В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Евгения Каргина, в котором он рассуждает о том, какую функцию выполняет бизнес для общества и государства и так ли необходимо улучшать для него условия.

Тот факт, что паразит ведет себя предельно рационально, не является аргументом против бескомпромиссной борьбы с ним

Доминирующим мотивом многих выступлений высших должностных лиц России и околоправительственных экспертов по вопросам экономической политики уже долгие годы является создание благоприятных условий для бизнеса и улучшение инвестиционного климата.

В очередной раз эти тезисы были вынесены на повестку дня в связи с последним ухудшением ситуации в экономике страны. Удивительно, что эти разговоры приобрели аксиоматический и почти что догматический характер без малейших попыток рассуждения о том, что же, собственно говоря, такое «бизнес», почему он так необходим для нашей экономики и какие условия мы как общество должны ему создавать (и должны ли вообще).

Сама постановка подобных вопросов сегодня кажется многим абсурдной. Но многие ли могут дать на них ответ? А ведь без ответа именно на такие наиболее фундаментальные вопросы невозможна выработка сколь бы то ни было последовательной социально-экономической политики.

Бизнес – это деятельность по систематическому извлечению прибыли. Не больше и не меньше. Говоря о необходимости развития бизнеса мы как общество неявно подразумеваем, что в качестве побочного продукта извлечения прибыли будут производиться какие-то товары и услуги (причем качественные), создаваться рабочие места и расти народное богатство.

Однако, как мы узнали на собственном опыте, с точки зрения извлечения прибыли оказалось намного выгоднее, например, закрыть и распродать на металлолом большую часть машиностроительных предприятий бывшего СССР, а соответствующую продукцию закупать за рубежом на доходы от экспорта сырья, попутно выводя немалую их часть в офшоры. Значит тот, кто отождествляет развитие национальной экономики с развитием бизнеса без целого ряда принципиальных оговорок, либо не осознает этих «подводных камней», либо умышленно упрощает картину и скрывает ее важнейшие детали.

В этом же контексте рассуждал и Герман Греф, когда в конце 2014 года говорил, что спекуляции на понижение рубля – это «рациональное поведение и попытка заработать». И тем удивительнее было возмущение многих россиян этими словами: ведь то, о чем говорил Греф, – это естественная логика бизнеса, а нам просто давно пора избавиться от того романтического ореола, которым это слово окружено в массовом сознании с легкой руки профессиональных идеологов, участвовавших в организации реформ начала 1990-х годов.

Утверждение о том, что целью экономической политики должно являться создание благоприятных условий для бизнеса или улучшение инвестиционного климата, означает буквально следующее. Все общество (и государство как выразитель коллективных интересов общества) должно создавать эти самые условия и надеяться, что когда-нибудь владельцы частного капитала все-таки снизойдут до того, чтобы не вывозить его в офшоры, а вкладывать в российские предприятия. В особых случаях предполагается, что мы должны ждать и надеяться, что до вложений в наши предприятия снизойдут иностранные владельцы капитала.

Дело обстоит именно так: в рассматриваемой концепции субъектом принятия решений становится абсолютное меньшинство населения (владельцы капитала), а функции абсолютного большинства сводятся к созданию максимально благоприятных условий для этого меньшинства.

В российских реалиях эта картина и подавно приобретает характер гротеска: так называемые «ведущие бизнесмены России» в 1990-е годы мошенническим путем присвоили созданную коллективным трудом всего народа промышленность, а теперь выставляют условия, на которых они согласятся вкладывать в Россию доходы от эксплуатации остатков этой промышленности и от экспорта полезных ископаемых, являющихся общенациональным достоянием.

Интересно, что для стабильного развития экономики страны бизнес как таковой вовсе не является обязательным элементом. СССР в 1945–1985 годах демонстрировал устойчивый рост производства и инвестиций практически по всем отраслям реального сектора, обеспечивая при этом стабильное увеличение благосостояния населения.

Невероятно, но факт: эффективная, жизнеспособная и самодостаточная экономика, реализовавшая грандиозные проекты общемирового масштаба, такие как освоение космоса и атомной энергии, при постоянном увеличении народного богатства, была построена безо всякого бизнеса и в условиях отвратительного инвестиционного климата. Конечно, у советской экономики были и свои существенные недостатки, но вышеуказанный факт они не отменяют.

Удостоверившись, что бизнес – то есть деятельность по извлечению прибыли – не является обязательным элементом успешной экономики и что его интересы вполне могут вступать в противоречие с интересами общества, перейдем к вопросу о том, на каких принципах должна строиться политика в отношении бизнеса.

Во-первых, бизнес должен быть строго подчинен национальным интересам, о чем необходимо говорить при каждом упоминании про улучшение условий для его ведения.

Ряд наших политиков демонстрировали искреннее удивление тем, что западные правительства ввели санкции против России вопреки интересам собственного бизнеса. Это свидетельствует о серьезной деформации их мышления: ведь нормой является именно подчинение бизнеса интересам государства, а не наоборот. Правильной в данном случае является постановка вопроса о несоответствии действий западных правительств интересам народов, которые они представляют – но такой вопрос практически ни разу не был озвучен российскими официальными лицами.

Одним из центральных идеологических элементов экономической политики должно стать понимание того, что бизнес должен работать на общество, а не общество на бизнес. Если же частный капитал просит за выполнение той или иной функции слишком высокую цену, для общества совершенно нормальным и экономически обоснованным решением будет отказаться от его услуг и поручить выполнение этой функции от своего имени государству безо всякого бизнеса.

В рамках такого подхода становится очевидно, что бизнес, не связанный с выполнением общественно полезных функций (те же спекуляции), – это по сути паразитирование на обществе, и тот факт, что паразит ведет себя предельно рационально, не является аргументом против бескомпромиссной борьбы с ним.

Осознание этих аспектов неизбежно ведет к выводу, что плохие условия для бизнеса не могут быть причиной проблем в экономике, а улучшение инвестиционного климата не может быть их универсальным решением.

Причиной проблем в экономике может быть, например, дефицит инвестиций в основной капитал на фоне критического устаревания основных фондов промышленности. А дальше необходимо выяснить: может ли развитие бизнеса решить эту проблему, какие еще есть инструменты ее решения, и главное – использование какого из этих инструментов связано с наименьшими издержками для общества.

А еще очень полезно, услышав рассуждения про бизнес, заменять этот термин его определением. Согласитесь, фраза «Одной из важнейших проблем России являются плохие условия для систематического извлечения прибыли» звучит весьма неоднозначно и вызывает множество вопросов к тому, кто ее произносит.