Между выборами депутатов Государственной думы и президентскими выборами непримиримая оппозиция сформулировала и поведала городу и миру свои главные претензии к окружающей действительности. Претензий оказалось ровно две: во-первых, не пускают на телевидение, а во-вторых, российский избиратель слишком плох, чтобы голосовать за оппозицию. Вместо того чтобы вместе с ней сокрушаться о попранных ценностях демократии, он, избиратель, смеет думать о собственном кошельке.
Вот известнейший публицист, одно из лиц «Эха Москвы» Матвей Ганапольский пишет в «Ежедневном журнале»: «Доренко пошутил, что на парламентских выборах (плебисците) общество выбрало не «Единую Россию» (Путина), а «Форд-Фокус» (иномарку российской сборки, на которую можно накопить деньги)».
Тем более что, если честно, никакого внятного образа этого самого «светлого завтра» у оппозиции тоже нет
Совершенно непонятно, почему отличная фраза Доренко должна восприниматься как шутка. Никаких шуток – при голосовании в декабре граждане выбрали синицу в руках, очевидный рост уровня жизни, а также столь же очевидные перспективы продолжения этого роста. При этом, да, граждане связывают этот рост с фигурой своего президента и с его политикой. В том числе и потому, что рост уровня жизни, точнее, доходов населения сильно опережает рост производительности труда. Иначе говоря, уровень жизни большинства (именно большинства, а не верхних 5%, как часто думают) растет «на халяву». Они не работают лучше, чем раньше, а «Форд-Фокус», тем не менее, все доступнее... Было бы очень странно, если бы граждане голосовали против роста своего благополучия.
Между тем голосовать за противников нынешнего режима означает именно это – голосовать против собственного кошелька. Все их надежды на изменения связаны с прекращением роста, с неблагоприятной для России ситуацией на мировых рынках и т.п. Нет на свете разумного человека, который голосует за «чем хуже, тем лучше», следовательно, нет массовой поддержки «несогласных».
Та часть оппозиции, которая не готова признать рост уровня жизни (заклинания русской нищетой по-прежнему очень популярны), обвиняет власть в недостаточном внимании к нуждам «простого народа». В этом есть смысл. Российский избиратель – тот, который реально появляется на избирательных участках, – действительно склонен относиться к политике, к власти сугубо потребительски. Упрощая ситуацию, можно сказать, что политика, претендующего на его голос, избиратель спрашивает: «Что ты готов для меня сделать?» А также: «Что ты делаешь для меня уже сегодня?» Конечно, это означает, что активный избиратель не готов разделить с политическим классом ответственность за страну. Но таков избиратель СЕГОДНЯ. Другого нет.
Проблема в том, что обвиненная оппозицией во всех смертных грехах партия «Единая Россия», партия власти, соответствует представлениям о правильной власти именно этого избирателя. Что, между прочим, означает необходимость серьезной черновой ежедневной работы. Общественные приемные «Единой России» помогают довольно значительному количеству самых бедных граждан, в том числе, например, фактически предоставляя бесплатные юридические услуги. Выбирая между правящей партией и оппозицией избиратель хотел бы, чтобы к нему относились так же, помогали ему уже сегодня, а не только звали в светлое завтра.
Тем более что, если честно, никакого внятного образа этого самого «светлого завтра» у оппозиции тоже нет. В том, что мы временами слышим, как-то уживаются свобода предпринимательства при сокращении государственного вмешательства в экономику и резкий рост социальных расходов государства. О том, что все сразу невозможно, что это две противоположные политики, задуматься в оппозиционном стане, вроде бы собравшем виднейших экономистов, некому. Впрочем, нужды нет: оппозиция предпочитает не предлагать решения, но обличать пороки «режима».
При голосовании в декабре граждане выбрали синицу в руках |
Казалось бы, положительная программа для условий экономического роста, отличная от программы нынешнего режима, теоретически возможна. Это могла бы быть, например, программа скорейшей диверсификации экономики, сокращения социальных выплат для того, чтобы сосредоточить инвестиции в точках роста (в противоположность политике увеличения бюджетных расходов сразу на всех фронтах), программа либерализации налогового законодательства, развития рынка аренды жилья, развития Сибири и Дальнего Востока, выравнивания уровня развития регионов Центральной России... Возможно, программа ужесточения миграционного законодательства, программа «всасывания» русского населения из сопредельных территорий. «Идеально правая» программа. «Несогласные» у нас ведь правые, не так ли?
Не так. На практике любой оппозиционер, посокрушавшись о давлении на бизнес, тут же принимается сокрушаться об обнищании населения. Обнищание ему мерещится, в условиях экономического роста об обнищании говорить странно. Значит, и массовая поддержка мерещится... Вся поддержка остается на нашей стороне поля.
Ну а пока это так, нет никаких причин силами государства обеспечивать присутствие оппозиции на телевидении. Потому что, вопреки мнению «несогласных», на ТВ попадают те, кто уже располагает мощной поддержкой избирателей, а вовсе не те, кто на такую поддержку лишь хотел бы претендовать. Вначале большой вес в обществе и лишь затем медиа – иначе просто не бывает.
Вот в эти дни в США, стране, которую «несогласные» часто приводят России в пример, происходят важнейшие события президентской предвыборной кампании – в каждой партии должен остаться только один кандидат. Каждый из претендентов появляется перед избирателями и мощно присутствует в СМИ. Каждый – из числа лидеров двух партий. Между тем в Штатах полно городских сумасшедших, кричащих на улицах «Я баллотируюсь в президенты!». Знаете что? Никто не спешит предоставлять им эфир CNN.