В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет реплику журналиста Валерия Новикова о недавней истории и о том, какие книги и зачем нужно читать.

На днях осуществил давнюю мечту. По совету незабвенного Полиграфа Полиграфовича Шарикова почитал переписку Энгельса с Каутским. Не дурак был Шариков, знал, собака, что читать надобно, чтобы правильно в людях разбираться.

Русские его именем города на Волге называют, а он Россию и русских ненавидит и открыто в этом Каутскому признается

Ну, с Каутским-то все просто, ему исчерпывающую характеристику дал еще вождь мирового пролетариата Владимир Ульянов-Ленин, назвавший его «мошенником с ослиными ушами», который «воистину, точно во сне мочалку жует», и вообще, он «ренегат Каутский» (почему ослиными, я так и не понял, нормальные уши у ослов, на мой взгляд, ну, чуть великоваты, так и другие части тела тоже не маленькие в определенном состоянии).

Ренегат – слово-то какое хорошее, сразу отвращение вызывает. Рене гад и Андре гад...

Лейба Бронштейн, то бишь товарищ Троцкий, который, по ленинскому же мнению, был «проституткой» (!), тот поизящнее выразился и назвал его «вульгаризатором марксизма». То есть с этим все ясно, и мы исключаем Карла Каутского из членов нашего кружка навеки.

Другое дело – Энгельс, наш дорогой Фридрих, классик марксизма и главный его спонсор, как всякий нормальный миллионер. Вот этот тоже гнилушкой оказался. Русские его именем города на Волге называют, а он Россию и русских ненавидит и открыто в этом Каутскому признается: «Вы могли бы спросить меня, неужели я не питаю никакой симпатии к славянским народам? В самом деле – чертовски мало...» (Письмо к Каутскому, 1882 год).

Вот так, ни больше, ни меньше! А я-то, припоминаю, в далеком 1958 году на первомайской демонстрации тащил тяжеленный портрет этого Фридриха на длинной палке, и никак у меня не получалось пристроить его потихоньку за очередным забором или автоматом с газировкой. Мои потуги быстро разоблачила председатель совета пионерской дружины здоровенная восьмиклассница Лариска и сказала: «Ты, Новиков, мне этот портрет после демонстрации лично сдашь!»

Пришлось тащить и лично сдавать, а то бы из пионеров исключили... Жалко, что я тогда еще переписку этих двух не читал, а то бы и Лариска меня не остановила. Да и из пионеров меня еще в четвертом классе исключили за одну проделку. Исключили, а потом как-то забыли и стали пионерские поручения давать, как не исключенному.

Так вот про Фридриха. Он пишет: «Сильная, почти неприступная в обороне Россия была, соответственно, слаба в наступлении. Все попытки сделать Россию способной к наступательным действиям большого масштаба до сих пор терпели неудачу».

Хоть бы историю учил, классик! Знал бы тогда, как русские войска по Парижу в 1814 гуляли, в 1815-м спасли его от разграбления тевтонов и как под Лейпцигом в битве народов учили воевать всю Европу. Да и не дожил до другого многого...

Словом, и этого классика тоже, как советовал Филипп Филиппович Преображенский, в топку!

Хотя нет. Рукописи ведь все равно не горят. Вот и пусть остаются в библиотеках как ценнейший документ для изучения потомкам. Чтобы знали, каким богам молиться.

А вот как с бывшей Покровской слободой, нынешним городом Энгельсом-то быть? Ужели как есть оставим?