Журналисты «Эха Москвы» наматывали третий круг по Триумфальной площади, чтобы насчитать все же заявленные 4 тысячи участников, потому как после первого круга больше полутора тысяч никак не получалось.
А главное, он говорил о том, насколько же его утомили либеральные мероприятия, которые проводятся чаще всего в выходные
Марина Литвинович созванивалась с Курганом и Псковом, где сторонники Каспарова (вероятно, набранные из клубов шахматистов) выводили на площади «толпы» в десять и пятнадцать человек соответственно. Сергей Удальцов готовился к рутинному визиту в милицию, поскольку реноме требует…
В общем, вопреки обещанному в официальном релизе ОГФ «будет весело и страшно», все было уныло и скучно.
Оказалось, что властям достаточно один раз сурово прищуриться в адрес либеро-анархистов, собравшихся под знаменами «Другой России» и Объединенного гражданского фронта, как их «сторонники» сразу же побежали в разные стороны. Собрать не проплаченную массовку маргинальным оппозиционерам оказалось не под силу. Более того, обладая немаленькими финансовыми ресурсами, Каспаров, Касьянов и Лимонов даже за деньги не смогли собрать заявленного числа желающих прибыть и постоять со знаменами Каспарова и лозунгами «против режима».
Кстати сказать, организаторам не удалось мобилизовать даже стандартную либеральную тусовку, которая не согласилась в своей массе маршировать с «несогласными». Не согласилась, думается, по идейным соображениям. Ведь лозунги «несогласных» фактически отказывают «признанным» либералам в праве на существование, подвергая ревизии все то, чем гордятся бывшие в 1990-х «при власти».
Эти же лозунги были неприемлемы и для противников либералов – коммунистов, поскольку очень отчетливо сквозь них просматривалось желание вернуть во власть политику информационной дубинки, которая сильнее всего прошлась в свое время именно по коммунистам. Так, обещание отдать телевидение во власть «известным общественным деятелям и журналистам с безупречной репутацией» очень сильно напоминает попытку реставрации «уникального журналистского коллектива».
Вообще разбирать документы «Марша несогласных» – дело столь же малоинтересное, как пытаться вылепить из фигуры Касьянова гения и идеолога, способного привести Россию к процветанию. Порочной представляется сама идея о том, что, собрав в организации каждой твари по паре и сделав реверансы в сторону каждой более-менее серьезной политической силы, маргинальным анархо-либералам удастся собрать под свои знамена всех противников действующей власти. Впрочем, те, кто будут уверять в обратном, могут, в свою очередь, оказаться правы: попытка собрать под знамена Каспарова – Касьянова – Лимонова всех несогласных великолепно удалась, позволив оценить масштабы поддержки политического курса, проводимого властью. Полторы тысячи человек, которые затем для отчетности перед спонсорами виртуально выросли до 4 тысяч – вот и вся «несогласная» тусовка. И единственное, что во всем этом мероприятии бросалось в глаза, – неправдоподобно большое количество милиции на улицах. 1500 маргиналов, среди которых не менее половины составляла проплаченная массовка, были оберегаемы 8 тысячами милиционеров.
Еще столько же до марша «не дошли», будучи остановленными милиционерами. ОМОН на московских улицах представляли 7800 сотрудников |
На ум напрашивается параллель с прошедшим в ноябре «Русским маршем»: там тоже на улицы вышли полторы тысячи человек. Еще столько же до марша «не дошли», будучи остановленными милиционерами. ОМОН на московских улицах представляли 7800 сотрудников. Напомню, что тот марш тоже провалился. Потому, что выводить на «Русский марш» в 10-миллионной Москве пусть даже и при противодействии милиции всего лишь 3 тысячи человек – это означает расписываться в том, что русские абсолютно равнодушны к заявленным темам шествия. С «несогласными», как мы видели, та же история. За одним исключением…
Уже сейчас участники марша «несогласных» пытаются сделать хорошую мину при плохой игре, заявляют о том, что столь значительное число охраны – свидетельство того, что власть их боится. Но мне лично кажется, что если в случае с «Русским маршем» ОМОН действительно должен был обеспечивать порядок и не допускать проявлений агрессии со стороны митингующих, то в ситуации с «Маршем несогласных» милиция, напротив, занималась тем, что оберегала митингующих от проходящих мимо. Потому что уж больно велика нелюбовь к Каспаровым и Касьяновым в народе.
Я вчера вечером общался с милиционером, который регулярно ходит в оцепления на митинги. Он рассказывал, как часто им приходится ловить хулиганов, пытающихся облить митингующих либералов краской, забросать картошкой, помидорами и другими продуктами не первой свежести. Он говорил, что работа по защите митингующих либералов довольно сложная: зажженный в толпе файер может привести к реальным человеческим жертвам, а потасовка - перерасти в серьезное столкновение. А главное, он говорил о том, насколько же его утомили либеральные мероприятия, которые проводятся чаще всего в выходные. Поскольку усиленный режим несения службы – это не сахар, а стоять в оцеплении вместо законного выходного – не подарок.
Я слушал этого милиционера и думал о том, что за все время, начиная с «Русского марша» и заканчивая невнятным и бессмысленным стоянием «несогласных», единственной силой, которая смогла продемонстрировать свою значимость и сплоченность, оказалась наша милиция. А журналистам «Эха Москвы» я в следующий раз советую считать митингующих вместе с охраняющими марш омоновцами. Так оно эффектней будет. Вместо того чтобы радостно расписывать экзерсисы двух с половиной калек, можно будет гордо рапортовать о десяти тысячах, принявших участие в мероприятии!