернизировать, тоже лучше не питать. Такие попытки предпринимаются регулярно с 1993 года. И заканчиваются одним и тем же: из партии вышибают очередную группу раскольников (Селезнева, Семигина, Горячеву, «неотроцкистов» и т.п.), и всё возвращается на круги своя...
Таким образом и получается забавный расклад: все политики у нас хоть немного, да левые, но серьезной левой силы нет. Нормально ли это?
Если исходить из опыта «старых демократий», то нет. Получается, что некому «защищать права трудящихся», то бишь артикулировать иждивенческие настроения. И значит, мнение значительной части общества не учитывается...
Однако в действительности всё не так. Как раз если чье мнение и учитывается наиболее последовательно российской политической элитой, так это мнение левого избирателя. Причем речь идет обо всех участках политического спектра – от КПРФ до СПС, от «Яблока» до ЛДПР и от «несогласных» до «Единой России».
И если представить, что в нашей политической конструкции появляется реальная левая партия, способная конкурировать и побеждать, то преобладание левой идеологии – и политики – становится абсолютным. А значит, о продолжении модернизации можно забыть...
Пока же левачество размазано по всему политическому полю, оно остается пикантной приправой (не слишком вкусной, как по мне) к предлагаемому ассортименту основных блюд – консервативных, либеральных и националистических. Что и позволяет проводить в левой стране правую политику.
Так что пускай милые бранятся: коммунисты с социалистами, троцкисты со сталинистами, эсеры с меньшевиками, народники с нацболами и т.д., и т.п. И пусть здравствует товарищ Зюганов со своей номенклатурой. А профсоюзы пусть остаются сборищем бюрократов. Пока всё остается так, у России остается шанс продолжить движение по «белому» пути.
...Первомай прошел. Красные знамена и транспаранты можно зачехлить до следующего пролетарского шабаша. Впереди – инаугурация нового президента, День Победы, формирование нового правительства: нормальная жизнь нормальной страны. Которая перестает быть левой.