В воскресенье исполняется 20 лет самой знаменитой речи в карьере американского государственного деятеля Колина Пауэлла. Все, кто более-менее интересуется геополитикой, помнят этот кадр – 5 февраля 2003 года госсекретарь США выступает на специальном заседании Совета Безопасности ООН, держа в руке пробирку с белым порошком. Госсекретарь осыпает обвинениями Ирак – и всем уже было ясно, что речь служит прологом к вторжению армии США в эту суверенную страну.
Речь Пауэлла длилась очень долго, а колбочку оратор вынул из кармана на считанные секунды, однако этот жест впечатлил аудиторию сильнее, чем все его прочие аргументы. Пробирку госсекретарь достал на словах «чайная ложка». Позднее он не раз объяснял, что всего лишь хотел напомнить, что из себя представляет объем чайной ложки. А в пузырьке была совершенно безобидная субстанция.
Продвинутые зрители сразу задались вопросами, кто позволил дипломату пронести яд в зал заседаний, где находились сотни людей. Только самые внимательные отметили, что Пауэлл не утверждал, что в пузырьке находится какая-то смертоносная субстанция вроде спор сибирской язвы, о которой он как раз говорил в тот момент.
Госсекретарь сказал буквально следующее: «Потребовалось меньше, чем одна чайная ложка спор сибирской язвы в сухой форме в конверте, для того чтобы заставить закрыться Сенат Соединенных Штатов осенью 2001 года. Это заставило сотни людей подвергнуться чрезвычайному медицинскому лечению и привело к гибели двух почтовых работников – и все из-за содержимого того конверта спор, того количества, о котором я сказал» (цитата по сайту ООН).
Колбу госсекретарь достал на словах «чайная ложка». Позднее он не раз объяснял, что всего лишь хотел напомнить, что собой представляет объем чайной ложки. В пробирке была совершенно безобидная субстанция – «просто муляж», призванный показать, как может выглядеть настоящее химическое или бактериологическое оружие. Хотя с момента его речи прошло уже два десятилетия, в массовом сознании всё равно осталось впечатление, что Пауэлл на заседании продемонстрировал колбу с неким ядом, одна капля которого способна истребить сотни и тысячи людей.
И это тот случай, когда не стоит придираться к мелочам. Массовое сознание в принципе право, ведь люди уловили главный посыл речи госсекретаря. С помощью манипуляций оратор пытался заставить аудиторию поверить в то, что в пузырьке – яд. Контекст речи был ясен – лидер Ирака Саддам Хусейн «что-то прячет» от международного сообщества, и что это что-то – это ОМУ (оружие массового уничтожения). Но фактов у оратора не хватало, поэтому колба призвана была придать речи убедительность.
Да, строго говоря, Пауэлл в тот момент не лгал. Просто проиллюстрировал мысль. Но всё остальное в его долгом выступлении оказалось ложью. Никаких запасов ОМУ у Саддама не было, ничего особенного от инспекторов ООН Ирак не скрывал. Однако к тому моменту президент Джордж Буш – младший уже принял решение напасть на эту арабскую страну и полностью ее оккупировать. Значит, от спецслужб и Госдепа потребовалось подогнать факты под указание президента, найти повод для вторжения – казус белли. А поскольку повода так и не нашли, то ЦРУ его попросту придумало.
Сам Пауэлл не дожил до нынешнего «юбилея». Он скончался на 85-м году жизни в октябре 2021 года, став очередной жертвой эпидемии ковида.
Замглавы МИДа Сергей Рябков ранее в интервью газете ВЗГЛЯД отметил: «Образ Колина Пауэлла, демонстрирующего пробирку с порошком будто бы сибирской язвы, давно стал нарицательным как олицетворение лицемерия и убежденности правящей элиты США в собственной безнаказанности, в непререкаемом праве высокомерно поучать остальной мир, применяя силу против заведомо слабого противника ради сохранения собственной глобальной гегемонии».
То, что именно тогдашний госсекретарь, который на голову выше в профессиональном и личном плане тех, кто после него «рулил» внешней политикой США, исполнил эту постыдную инсценировку, сути дела не меняет, добавляет заместитель министра.
«Хотя как человек порядочный, Колин Пауэлл не скрывал в дальнейшем, что вынужден был солгать, выполняя приказ. Допускаем даже, что его мучила совесть, которая американскому политическому классу, особенно деятелям современной генерации, не свойственна в принципе», – посетовал Рябков. Кстати, в феврале 2003 года он работал в нашем посольстве в США.
Рябкову вторит бывший замминистра иностранных дел России Сергей Орджоникидзе, занимавший в момент выступления Пауэлла пост заместителя генсека ООН. «У меня с Пауэллом были лично хорошие отношения. С ним можно было договориться о многих вещах, – вспоминает Орджоникидзе. – Это был разумный, конструктивный, взвешенный политик. Не чета деятелям из нынешнего Вашингтона. А что он выполнял политическую линию? Ну, конечно, проводил. Президентом был Буш. Президент принял решение,
правительству Соединенных Штатов надо было как-то оправдать свои агрессивные планы и действия. И Пауэлл как дисциплинированный человек продавливал линию Буша на всех уровнях».
Пробирка, конечно, оказалась пустышкой, с помощью которой американцы дурили весь мир, напоминает наш бывший дипломат. «Но я бы не стал так уж сильно бросать в Пауэлла камни по этому поводу, – признается Орджоникидзе. – ЦРУ ввело Пауэлла в заблуждение. Знай он правду, наверное, он не стал бы так поступать».
Позднее выяснилось и то, что на закрытых заседаниях в Белом доме, то есть за кулисами, Пауэлл выступал против планов насильственного свержения Хусейна, предлагая Бушу продолжать политику обычного сдерживания. Уже через год, весной 2004-го, в интервью NBC Пауэлл раскрыл подоплеку эпизода с колбочкой: «Когда я делал доклад, то опирался на самую лучшую информацию, которую мне предоставило ЦРУ». В достоверности информации его убеждал тогдашний глава ЦРУ Джордж Тенет. К сожалению, добавлял госсекретарь, со временем выяснилось, что источники были неточными и неверными, а «в ряде случаев преднамеренно вводили в заблуждение». Пауэлл признавал, что 5 февраля 2003 года стало пятном на его репутации и что это «причиняет ему боль».
С точки зрения риторики жест Пауэлла с пробиркой – это прием визуализации, призванный такой наглядной манипуляцией убедить скептически настроенных слушателей.
Если оценивать речь Пауэлла сугубо с точки зрения ораторского искусства, прием с пробиркой можно назвать эффектным, признает Станислав Ткаченко, профессор факультета международных отношений СПбГУ и эксперт клуба «Валдай». «Жест вошел в учебники, превратился в один из самых популярных в мире мемов. С другой стороны,
Пауэлл тысячу раз потом пожалел, что попросил насыпать стиральный порошок в ту злополучную колбочку», –
иронизирует профессор. Но стиль, в котором выступал Пауэлл в тот день, в целом не свойственен заокеанской дипломатии, считает Ткаченко. «Если надо вбросить ложные данные, для этого есть пресса, а потом их можно «раздувать» и поддерживать в парламенте. На внешнюю арену это обычно не выносится. Так что эпизод с пробиркой не стал началом новой тенденции, – отмечает политолог. – Но это не означает, что от Госдепа стоит ожидать искренности и открытости. Это дипломатия сильного, агрессивного государства, которое пишет под себя нормы международного права. Его стиль предполагает «толерантное» отношение к фактам, к правде».
Зато речь Пауэлла положила начало другому тренду, добавляет эксперт. «В тот день сорвалась попытка Вашингтона заручиться международной поддержкой – на единственном легитимном международном уровне. И после этого Соединенные Штаты уже никогда не приходили в Совбез ООН с просьбами поддержать свои нелегитимные агрессивные действия. Стало ясно, что не только Россия и Китай наложат вето, но и весь мир увидит низкое качество американской внешней политики, а потери престижа окажутся слишком большими», – подытоживает эксперт «Валдая».