Да как пустимся во все тяжкие— и обязательно угодим со всем этим в телеящик. В последнее время, во многом благодаря ТВ, наше общество можно назвать обществом агрессивного бесстыдства — и даже обществом бравады бесстыдством.
Я не про высокий уровень преступности.
Я про то, что не подлежит юридическим оценкам: про бум интимных откровений. Этот бум показывает лишь одно — у нас опять не понимают, что такое разврат.
По ДТВ регулярно показывают, как совершается мошенничество где-нибудь на автостоянке либо в ювелирном магазине. Мне, как законопослушному человеку, не имеющему автотранспорта и драгоценностей, эти милые забавы ужасно нравятся. Посмотрю, разгружусь психологически и пойду дальше своей честной дорогой. И почему-то совсем не смущает меня то, что кто-то может взять все увиденное на вооружение. А ведь человеку с определенными склонностями легко усвоить нехитрые, далекие от «мокрухи», а потому невинные уловки. И ТВ этот соблазн провоцирует.
Душевный эксгибиционизм не подлежит наказанию – телевидение и радо на нем наживаться
И тем не менее, никакого праведного гнева по этому поводу в моей душе нет.
Если человек не идет грабить ювелирный магазин только потому, что никогда не видел, как это делается, — не надо думать, что он высоконравственный гражданин. Он просто примитивный и необразованный.
Обвинять телевидение в способствовании росту преступности — это социальный разврат и боязнь всей полноты ответственности.
Нет во мне праведного гнева и тогда, когда с апломбом осуждают «насилие на экране». Тот, кто совсем уж не любит хороших боевиков — подозрительный человек. То ли ханжа, то ли страдает душевной неполноценностью. Поскольку потребность в насилии — нормальный элемент человеческой психики, подавляемый в условиях цивилизации, а потому принимающий разнообразные эстетические формы и находящий в них спасительный выход. Запретите все образы насилия по ТВ — и, пари держу, преступность подскочит еще выше.
Совсем другое дело — полное отсутствие эстетической формы, полный эстетический раздрай на телеэкране вкупе с откровенничанием на всякие грязные, скользкие, нелицеприятные и сомнительные темы, но такие, которые не переводят человека из разряда законопослушных граждан в разряд уголовников. Когда нам показывают ситуации, вроде как законом не осуждаемые.
Душевный эксгибиционизм не подлежит наказанию — телевидение и радио на нем наживаются.
Сейчас актуально и модно обнародование интимных проблем, частных конфликтов, приватных драм и кошмаров для всеобщего обсуждения и оценки в телестудии. Это и вызывает у меня гнев, отвращение и стойкое желание сформулировать суть воздействия телеоткровений на социальную атмосферу.
Сидит девочка лет двенадцати в студии у Александра Малахова рядом с каким-то мальчиком чуть постарше, а вокруг вопят и поливают друг друга грязью их родственники, соседи, знакомые. Приглашенные в передачу «Пусть говорят!» орут не своими голосами. Донцова пытается их перекричать, чтобы сказать свое веское слово.
В чем дело? Оказывается, девочка и мальчик некоторое время назад завели ребенка, так уж получилось. Девочке тогда было десять лет. Разгорелся скандал в связи со слишком ранним материнством. Скандал попал в масс-медиа, и с тех пор нет-нет, да и вспыхнет по новой.
Девочка нервничает, плачет, кричит и тоже призывает непонятно кого, непонятно чем помочь. И клянется, что они после всего этого с мальчиком не живут вместе, а он только приходит навещать ребенка. В то же время злые языки обвиняют — живут, живут, живут вместе. И некая очень красивая взрослая журналистка произносит в кутерьме фразы о том, что мальчик «не должен продолжать развращать...»
Бредовость данной ситуации очевидна, начиная со слова «развращать». Это похоже на советское словечко, которым метили человека, слишком активно проявляющего интерес к противоположному полу, — «сексуально озабоченный». Потом забыли это идиотское выражение. Поменялась система приоритетов, и наоборот стали всюду доказывать, что лучше повышенная и даже агрессивная сексуальность, чем сексуальная апатия или умеренность.
Но беда нашего общества в том, что оно не умеет быть честным до конца. Прославляете сексуальную свободу, рекламируете все варианты наслаждений, средства для усиления личной сексуальной привлекательности и продления молодости — так признайте же право личности следовать своему физиологическому ритму. Кто-то обретает самоощущение женщины или мужчины к двадцати годам, кто-то — и того позже. А кто-то — гораздо раньше, например в десять лет. Разве это так уж плохо, если жизнь отвечает потребностям и возможностям физиологии, тесно связанной с душой? А может, кому-то завидно?
Неужели, родив ребенка, девочка должна сделать вид, что она слыхом не слыхивала о сексе и жить жизнью тихой школьницы, пока где-то в загадочном взрослом мире не дадут отмашку — снова можно быть собой?..
Приглашенные в «Пусть говорят!» орут не своими голосами |
И телевидение идет на поводу у этого ханжеского завывания. И Малахов, который уж никак не похож на домостроевца, ничего не может ничего этому противопоставить, потому что он отвечает только за шоу. А шоу есть — раз все орут, обвиняют друг друга и рыдают, приговаривая, что с юными родителями работают психологи.
На то, что оседает в мозгах у зрителей и участников этого представления, всем глубоко наплевать. А оседает то, что показывают «нравственную катастрофу», в которой каждый может всласть покопаться.
На самом же деле показывают людей, попавших в социальную катастрофу, поскольку люди, родившие ребенка, не имея финансовой самостоятельности, обречены на зависимость от слишком многих лиц.
Тут впору делать социальную передачу о том, как социальным структурам способствовать процессу воспитания ребенка в данных условиях, о том, как помогать матери или обоим родителям становиться на ноги, как к сексуальной зрелости добавить социальную состоятельность. Ну или хотя бы вовремя учить пользоваться контрацептивами.
Никто ни о чем таком даже не заикается — это не интересно. Нужны скандалы, а не конструктивный разговор.
Телевидение идет на поводу ханжеской морали нашего социума, потворствует ей, а попутно приглашает народ признать, что у всех есть право вмешиваться в чужие интимные проблемы, но при этом закрывать глаза на чужие социальные трудности. Иными словами — у всех есть право глазеть и судить, и ни у кого нет реального желания и стремления помогать. Да, тяжело наследие российской общинности...
Это был крайний случай. А «некрайних» полно в ежедневном эфире. Взять хотя бы «Дом-2», где все только и делают, что обсуждают друг друга перед камерой, или «Клуб бывших жен», где в процессе разузнавания обстоятельств любовного разрыва устраивают очную ставку экс-возлюбленным. И те критикуют друг друга, как могут, каждый в меру своей безжалостности. «Я же в самом начале наших отношений говорил, что неплохо бы тебе обратить внимание на свою внешность, походить в фитнес-клуб», — припоминает молодой человек, сам не отличающийся особой внешней привлекательностью. Девушка что-то возражает или не возражает — неважно.
Ведущая ток-шоу «Решите за меня» Марина Канцлер |
Важно, что все считают, что заданные правила игры не унижают их человеческое достоинство.
Важно, что разговоры, не предназначенные для посторонних, теперь становятся на телевидении основным наполнением эфира. Все соглашаются с тем, что это в порядке вещей — публичное обсуждение глубоко интимных моментов чьей-то биографии. Опять же для того, чтобы потом бывалые, матерые, знающие жизнь получше новичков-потерпевших, посоветовали бы что-то правильное и спасительное.
А ведь сколько у нас было анекдотов про «общество советов» еще недавно...
Нет, мы не в состоянии измениться.
Народу заново прививают чувство беспомощности и безответственности.
Снова у нас нет тактичного, бережного отношения теперь уже к собственной личной жизни, личной судьбе. К слову сказать, секс в школьном возрасте стал в нашем обществе если не нормой, то довольно распространенным делом. И у меня есть знакомая семья, в которой девочка родила ребенка, учась в школе, а потом уже вышла замуж. И это абсолютно нормальная семья, с нормальным социальным статусом. Как-то они разобрались сами со своими проблемами.
Личные проблемы готовы доверять любым встречным-поперечным «экспертам на час», выставлять на телеэкраны, чтобы они стали частью общественного фона. Тоска по общему социальному делу дает о себе знать. Только на ТВ никого не надо гнать силком, как на субботник или демонстрацию, — сами придут и сами все отдадут.
С любимыми - не разбирайтесь!
С любимыми – бегите в телестудию!
Там будут вас мирить иль разводить
Все те, кто в этом компетентен.
А компетентен почему? А потому,
Что гонорар считать приучен — типа, профи...
И вот вам пожалуйста: по «ТВ Центр» появляется новая программа с показательным названием «Решите за меня» (среда, 22.50). В первом выпуске девушка, некогда страдавшая алкоголизмом, спрашивала совета, рассказывать или нет своему молодому человеку о своей бывшей проблеме. И аудитория за столиками, в клубной атмосфере, долго и от всей души обсасывала тему. А потом каждый клал свой «совет» на чашу весов, чтобы выяснить простым математическим подсчетом, что же делать девушке — сообщать или не сообщать.
Это, конечно, всего лишь способы убить время. Но в результате подобных ток-шоу складываются психологические и поведенческие стереотипы. Вот основные из них.
Стереотип № 1: Личные проблемы существуют для того, чтобы их решать «сообча».
Стереотип № 2: Наличие и опубликование интимной проблемы — путь к известности, тире — успеху.
Стереотип № 3: Если интимной проблемы нет, следует ее сфабриковать, хотя бы ради личного промоушна (эфир «Пусть говорят!» о людях, провозглашающих себя родственниками знаменитостей, яркое тому подтверждение.)
Стереотип № 4: Каждый способен стать экспертом в каком-нибудь вопросе, если его экспертом объявить, потому что это не профессия, а роль. Сегодня ты эксперт в сексологии, завтра — в политике, послезавтра — в экономике.
Стереотип № 5: Откровенность, особенно шокирующая, — это и есть высшее проявление честности, тире — правды. (Смотрите новое откровение «Дас ист фантастиш с доктором Князькиным» по НТВ)
Вот это я и называю социально-медийным развратом, которому наше ТВ приглашает предаваться аудиторию — и аудитория к этому оказывается готова.
Наверное это закономерно после эпохи табу на интимность, после советской закрытости частной жизни знаменитостей и пребывания приватных проблем в ведении идеологии. Современное ТВ охотно подхватывает упущенную государством и идеологией эстафету — и под негласным лозунгом «Все на продажу!» превращает частную жизнь в шоу.