Комментируя внесение Зеленским законопроекта об особом статусе граждан Польши на Украине, президент Польши Анджей Дуда не мог скрыть удовлетворения. «Сегодня в этом можно видеть ситуацию, противоположную той (79 лет назад), когда от поляков пытались избавиться любой ценой, в том числе отбирая у них жизнь. Сегодня Украина этим шагом, жестом президента дает символическое приглашение, говоря: «Вы тут на особых правах, приветствуем», – заявил он, имея в виду, конечно же, события на территории нынешней Украины, известные как Волынская резня.
И тут с Дудой можно вполне согласиться. Когда два народа-соседа живут в мире, а их государства даже взаимно гарантируют гражданам расширенные права, это куда лучше, чем когда эти народы друг друга убивают.
Печально лишь, что почвой для примирения двух народов в этом случае стало не признание Украиной исторической правды о роли и вине так называемых освободителей Украины в этой резне, а союз против России как общего врага. Сомнительное примирение и сомнительный способ почтить память жертв той войны, учитывая, что украинские националисты в той войне выступали союзником Третьего рейха.
Непохожие законы
Но вернемся к законопроекту. Зеленский анонсировал его еще в конце мая, приурочив к тогдашнему визиту Дуды в Киев. Пресс-секретарь президента Украины Сергей Никифоров тогда объяснял такой шаг необходимостью ответить полякам любезностью на любезность: «Надо обратить внимание на тот закон, который приняли в Польше для временно перемещенных лиц с Украины и которым фактически приравняли граждан Украины к гражданам Польши…».
Такой закон действительно был принят в марте 2022-го. Но с ним, что называется, есть нюансы. Во-первых, он распространяется не на всех украинцев, а лишь на тех, кто оказался в Польше после 24 февраля 2022 года. Во-вторых, лишь на тех из них, кто прибыл в Польшу с территории Украины. В-третьих, срок действия особого статуса ограничен 24 августа 2023 года (18 месяцев с дня начала военной операции ВС РФ на Украине). И вот с учетом этого давайте-ка посмотрим, что за статус хотят дать полякам:
– упрощенное трудоустройство и легализация поляков в статусе налогоплательщиков (выдача налогового ИНН);
– соцстрахование;
– открытие и ведение бизнеса на тех же условиях, что и для украинцев;
– получение образования (в том числе за государственный счет);
– медобслуживание;
– получение социальных выплат.
Все перечисленное – на тех же условиях, что и для граждан Украины. Оговорка в данном случае двоякая: ни украинское медобслуживание, ни украинские социальные выплаты явно не тянут на предел мечтаний. И уж точно не стоят того, чтобы очертя голову бежать за ними из условного Жешува в условную Винницу.
С другой стороны, все это (уж какое бы ни было) – общий социальный капитал граждан Украины. Чем таким отличились поляки, чтобы на этот капитал претендовать? К тому же, в отличие от польского закона, в анонсе украинского закона мы не видим каких-либо временных рамок предоставления такого особого статуса (текст законопроекта на сайте Верховной рады отсутствует, проверить, к сожалению, невозможно).
Польский закон был принят под влиянием обстоятельств. 12 марта украинские беженцы получили в Польше особый статус – в первую очередь потому, что за неделю до этого их число там превысило 1 млн человек. С тех пор прошло уже четыре месяца. За это время миллион польских беженцев на Украине не нарисовался. Отсюда вопрос: зачем он вообще нужен? Исключительно как дань вежливости и для демонстрации примирения к очередной годовщине Волынской резни?
Зачем полякам особый статус?
Вряд ли. Если бы такой статус был нужен исключительно для галочки и дипломатического этикета, законопроект написали и проголосовали бы за неделю, еще весной. А не тратили бы на его разработку как минимум полтора месяца. Значит все же поляки будут. Когда и сколько, и для чего им ехать на Украину? Навскидку видится несколько возможных направлений.
Во-первых, Украина начала получать вооружения западного образца. Меньше, чем ей хотелось бы, но больше, чем можно было ожидать еще в начале военной операции. По сути, Украине не дали разве что авиацию, системы ПРО и крупные ударные БПЛА. Все остальное у нее уже есть. И главным образом – дальнобойная артиллерия и ракетные системы залпового огня (РСЗО).
Теперь в дефиците другое – необходимое количество солдат, которые умеют с этой техникой обращаться. Иными словами, Украина нуждается в инструкторах, которые подготовят ей артиллеристов, операторов РСЗО, САУ и прочей техники. Поляки отлично подходят. У них достаточно крупная армия, в запасе 1 млн человек. Можно направлять инструкторов как из действующей армии, так и из запаса. Объясниться многие могут и без переводчика (а слово «kurwa!» вообще перевода не требует).
Не менее Украине нужны и обычные сержанты Хартманы. Военкомы «пылесосят» города и поселки – а кто всех этих мобилизованных будет готовить? Согласно майской оценке Зеленского, численность ВСУ уже достигла 700 тыс. человек. Заявленная цель – армия в 1 млн численности личного состава, но инструкторов на такое количество, разумеется, нет.
Тем более что хотя Украину и не берут в НАТО, она уже стала его форпостом в Восточной Европе. Поэтому чем дальше, тем больше Украина будет переходить не только на натовское вооружение, но и на натовские стандарты подготовки военнослужащих. И снова поляки оказываются незаменимыми. Ну не сводному же военному оркестру из Прибалтики ехать украинцев натаскивать, правда? Кто же в лавке тогда останется?
Во-вторых, стоит вспомнить, что еще в марте премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий высказывался в пользу отправки на Украину польских миротворцев. В мае эту идею поддержали почти 57% поляков. Да и украинцы, в принципе, не против этой идеи. По крайней мере, глава МИД Украины Дмитрий Кулеба говорил, что главное условие для этого – введение миротворцев не должно заморозить конфликт, закрепив за РФ те территории, которые сегодня контролируют ВС РФ. Впрочем, тема с миротворцами пока висит в воздухе: даже если бы они и хотели, ничего они тут не заморозят. А больше им там делать (кроме как напрямую участвовать в боевых действиях против ВС РФ) нечего.
Наконец, в законопроекте упомянуты поляки, имеющие квалификацию медсестры (медбрата) – они получат возможность работать в украинских больницах. Видимо, речь в первую очередь будет идти о военной медицине. Для поляков это уникальный опыт, для украинцев – польза: врачей и медсестер всегда не хватало, а с началом военной операции этот дефицит только усугубился.
Иначе говоря, особый статус для поляков на Украине – не форма киевской вежливости. Он будет иметь исключительно прикладной характер и будет означать постепенное втягивание Польши в конфликт. А значит, происходящее напрямую касается в том числе и России.