Зажмуриться. Вот что первым делом нам захотелось сделать в Швейцарии. Слишком уж все было ярким: небо, синеющие озера, горы с белоснежными вершинами, лебеди шуруют туда-сюда. Хоть весь день проведи в поезде или автобусе – в окне всегда идеальная открытка. Да еще и голубоглазый кондуктор стоит рядышком, улыбается.
«Ой ты моя зайка», – по-русски сказала Катерина, протягивая ему билет. Потом она обернулась к нам и пригласила разделить свою радость: «Красивые в этой стране парни, правда?» Я блаженно улыбалась. А Юля напомнила: «Кать, мы, кажется, договорились мужчин вообще семь дней не вспоминать. Это же эксперимент – неделя отдыха в чисто женской компании. Мы должны получить удовольствие, насладиться своей самодостаточностью».
Но насладиться своей женской самодостаточностью в первый день не получилось. Хотя гида мы выбрали одного пола с нами – девушку Татьяну, она упорно возвращала наши думы к мужчинам. «Нравится? – спрашивала Татьяна и грациозно обводила окрестности рукой, словно какая-то балерина. – Это называется счастье. Рай для влюбленных. Особенно для русских влюбленных, которые приезжали в Швейцарию отдохнуть от родной свинцовой погоды. Вы знаете, что у нас проводили медовый месяц Вэ-И Ленин и Эн-Ка Крупская?»
Мы, конечно, вежливо кивали – все три женщины из России. Но было что-то странное в том, что нам, одиноким дамам, показывали всякие буржуйские романтические места и рассказывали о любви. «У Врубеля тут медовый месяц был, – гид, похоже, решила нас добить. – И у Рахманинова».
Напряжение возросло, когда мы вселились в пятизвездочный отель «Palace Luzern» на берегу Фирвальдштетского озера. «Я отличные номера забронировала, – сказала Катерина. – Какие-то вроде особенные, я не очень поняла, что мне объясняли по телефону, но уверяю вас, девочки, все будет на высшем уровне». И ведь не солгала. Хороший оказался отель – тут тебе и террасы, и двуспальные кровати, и клубника, и ванны с ароматическими маслами, и парусник за окном. Но рядом не было никого, с кем можно было бы разделить эту радость. Мы уже начали сомневаться, что это была хорошая идея – отдохнуть без мужчин. А уж когда каждой из нас принесли в номер шампанское и почему-то два бокала, захотелось найти управляющего, взять его за пуговицу и спросить по-русски: «Издеваешься?»
«Нравится? – спрашивала Татьяна и грациозно обводила окрестности рукой, словно какая-то балерина (фото: ladpluss.lv) |
А этот их знаменитый шоколад! «Девочки, надо же как-то себя контролировать, – сказала после обильного десерта Катерина. – Все, больше я не завтракаю». Татьяна-гид тут же бесстрастным голосом сообщила: «Шоколад является одним из самых мощных афродизиаков».
Но мы не сдавались. Мы направили всю энергию на прием пищи. Утром Катерина встала раньше всех, чтобы продегустировать сыры – мы застали ее на месте преступления с пятью кусками Gruyere на тарелке. «А что? – оправдывалась подруга. – Хороший сыр ни в чем не уступает сексу. Думаю, что Эн-Ка Крупская в свое время тут на него очень налегала, пока Владимир Ильич занимался революционными делами».
Затем настала очередь спа. И это было еще более невыносимо. В маленьком городке Веггис, после того как симпатичные юноши закончили массаж, выполоскали нас в бассейне с лепестками роз, намазали каким-то брильянтово-звездно-волшебным экстрактом и сообщили: «Вы прекрасны!» – у нашей женской группы возник только один вопрос: «Куды бечь?»
Искушение для женщины – вот что такое Швейцария. Слишком романтично, слишком красиво, слишком вкусно, свадебно. Перебор во всем. И мы, вечно что-то недополучающие, вечно чем-то жертвующие россиянки из индустриальных районов, не могли насытиться удовольствиями, не желали контролировать себя.
Мы яростно аплодировали оперному певцу, который пел нам о любви со сцены. Мы дружно взбирались на гору Пилатес, чтобы увидеть двух оленей: «И тут парочки!» Мы беседовали с музой Пикассо – Анжелой Розенгарт, которая позировала нам на фоне собственных портретов пятидесятилетней давности, ничуть не изменившаяся. «Главное для женщины – быть всегда влюбленной», – говорила Анжела и хитро поглядывала на нас.
Мы круглосуточно жевали швейцарские шоколадки. Но главное – бесконечно перешептывались, наплевав на собственные правила: «Ты посмотри, какие тут красивые мужчины. Какие зубы у них – ох! Руки – ах! Улыбка – мама дорогая!» Наши планы рушились. Мы не могли не думать о мужчинах. Нам хотелось кружиться в вихре чувств, у нас ведь, елки-палки, была клубника в номерах. И к исходу третьего дня мы, в принципе, уже не имели даже ничего против храпа.
А швейцарские влюбленные и вовсе ранили нас в самое сердце. Они ведь всегда и везде ходят, взявшись за руки. Юные, пожилые – все. Держатся друг за дружку и приветливо кивают, встретившись с тобой взглядом. А мы только и могли что по очереди вставать на нос речного трамвайчика, чтобы на минутку раскинуть руки, как в фильме «Титаник». Только без Ди Каприо рядом, даже самого завалящего.
«Швейцарская Конфедерация с декабря официально вступает в Шенгенское пространство, – на четвертый день сообщила нам Татьяна. – Это заметно увеличит турпотоки из стран Европы. Да и из стран, не входящих в Шенген, особенно из России. Ведь немало россиян имеют многократные шенгенские визы, что позволит им беспрепятственно и неоднократно посещать Швейцарию». Какая ценная информация. Юля достала фотоаппарат и поинтересовалась: «А не могли бы вы перевести вон ту надпись на старинной аптеке?» Татьяна надела очки: «От любви нет травы».
Вечером мы дружно звонили в Россию. «Котик, я хочу, чтобы ты был здесь, – орала Юлька на весь отель. – У меня два бокала. Я сижу в ванне, как утка, и пью шампанское. Одна!»
В самолете, на обратном пути, мы подвели итоги. «Два лишних кэгэ, – сказала Катя. – И факт, что без мужчин жить невозможно... Ну не очень комфортно, скажем так. Особенно в Швейцарии. Особенно – в номерах для новобрачных».